Книги в жанре «Студенческий роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Мне нужно с тобой кое о чем серьезно поговорить, — произносит Оля, смотря мне в глаза.
— Я пришел сюда исключительно за своими вещами, — буркнул я.
— Боюсь, это вряд ли получится, — загадочно улыбается она, словно знает что-то недоступное мне.
— Это еще почему? — Удивленно вскидываю бровь, не понимая ее намеков.
— Потому что мне срочно нужна твоя помощь.
— Какая еще помощь?
— Мне нужен парень… — Делает она многозначительную паузу. И я уже предвкушаю, как сейчас буду решительно отвергать ее настойчивые ухаживания. Но она неожиданно добавляет тихим голосом: — Фиктивный.
— Ты вообще в своем уме? Я не собираюсь участвовать в твоих глупых детских играх!
— Я пришел сюда исключительно за своими вещами, — буркнул я.
— Боюсь, это вряд ли получится, — загадочно улыбается она, словно знает что-то недоступное мне.
— Это еще почему? — Удивленно вскидываю бровь, не понимая ее намеков.
— Потому что мне срочно нужна твоя помощь.
— Какая еще помощь?
— Мне нужен парень… — Делает она многозначительную паузу. И я уже предвкушаю, как сейчас буду решительно отвергать ее настойчивые ухаживания. Но она неожиданно добавляет тихим голосом: — Фиктивный.
— Ты вообще в своем уме? Я не собираюсь участвовать в твоих глупых детских играх!
— Ай… пусти, что ты делаешь, Ник? — шепчет она, но это не крик, а слабое сопротивление, будто даже она не до конца уверена, чего хочет.
Я ловлю её взгляд. Дышим часто.
Несколько секунд — и я уже не различаю, где злость, где притяжение. Сердце грохочет.
— Показываю тебе, что “любовь” — просто слово, — произношу тихо, почти в ухо.
И прежде чем успеваю подумать, мои губы касаются её — резко, упрямо, с вызовом.
А потом моя рука оказывается у неё под юбкой… Чувствую ее смущение, и губы отрываются от моих.
— Что ты творишь?! Пусти! — глаза мечутся, и она пытается найти отступление.
Я сжимаю челюсть, отворачиваюсь. Сердце колотится так, что слышно в висках.
— Иди отсюда, София. Просто вали, — стараюсь говорить жёстко, но голос срывается. — И не смей мне попадаться на пути, иначе я за себя не ручаюсь!
Эти чувства, что я испытываю к своей сводной, меня уничтожают, но я сделаю всё, чтобы начать её ненавидеть…
Я ловлю её взгляд. Дышим часто.
Несколько секунд — и я уже не различаю, где злость, где притяжение. Сердце грохочет.
— Показываю тебе, что “любовь” — просто слово, — произношу тихо, почти в ухо.
И прежде чем успеваю подумать, мои губы касаются её — резко, упрямо, с вызовом.
А потом моя рука оказывается у неё под юбкой… Чувствую ее смущение, и губы отрываются от моих.
— Что ты творишь?! Пусти! — глаза мечутся, и она пытается найти отступление.
Я сжимаю челюсть, отворачиваюсь. Сердце колотится так, что слышно в висках.
— Иди отсюда, София. Просто вали, — стараюсь говорить жёстко, но голос срывается. — И не смей мне попадаться на пути, иначе я за себя не ручаюсь!
Эти чувства, что я испытываю к своей сводной, меня уничтожают, но я сделаю всё, чтобы начать её ненавидеть…
Алиса - преподаватель в юридическом университете, холодная и отстранённая, давно построила стены вокруг своего сердца.
Артур, её талантливый и целеустремлённый студент, видит за её маской ту самую хрупкую женщину, которую она скрывает ото всех.
Их страсть вспыхнула вопреки всему — правилам, условностям, голосу разума. Казалось, они обрели друг в друге спасение. Но счастье оказалось хрупким.
Артур, её талантливый и целеустремлённый студент, видит за её маской ту самую хрупкую женщину, которую она скрывает ото всех.
Их страсть вспыхнула вопреки всему — правилам, условностям, голосу разума. Казалось, они обрели друг в друге спасение. Но счастье оказалось хрупким.
Он — популярный рэпер. Голос аморального поколения.
Я — девочка с Кавказа, которую насильно выдают замуж по расчёту.
Моя ночь с ним должна была стать тихим бунтом. Последним вздохом свободы. А стала началом войны.
