Подборка книг по тегу: "юмор и ирония"
— Глеб сказал, я буду жить с вами. Так что нас теперь две хозяйки будет, — заявила наглая и глубоко беременная девица, переступая порог моей квартиры.
Вот так я узнала, что мой муж не просто завел себе молоденькую любовницу, а привел ее в наш дом, уверенный, что я вежливо подвинусь и освобожу им место
Ага, щаз! В этом доме будет только одна хозяйка. И это я!
Но у Глеба было свое видение будущего:
— Ты освободишь нашу спальню! И еще, твою путевку в санаторий я забираю. Нам с Даной отдых сейчас нужнее. А ты и в городе прекрасно восстановишь силы.
Что ж, попробуй забери! Заодно проверим, чьи нервы и принципы окажутся крепче.
Вот так я узнала, что мой муж не просто завел себе молоденькую любовницу, а привел ее в наш дом, уверенный, что я вежливо подвинусь и освобожу им место
Ага, щаз! В этом доме будет только одна хозяйка. И это я!
Но у Глеба было свое видение будущего:
— Ты освободишь нашу спальню! И еще, твою путевку в санаторий я забираю. Нам с Даной отдых сейчас нужнее. А ты и в городе прекрасно восстановишь силы.
Что ж, попробуй забери! Заодно проверим, чьи нервы и принципы окажутся крепче.
А тому ли я дала Булочки свои попробовать? А тому ли я дала в баньке со мной попариться? Мужчина превратится в волка и укусит меня за бочок! А мне понравится, и я подставлю ему второй бочок!
В тексте будет:
🤤 Булочки, от взгляда на которые, мужчины падают в обморок. Это первое проклятье!
🐺 Мужчина будет звереть и покрываться шерстью! Это второе проклятье!
😅 Банька, в которой будет проходить лечение оборотня
🔞 Любовь, испытания и юмор
Понравился рассказ? 😻 Тогда жмякайте на звёздочку ⭐ и подписывайтесь на меня, чтобы не пропустить новинки 😉
В тексте будет:
🤤 Булочки, от взгляда на которые, мужчины падают в обморок. Это первое проклятье!
🐺 Мужчина будет звереть и покрываться шерстью! Это второе проклятье!
😅 Банька, в которой будет проходить лечение оборотня
🔞 Любовь, испытания и юмор
Понравился рассказ? 😻 Тогда жмякайте на звёздочку ⭐ и подписывайтесь на меня, чтобы не пропустить новинки 😉
Дочь богатого человека захотела в Антарктиду. Дочь богатого человека отправилась в Антарктиду. Всё просто, если твой папочка нефтяной магнат, а ты умеешь строить глазки.
Только эта маленькая и глупая девочка не предполагала, что южное сияние может стереть границу миров и самую милую и добрую девушку закинет к дикарям. Про милую и добрую я, конечно, преувеличиваю, ведь знаю её лучше остальных. Это я — дочурка миллиардера, и это они — оборотни, которые меня схватили.
Только эта маленькая и глупая девочка не предполагала, что южное сияние может стереть границу миров и самую милую и добрую девушку закинет к дикарям. Про милую и добрую я, конечно, преувеличиваю, ведь знаю её лучше остальных. Это я — дочурка миллиардера, и это они — оборотни, которые меня схватили.
Останавливаюсь у подножия кровати, ослабляю узел галстука и до хруста в костях сжимаю в ладони телефон.
— Тимофей Романович, пожалуйста... – всплывает в памяти возбужденный, с придыханием голос. Жаркие всхлипы, широко раскрытые бирюзовые глаза, в которых плещется стыд в перемешку с желанием.
Вспоминаю прошедшую ночь в мельчайших подробностях и не могу сдвинуться с места. Хотя понимаю, что должен как можно скорее уйти.
Только продолжаю смотреть на свою зависимость, сладко спящую на белоснежной, измятой постели, на белокурые локоны, разметавшиеся по подушке, пухлые губы, сводящие с ума.
Глупая невинная девочка, поверившая в сказку.
Хватаю пальто, кожаный портфель, выхожу из спальни и медленно спускаюсь по ступеням. Внизу меня уже ждет водитель.
Подхожу к дверям и сухо произношу:
— Остаешься здесь, я уже вызвал себе такси. Когда Анна проснется, отвезешь ее в аэропорт. И сообщи, что я больше не нуждаюсь в услугах личной помощницы… Она уволена...
— Тимофей Романович, пожалуйста... – всплывает в памяти возбужденный, с придыханием голос. Жаркие всхлипы, широко раскрытые бирюзовые глаза, в которых плещется стыд в перемешку с желанием.
Вспоминаю прошедшую ночь в мельчайших подробностях и не могу сдвинуться с места. Хотя понимаю, что должен как можно скорее уйти.
