Подборка книг по тегу: "героиня с ребенком"
Амин Шараф аль-Дин стал генеральным директором и возглавил авиакомпанию «Arabia Airlines». Он блестящий руководитель, быстро принимает решения, несет полную ответственность перед партнерами и отвечает за безопасность пассажиров. Но количество конкурентов растет, и кто-то явно хочет помешать арабской компании быть лидером на рынке авиаперевозок.
Анна Арчер начала жить с чистого листа и вполне счастлива с мужем и сыном. И кажется, что покой уже никто не нарушит.
Но неожиданное приглашение из Дубая на юбилей авиакомпании «Arabia Airlines» меняет все планы. Встреча с Амином неизбежна, и девушка готова противостоять любой силе восточного ветра.
Но разве можно забыть прошлое, когда оно снова врывается в жизнь?
На Амина наваливается сразу несколько проблем, и каждая из них важнее предыдущей: любимая женщина отвергает, а происки конкурентов выводят самолеты арабской авиакомпании из строя.
Что важнее: любовь или семейное наследие в период серьезной опасности?
Анна Арчер начала жить с чистого листа и вполне счастлива с мужем и сыном. И кажется, что покой уже никто не нарушит.
Но неожиданное приглашение из Дубая на юбилей авиакомпании «Arabia Airlines» меняет все планы. Встреча с Амином неизбежна, и девушка готова противостоять любой силе восточного ветра.
Но разве можно забыть прошлое, когда оно снова врывается в жизнь?
На Амина наваливается сразу несколько проблем, и каждая из них важнее предыдущей: любимая женщина отвергает, а происки конкурентов выводят самолеты арабской авиакомпании из строя.
Что важнее: любовь или семейное наследие в период серьезной опасности?
— Дарья Сергеевна, проходите, – секретарша указывает на массивную дверь.
Я быстро целую Катюшку в макушку:
— Сиди тихонечко, хорошо? Я быстро.
Вхожу в просторный кабинет и вижу высокого мужчину, в темном деловом костюме, стоящего спиной к окну. Он поворачивается и его красивое лицо буквально каменеет.
— Какого черта ты сюда заявилась?! – произносит он низким голосом, от которого внутри все холодеет…
Я быстро целую Катюшку в макушку:
— Сиди тихонечко, хорошо? Я быстро.
Вхожу в просторный кабинет и вижу высокого мужчину, в темном деловом костюме, стоящего спиной к окну. Он поворачивается и его красивое лицо буквально каменеет.
— Какого черта ты сюда заявилась?! – произносит он низким голосом, от которого внутри все холодеет…
Когда ты — московский босс, ты думаешь, что готов ко всему.
Моя жизнь резко накренилась и я оказался на Севере. Конечно, я был готов ко всему… кроме сорокаградусного мороза, печки, генератора и алабая, который смотрит на меня, как на ошибку природы.
Я быстро понял, что деньги здесь не греют, статус не работает, а выживание — командная игра.
Особенно если в команде есть женщина с характером, ребенок с прямыми вопросами и собака, решающая, жить тебе в этом доме или нет.
Инструкция по выживанию для московского босса, которую он не читал.
Теплый романтический ромком о том, как мороз закаляет характер, любовь меняет правила, а самый строгий экзамен иногда принимает собака.
Моя жизнь резко накренилась и я оказался на Севере. Конечно, я был готов ко всему… кроме сорокаградусного мороза, печки, генератора и алабая, который смотрит на меня, как на ошибку природы.
Я быстро понял, что деньги здесь не греют, статус не работает, а выживание — командная игра.
Особенно если в команде есть женщина с характером, ребенок с прямыми вопросами и собака, решающая, жить тебе в этом доме или нет.
Инструкция по выживанию для московского босса, которую он не читал.
Теплый романтический ромком о том, как мороз закаляет характер, любовь меняет правила, а самый строгий экзамен иногда принимает собака.
– Зайкина, я предупреждал, что ты допрыгаешься? – рычит грозно мой новый босс. – Предупреждал. Вот теперь не обижайся. Собирай манатки, ты переезжаешь ко мне. Будешь играть роль моей невесты перед бабушкой из Питера. В офисе от тебя все равно толку нет, только отвлекаешь всех от работы.
– Но я не могу, у меня ребенок, – шепчу задавленно.
Надеюсь, что мать Тихонов не тронет. Напрасно я рассчитываю на его человечность. Потому как он только скалится довольно:
– Ребенок – это вообще замечательно. Бабушке точно понравится.
***
Меня, разведенку с неприлично пышными формами и грудным ребенком дома, бросили на растерзание новому боссу. А тот решил использовать меня в качестве фиктивной невесты, чтобы избежать настоящей свадьбы.