Его любовь — такой же скандал, как и его треки. Она сожжёт мосты, семьи и жизни.
Решится ли он на последний провокационный шаг, чтобы спасти меня?
— Вчера к твоей матери приходили свататься Джаримовы. Я дал добро, — вводит меня в состояние шока отец и рубит мою жизнь на до и после своими словами. — В конце ноября вы поженитесь.
— Джаримовы? Кому именно ты дал добро, папа? — Мой голос дрожит, становится совсем тонким и я отказываюсь верить в услышанное.
— Мансуру. Кому ещё, Амаль? Десятилетнему Рустаму что ли? — Папа смеётся, словно в его шутке есть юмор.
— Но я не хочу… Только не за Мансура, папа! Пожалуйста! Умоляю!
— Всё решено. Нам нужен этот брак. Я дал слово Хаджаева, а слово Хаджаева не обсуждается,только выполняется! Ты выйдешь за него в ноябре!
Я — девочка с Кавказа, которую насильно выдают замуж по расчёту.
Моя ночь с ним должна была стать тихим бунтом. Последним вздохом свободы. А стала началом войны.
Его любовь — такой же скандал, как и его треки. Она сожжёт мосты, семьи и жизни.
Решится ли он на последний провокационный шаг, чтобы спасти меня?
— Вчера к твоей матери приходили свататься Джаримовы. Я дал добро, — вводит меня в состояние шока отец и рубит мою жизнь на до и после своими словами. — В конце ноября вы поженитесь.
— Джаримовы? Кому именно ты дал добро, папа? — Мой голос дрожит, становится совсем тонким и я отказываюсь верить в услышанное.
— Мансуру. Кому ещё, Амаль? Десятилетнему Рустаму что ли? — Папа смеётся, словно в его шутке есть юмор.
— Но я не хочу… Только не за Мансура, папа! Пожалуйста! Умоляю!
— Всё решено. Нам нужен этот брак. Я дал слово Хаджаева, а слово Хаджаева не обсуждается,только выполняется! Ты выйдешь за него в ноябре!
Сбежала с вечеринки, застукав жениха с бывшей... Машина решила отдать концы на ночной горной дороге, в самый паршивый момент моей жизни. Вот такой у меня Новый год. Я почти замерзла в снегу, не надеясь на спасение. Но тут на помощь мне пришел ангел. Который потом попросил вернуть должок за мое спасение.
- Я тебя спас, теперь твоя очередь спасать меня, - твердо заявляет мажор, притягивая меня к себе за талию.
Согласие мое не требуется. Требовательные губы закрывают мой рот, и пискнуть не успеваю. Вот наглец!
- Я тебя спас, теперь твоя очередь спасать меня, - твердо заявляет мажор, притягивая меня к себе за талию.
Согласие мое не требуется. Требовательные губы закрывают мой рот, и пискнуть не успеваю. Вот наглец!
— Ты больше не любишь меня?
— Я тебя никогда и не любил. Это была игра..
— Но ты обещал…
— Это просто слова. Ты для меня ничего не значишь. Ты - ошибка, — его слова острыми ножами полосовали душу.
Он предал меня. Растоптал и разбил на тысячи осколков. Я вернулась в университет спустя год, чтобы доучиться, и обернула свое сердце ледяным щитом, готовясь к встрече с ним — Темновым Егором. Популярным мажором и бабником, у которого теперь есть богатая невеста. А я...
Никогда больше. Никогда не верну свои чувства к нему.
Я больше не верю чужим обещаниям.
— Я тебя никогда и не любил. Это была игра..
— Но ты обещал…
— Это просто слова. Ты для меня ничего не значишь. Ты - ошибка, — его слова острыми ножами полосовали душу.
Он предал меня. Растоптал и разбил на тысячи осколков. Я вернулась в университет спустя год, чтобы доучиться, и обернула свое сердце ледяным щитом, готовясь к встрече с ним — Темновым Егором. Популярным мажором и бабником, у которого теперь есть богатая невеста. А я...
Никогда больше. Никогда не верну свои чувства к нему.
Я больше не верю чужим обещаниям.
— Смотри, вон он! Лесовский Демьян, — шепчет Саша, указывая на парня у спортивной машины.
Я замираю.
Фамилия — чужая. Но это он.
Тот, кто в детдоме спас от смерти. Кто стал моим героем.
А потом исчез. Предал, оставив нательный крестик и пустоту.