Только продолжаю смотреть на свою зависимость, сладко спящую на белоснежной, измятой постели, на белокурые локоны, разметавшиеся по подушке, пухлые губы, сводящие с ума.
Глупая невинная девочка, поверившая в сказку.
Хватаю пальто, кожаный портфель, выхожу из спальни и медленно спускаюсь по ступеням. Внизу меня уже ждет водитель.
Подхожу к дверям и сухо произношу:
— Остаешься здесь, я уже вызвал себе такси. Когда Анна проснется, отвезешь ее в аэропорт. И сообщи, что я больше не нуждаюсь в услугах личной помощницы… Она уволена...
- Из-за тебя моего брата убили. И по нашим законам теперь ты должна достаться мне. - Стальной тон разрезает воздух, и мне становится сложнее дышать.
- Нет... - Шепчу одними губами. - Я не хочу...
- Думаешь я хочу? - Гордо задирает волевой подбородок, опуская на меня взгляд полный призрения. Он оскорбляет меня глазами. Унижает. - Моя бы воля, я бы тебя убил и закопал рядом с ним, чтобы и в горе и в радости... Но такой закон. И я вынужден его соблюдать.
- Нет... - Шепчу одними губами. - Я не хочу...
- Думаешь я хочу? - Гордо задирает волевой подбородок, опуская на меня взгляд полный призрения. Он оскорбляет меня глазами. Унижает. - Моя бы воля, я бы тебя убил и закопал рядом с ним, чтобы и в горе и в радости... Но такой закон. И я вынужден его соблюдать.
Аннотация:
Это так занимательно – высказать начальству всё то, что накипело за пять лет работы, но при этом сохранить своё рабочее место, да ещё и получить за это приличную сумму денег.
Попахать, конечно, тоже придётся, но зато какой бонус мне светит!
***
- Вызывали, Марк Никитич?
Захожу в кабинет к боссу с его любимым кофе.
- Вызывал, Лидия Михайловна. Кофе как обычно – три раза плюнули и наслали порчу, чтобы у меня не стояло?
- Конечно, Марк Никитич. Сейчас кругом сплошные кризисы, но должно же быть хоть где-то постоянство! Я вас в этом вопросе не подведу. Обещаю!
- Ой, Лидия Михайловна, вот только не надо переходить к угрозам.
- Я тут подумала... сегодня кофейный оттенок прекрасно бы подошёл к цвету ваших брюк. Не находите, Марк Никитич?
О да! Он находил! Ещё как!
- Ваше увольнение, Лидия Михайловна! Вот что прекрасно бы подошло к любому моему наряду в любой день недели, месяца и года.
- Как жаль, что вам это не светит!
Это так занимательно – высказать начальству всё то, что накипело за пять лет работы, но при этом сохранить своё рабочее место, да ещё и получить за это приличную сумму денег.
Попахать, конечно, тоже придётся, но зато какой бонус мне светит!
***
- Вызывали, Марк Никитич?
Захожу в кабинет к боссу с его любимым кофе.
- Вызывал, Лидия Михайловна. Кофе как обычно – три раза плюнули и наслали порчу, чтобы у меня не стояло?
- Конечно, Марк Никитич. Сейчас кругом сплошные кризисы, но должно же быть хоть где-то постоянство! Я вас в этом вопросе не подведу. Обещаю!
- Ой, Лидия Михайловна, вот только не надо переходить к угрозам.
- Я тут подумала... сегодня кофейный оттенок прекрасно бы подошёл к цвету ваших брюк. Не находите, Марк Никитич?
О да! Он находил! Ещё как!
- Ваше увольнение, Лидия Михайловна! Вот что прекрасно бы подошло к любому моему наряду в любой день недели, месяца и года.
- Как жаль, что вам это не светит!
Они настолько разные, что свести их может только чудо. И тут в дело вступают загадочные цветы миндаля.
"Отлично! — довольно сказала Виктория. — А теперь возьмите мою кисть так же, как только что держали оружие.
Она снова жестом, полным элегантности и аристократизма, протянула ему руку для поцелуя. Бирк хмыкнул, представив, что это рукоятка его любимого пистолета, нежно обхватил ее пальцы и едва коснулся бархатистой кожи губами."
"Губы Виктории оказались мягкими и нежными. Бирк, прикрыв глаза, ласкал их языком, даже не пытаясь попасть внутрь, просто смакуя на вкус этот маленький выпавший шанс. Но неожиданно Виктория разжала губы и впустила его, а сама, наконец, расслабилась в его руках и перестала быть похожей на натянутую тетиву.
Если у Бирка и были до этого момента разумные мысли, они все тут же улетучились из головы от такой вседозволенности".
"Отлично! — довольно сказала Виктория. — А теперь возьмите мою кисть так же, как только что держали оружие.