Вот только почему-то эти самые мои пышные формы никак не дают боссу покоя, да и меня начинает неумолимо засасывать в водоворот его темных глаз…
– Но я не могу, у меня ребенок, – шепчу задавленно.
Надеюсь, что мать Тихонов не тронет. Напрасно я рассчитываю на его человечность. Потому как он только скалится довольно:
– Ребенок – это вообще замечательно. Бабушке точно понравится.
***
Меня, разведенку с неприлично пышными формами и грудным ребенком дома, бросили на растерзание новому боссу. А тот решил использовать меня в качестве фиктивной невесты, чтобы избежать настоящей свадьбы.
Вот только почему-то эти самые мои пышные формы никак не дают боссу покоя, да и меня начинает неумолимо засасывать в водоворот его темных глаз…
Вика, моя подруга со времен института, стоит растерянная и прячет глаза.
— Марин, у нас девочка на работе постоянно хвасталась своим женихом, рассказывала, что он женат, у него двое детей, но он её любит, снимает квартиру и вот-вот уйдёт из семьи. Сегодня она показала фотографию, — подруга опускает голову. – На фото был твой муж.
Так я стала той самой «женой», от которой хотят уйти и, возможно, оставить ни с чем!
— Марин, у нас девочка на работе постоянно хвасталась своим женихом, рассказывала, что он женат, у него двое детей, но он её любит, снимает квартиру и вот-вот уйдёт из семьи. Сегодня она показала фотографию, — подруга опускает голову. – На фото был твой муж.
Так я стала той самой «женой», от которой хотят уйти и, возможно, оставить ни с чем!
— Это мой батя! Еще раз меня за косу дернешь, он на тебя наедет! — мелкая стрекоза угрожает пацану и в меня пальцем тычет.
А я ей не батя! Я никому не батя! Я одинокий волк, байкер, любимец женщин.
При виде меня в татухах, пацан сбегает.
— Достают? — участливо интересуюсь.
— Да, — стрекоза вздыхает. — Вам ребенок случаем не нужен? Девочка, — она смущенно улыбается. — Я послушная и хорошо учусь. И мама у меня очень красивая!
Надо сказать нет!
Но…
— Машуня, доча! Ты куда убежала? — к стрекозе подлетает девушка в красном берете.
Я сразу ее узнаю — Алиса Ромашкина. Заноза, которая не смирилась с тем, что на месте ее цветочного магазина теперь мой автосалон. Жалобу на меня накатала и продолжает вредить.
А я ее на свидания звал раз десять, хотел мирно договориться.
— Вы что здесь делаете? — бледнеет.
— Защищаю нашу дочь, пока вы на меня очередную жалобу строчите. Я согласен быть твоим батей, стрекоза, — киваю девчушке.
Теперь Алиса от меня никуда не денется и вредить перестанет.
А я ей не батя! Я никому не батя! Я одинокий волк, байкер, любимец женщин.
При виде меня в татухах, пацан сбегает.
— Достают? — участливо интересуюсь.
— Да, — стрекоза вздыхает. — Вам ребенок случаем не нужен? Девочка, — она смущенно улыбается. — Я послушная и хорошо учусь. И мама у меня очень красивая!
Надо сказать нет!
Но…
— Машуня, доча! Ты куда убежала? — к стрекозе подлетает девушка в красном берете.
Я сразу ее узнаю — Алиса Ромашкина. Заноза, которая не смирилась с тем, что на месте ее цветочного магазина теперь мой автосалон. Жалобу на меня накатала и продолжает вредить.
А я ее на свидания звал раз десять, хотел мирно договориться.
— Вы что здесь делаете? — бледнеет.
— Защищаю нашу дочь, пока вы на меня очередную жалобу строчите. Я согласен быть твоим батей, стрекоза, — киваю девчушке.
Теперь Алиса от меня никуда не денется и вредить перестанет.
Внучок закрыл меня на балконе. Зима, я в шелковом халате, с мокрой головой. У Лёшки истерика. Шикарное утро.
— Мужчина, помогите! — кричу в окно. — Ребёнок на балконе закрыл.
— Мёрзнешь? — произносит коварно.
— Мёрзну.
— Сейчас разберёмся.
Незнакомец примечает дерево и, подпрыгнув, цепляется за нижнюю ветку.
Хлопаю ресницами, наблюдая за акробатическими упражнениями. Вскоре мужчина оказывается на моём балконе.
— Надо было спасателям позвонить. Дверь закрыта.
Незнакомец хмыкает и проходит к преграде.
— Скажи сыну, чтобы отошёл.
Лёша мне не сын, но просьбу исполняю.
— Думай пока о благодарности, — произносит мужчина с хищной улыбкой.
Вот как? Видно, не оценил моего возраста. Он моложе лет на восемь. Хорошо сложен. Спортивную подготовку продемонстрировать тоже успел.