Демьян Лесовский — наследник огромного состояния. Жесткий. Надменный. Уверенный в себе.
Смотрит так, будто мы едва знакомы.
Но в его глазах — тот самый мальчик. Мой.
И я не знаю, кто из нас предал сильнее: он — меня?
Или я — память о нём?
Я замираю.
Фамилия — чужая. Но это он.
Тот, кто в детдоме спас от смерти. Кто стал моим героем.
А потом исчез. Предал, оставив нательный крестик и пустоту.
Демьян Лесовский — наследник огромного состояния. Жесткий. Надменный. Уверенный в себе.
Смотрит так, будто мы едва знакомы.
Но в его глазах — тот самый мальчик. Мой.
И я не знаю, кто из нас предал сильнее: он — меня?
Или я — память о нём?
— Зачем ты это делаешь, Капелька? — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — Я же знаю, что ты его не любишь.
— Это ты так решил, — пробормотала я, снова попытавшись вырвать руку из его цепких пальцев.
Мне не хотелось чувствовать тепло его тела. Слышать его хриплое дыхание, ощущать силу его прикосновений. Мне не хотелось снова поддаваться его чарам, его манипуляциям.
— Если бы ты любила своего благоверного, то уже давно бы к нему переехала, не задумываясь ни секунды. Разве нет?
— А вдруг я боюсь оставить с вами свою мать? Мало ли что тебе взбредет в голову?
Влад раскатисто рассмеялся.
— Не неси ерунды, Капелька. Никому твоя мамаша тут не сдалась.
— Ну, тогда ладно. Значит, я могу спокойно переезжать.
Влад вдруг склонился ко мне так близко, что я почувствовала запах табака. Его глаза потемнели еще сильнее. В них мелькнул какой-то злой, недобрый огонек. Как будто внутри него разгорелся пожар.
— Ты все равно всегда будешь моей!
— Это ты так решил, — пробормотала я, снова попытавшись вырвать руку из его цепких пальцев.
Мне не хотелось чувствовать тепло его тела. Слышать его хриплое дыхание, ощущать силу его прикосновений. Мне не хотелось снова поддаваться его чарам, его манипуляциям.
— Если бы ты любила своего благоверного, то уже давно бы к нему переехала, не задумываясь ни секунды. Разве нет?
— А вдруг я боюсь оставить с вами свою мать? Мало ли что тебе взбредет в голову?
Влад раскатисто рассмеялся.
— Не неси ерунды, Капелька. Никому твоя мамаша тут не сдалась.
— Ну, тогда ладно. Значит, я могу спокойно переезжать.
Влад вдруг склонился ко мне так близко, что я почувствовала запах табака. Его глаза потемнели еще сильнее. В них мелькнул какой-то злой, недобрый огонек. Как будто внутри него разгорелся пожар.
— Ты все равно всегда будешь моей!
🌸🌸🌸🌸
А ведь я ему поверила. И даже влюбилась, полностью потеряв голову. Только он взял и растоптал меня, унизив перед всем университетом. И всему виной - ЕГО ОШИБКА!💔
А ведь я ему поверила. И даже влюбилась, полностью потеряв голову. Только он взял и растоптал меня, унизив перед всем университетом. И всему виной - ЕГО ОШИБКА!💔
После смерти матери отец решает устроить личную жизнь и приводит в наш дом не только молодую жену, но и ее племянницу.
На девчонку у меня полный запрет, но как противиться притяжению между нами…
***
- Тимофей! - гаркает отец. - Хочу, чтобы ты понимал: Ульяна ни в чем не виновата и ее не должно коснуться твое поведение! Любые действия по отношению к ней под запретом!
- Говорю же. Без проблем! - легко отбиваю и поворачиваю на выход, чтобы отец не видел моей решительной рожи.
Раскатаю и душу вытрясу из вашей Ульяны так, что не оправится!
На девчонку у меня полный запрет, но как противиться притяжению между нами…
***
- Тимофей! - гаркает отец. - Хочу, чтобы ты понимал: Ульяна ни в чем не виновата и ее не должно коснуться твое поведение! Любые действия по отношению к ней под запретом!
- Говорю же. Без проблем! - легко отбиваю и поворачиваю на выход, чтобы отец не видел моей решительной рожи.
Раскатаю и душу вытрясу из вашей Ульяны так, что не оправится!
Подборка эмоциональных студенческих романов
Выберите полку для книги