– Магомед, что это значит? – шёпот срывается с губ, хотя я уже всё понимаю.
Муж смотрит на меня с презрением, которое не скрывал никогда.
– Это значит, Амина, что я привёл в дом настоящую женщину. Лейла – моя вторая жена.
– Но... но мы же... – я не могу говорить, комок в горле душит.
– Что «мы»? – рявкает он. – Пятнадцать лет ты не можешь родить мне сына! Пятнадцать лет я жду наследника, а ты плодишь одних девок!
– Магомед, пожалуйста... – слёзы текут по щекам, и мне всё равно, что свекровь смотрит с торжествующей улыбкой.
– Довольно! – обрывает он. – Ты пустая, фригидная баба. Ты ничего не можешь дать мне. Но вот с Лейлой всё будет по-другому. Она молода, здорова, и она родит мне сыновей. Много сыновей.
Муж поворачивается к девушке, которая стоит рядом с опущенными глазами, и его голос вдруг становится мягким, почти нежным:
– Правда, Лейла?
Я стою. Мир рушится. Внутри пустота. И только одна мысль: Я больше не могу!