Книги по тегу «взрослые герои»: ""
До открытия «Причала № 7» — двадцать три дня. Но система безопасности показывает «норму» в тот момент, когда двери старого склада не открываются.
Вера Яшина умеет спасать проекты и сообщать плохие новости только тогда, когда решение уже найдено. Независимый инженер Максим Руденко не верит красивым отчётам и не принимает никаких «почти». Им придётся вместе восстановить цепочку чужих решений, выдержать давление инвестора и доказать, какие зоны комплекса действительно безопасны.
Чем ближе они подходят к причине сбоя, тем труднее отделить профессиональное уважение от желания. Но выдержит ли их чувство проверку, если каждый снова выберет привычный способ контролировать риск — и перестанет слышать другого?
Вера Яшина умеет спасать проекты и сообщать плохие новости только тогда, когда решение уже найдено. Независимый инженер Максим Руденко не верит красивым отчётам и не принимает никаких «почти». Им придётся вместе восстановить цепочку чужих решений, выдержать давление инвестора и доказать, какие зоны комплекса действительно безопасны.
Чем ближе они подходят к причине сбоя, тем труднее отделить профессиональное уважение от желания. Но выдержит ли их чувство проверку, если каждый снова выберет привычный способ контролировать риск — и перестанет слышать другого?
– Познакомься, это Лиля. Мы с ней давно.
Передо мной стоит мой муж. А рядом с ним, поправляя ему воротник, стоит девочка,
которую я четыре года назад сама приняла на работу.
Двадцать лет я вела его компанию из-за спины. Контракты, тарифы, тендеры, суды.
Двадцать лет он говорил в микрофон «моя жена и мой тыл», а я в это время считала
неустойки.
– У нас будет ребёнок, Вер, – добавляет он и смотрит на часы. – Тебе останется
твоя железка. Продашь тысяч за восемьсот, если найдёшь дурака.
Он уверен, что оставил мне мусор.
Через сутки я сажусь за руль сама и беру рейс на пять тысяч девятьсот километров.
В кабине со мной поедет заказчик. Человек, которого мой муж когда-то разорил
моими руками.
Девять суток. Четыре квадратных метра. И ни одной двери, чтобы выйти.
Передо мной стоит мой муж. А рядом с ним, поправляя ему воротник, стоит девочка,
которую я четыре года назад сама приняла на работу.
Двадцать лет я вела его компанию из-за спины. Контракты, тарифы, тендеры, суды.
Двадцать лет он говорил в микрофон «моя жена и мой тыл», а я в это время считала
неустойки.
– У нас будет ребёнок, Вер, – добавляет он и смотрит на часы. – Тебе останется
твоя железка. Продашь тысяч за восемьсот, если найдёшь дурака.
Он уверен, что оставил мне мусор.
Через сутки я сажусь за руль сама и беру рейс на пять тысяч девятьсот километров.
В кабине со мной поедет заказчик. Человек, которого мой муж когда-то разорил
моими руками.
Девять суток. Четыре квадратных метра. И ни одной двери, чтобы выйти.
⭐⭐⭐ – К вам женщина… с коляской! – сообщает помощница.
Я ещё не успел отказать, как дверь вынесли с ноги, и в кабинет влетела ведьма с зелёными глазами.
Через секунду на моём столе появился младенец.
– Поздравляю, папаша, – ваша дочь. Я на лекцию, вернусь в шесть.
И уходит.
Я серьёзный бизнесмен: сделки, деньги и контроль над жизнью… были.
А теперь на руках ребёнок – подарок из командировки в Китай, и очень злая женщина, которая явно не шутит.
Упс… Кажется, я серьёзно попал!
***
История о том, как сорокалетний холостяк вынужден был поменять свои принципы и оказался окольцован, влюблен и зацелован за какие-то три месяца весны…
Я ещё не успел отказать, как дверь вынесли с ноги, и в кабинет влетела ведьма с зелёными глазами.
Через секунду на моём столе появился младенец.
– Поздравляю, папаша, – ваша дочь. Я на лекцию, вернусь в шесть.
И уходит.
Я серьёзный бизнесмен: сделки, деньги и контроль над жизнью… были.
А теперь на руках ребёнок – подарок из командировки в Китай, и очень злая женщина, которая явно не шутит.
Упс… Кажется, я серьёзно попал!
***
История о том, как сорокалетний холостяк вынужден был поменять свои принципы и оказался окольцован, влюблен и зацелован за какие-то три месяца весны…
Выберите полку для книги