Дверь повинуется толчку и распахивается.
Лёшка несётся ко мне:
— Ба!!!
— Ба? — незнакомец теряет прежнюю игривость.
Бедняга. Красовался, подвиг совершил, а тут бабушка с прицепом.
— Мужчина, помогите! — кричу в окно. — Ребёнок на балконе закрыл.
— Мёрзнешь? — произносит коварно.
— Мёрзну.
— Сейчас разберёмся.
Незнакомец примечает дерево и, подпрыгнув, цепляется за нижнюю ветку.
Хлопаю ресницами, наблюдая за акробатическими упражнениями. Вскоре мужчина оказывается на моём балконе.
— Надо было спасателям позвонить. Дверь закрыта.
Незнакомец хмыкает и проходит к преграде.
— Скажи сыну, чтобы отошёл.
Лёша мне не сын, но просьбу исполняю.
— Думай пока о благодарности, — произносит мужчина с хищной улыбкой.
Вот как? Видно, не оценил моего возраста. Он моложе лет на восемь. Хорошо сложен. Спортивную подготовку продемонстрировать тоже успел.
Дверь повинуется толчку и распахивается.
Лёшка несётся ко мне:
— Ба!!!
— Ба? — незнакомец теряет прежнюю игривость.
Бедняга. Красовался, подвиг совершил, а тут бабушка с прицепом.
Устала. Но настроение тут же меняется, когда я слышу веселый, звонкий голос дочки, доносящийся из кухни.
Откладываю портфель, стягиваю резинку с волос, встряхиваю головой. Прочь усталость.
— А чай для холошего настлоения бывает? — спрашивает Настенька, когда подхожу к кухне.
— Конечно. Вкусный, с ягодами, — неожиданно отвечает дочке мужской голос.
Откуда тут мужчина? Мама с Настей собирались пойти на собеседование с няней. Голос незнакомой женщины я была готова услышать, но не мужской.
Ускорившись, вхожу на кухню и замираю.
Мама стоит у окна, волнуется. За столом друг напротив друга сидят Настя и мужчина, который когда-то на меня поспорил.
Отец моей дочери.
— Мам! Я нашла няню. Он будет няней! — заявляет Настя. — Бабушка плотив, но Луслан согласился!
Наши глаза встречаются. Он прекрасно понимает, что за девочка перед ним и злится на меня за то, что молчала.
Но имеет ли он право на претензии?
Откладываю портфель, стягиваю резинку с волос, встряхиваю головой. Прочь усталость.
— А чай для холошего настлоения бывает? — спрашивает Настенька, когда подхожу к кухне.
— Конечно. Вкусный, с ягодами, — неожиданно отвечает дочке мужской голос.
Откуда тут мужчина? Мама с Настей собирались пойти на собеседование с няней. Голос незнакомой женщины я была готова услышать, но не мужской.
Ускорившись, вхожу на кухню и замираю.
Мама стоит у окна, волнуется. За столом друг напротив друга сидят Настя и мужчина, который когда-то на меня поспорил.
Отец моей дочери.
— Мам! Я нашла няню. Он будет няней! — заявляет Настя. — Бабушка плотив, но Луслан согласился!
Наши глаза встречаются. Он прекрасно понимает, что за девочка перед ним и злится на меня за то, что молчала.
Но имеет ли он право на претензии?
Эта история о настоящем, а не придуманном счастье. О том, как разбиваются страхи и стереотипы.
Он — боец, балагур и преданный друг. А еще он жуткий бабник.
Она — простая, светлая и хрупкая. С маленькой дочкой и горьким опытом первого замужества.
Произведение является художественным вымыслом, носит развлекательный характер и соответствует требованиям законодательства РФ.
Он — боец, балагур и преданный друг. А еще он жуткий бабник.
Она — простая, светлая и хрупкая. С маленькой дочкой и горьким опытом первого замужества.
Произведение является художественным вымыслом, носит развлекательный характер и соответствует требованиям законодательства РФ.
Я — разведёнка с пятилетней дочкой, долгами и работой, которая едва позволяет сводить концы с концами. Шесть лет назад муж выгнал меня, не зная, что я беременна.
Когда мне предлагают подработку на медицинской конференции, я соглашаюсь не раздумывая. Вот только оставить дочь не с кем, и приходится взять её с собой, молясь, чтобы никто не заметил.
На этой конференции я встречаю бывшего мужа и выясняется, что он всё знал. Знал о дочери, но не искал нас.
Когда мне предлагают подработку на медицинской конференции, я соглашаюсь не раздумывая. Вот только оставить дочь не с кем, и приходится взять её с собой, молясь, чтобы никто не заметил.
На этой конференции я встречаю бывшего мужа и выясняется, что он всё знал. Знал о дочери, но не искал нас.
Выберите полку для книги