Она снова жестом, полным элегантности и аристократизма, протянула ему руку для поцелуя. Бирк хмыкнул, представив, что это рукоятка его любимого пистолета, нежно обхватил ее пальцы и едва коснулся бархатистой кожи губами."
"Губы Виктории оказались мягкими и нежными. Бирк, прикрыв глаза, ласкал их языком, даже не пытаясь попасть внутрь, просто смакуя на вкус этот маленький выпавший шанс. Но неожиданно Виктория разжала губы и впустила его, а сама, наконец, расслабилась в его руках и перестала быть похожей на натянутую тетиву.
Если у Бирка и были до этого момента разумные мысли, они все тут же улетучились из головы от такой вседозволенности".
Говорят, 40 лет не отмечают, но мой весь такой внезапный супруг решил отличиться.
Пока я пилила ногти по восемнадцать часов в день, чтобы закрыть кредит на бизнес, он снял целый ночной клуб и оторвался по полной, повесив на меня ещё один займ! А ещё подцепив там юную подружку!
Если в 40 лет ума нет, то его и не будет. Больше не хочу тащить на себе мужа-инфантила, его хамку-дочь и вечно бедовую свекруху. Я разверну свою жизнь на 180 градусов. И посмотрю, как они у меня попляшут.
История будет жизненная и на реальных событиях, пишется с разрешения рассказчицы.
Пока я пилила ногти по восемнадцать часов в день, чтобы закрыть кредит на бизнес, он снял целый ночной клуб и оторвался по полной, повесив на меня ещё один займ! А ещё подцепив там юную подружку!
Если в 40 лет ума нет, то его и не будет. Больше не хочу тащить на себе мужа-инфантила, его хамку-дочь и вечно бедовую свекруху. Я разверну свою жизнь на 180 градусов. И посмотрю, как они у меня попляшут.
История будет жизненная и на реальных событиях, пишется с разрешения рассказчицы.
– Вы кто? – открывший дверь грубым тоном задал мне вопрос.
– Няня, – промямлила я. Мужчина впечатлил меня, заставив растеряться. Высокий рост, безупречно красивое лицо, сердитые серые глаза, немного устаревшая прическа с небольшими бакенбардами, которая на удивление очень ему шла. Весь облик мужчины был словно из исторического спектакля. Длинный камзол, расшитый по бортам, элегантно повязанный шейный платок.
– Вас прислали из агентства? – он удивленно вскинул темные брови. Сова рядом ухнула, выводя меня из задумчивости. Я кивнула. – Думал, они отказались с нами сотрудничать. Замечательно, вы вовремя явились.
Хозяин дома открыл дверь шире, пропуская меня.
Сделала шаг и заметила на лестнице чуть правее от двери две любопытные мордашки. Вот они, мои хорошие.
Следующий шаг сделала намного увереннее. Я явно пришла по адресу.
– Няня, – промямлила я. Мужчина впечатлил меня, заставив растеряться. Высокий рост, безупречно красивое лицо, сердитые серые глаза, немного устаревшая прическа с небольшими бакенбардами, которая на удивление очень ему шла. Весь облик мужчины был словно из исторического спектакля. Длинный камзол, расшитый по бортам, элегантно повязанный шейный платок.
– Вас прислали из агентства? – он удивленно вскинул темные брови. Сова рядом ухнула, выводя меня из задумчивости. Я кивнула. – Думал, они отказались с нами сотрудничать. Замечательно, вы вовремя явились.
Хозяин дома открыл дверь шире, пропуская меня.
Сделала шаг и заметила на лестнице чуть правее от двери две любопытные мордашки. Вот они, мои хорошие.
Следующий шаг сделала намного увереннее. Я явно пришла по адресу.
Он предложил спасение. Потребовал душу.
Кристин Локвуд выживает. Её мир — это разваливающийся дом, бесконечные счета и мечты об искусстве, которые гаснут под грузом долгов. Единственная её ценность — младшая сестра.
Всё меняется, когда в её жизнь врывается Александр Торн — успешный девелопер, предлагающий ей спасение. Но за его щедростью скрывается истинная цена. Александр — Альфа клана оборотней, а Кристин — его истинная пара, найденная спустя столетия поисков. Его интерес — не благотворительность, а охота.
На коже Кристин проступает древняя метка, привлекающая и других тварей, спасение оборачивается самой изощрённой ловушкой. Чтобы выжить, ей придётся принять правила мира, где доверие может стоить свободы. Или жизни.
Кристин Локвуд выживает. Её мир — это разваливающийся дом, бесконечные счета и мечты об искусстве, которые гаснут под грузом долгов. Единственная её ценность — младшая сестра.
Всё меняется, когда в её жизнь врывается Александр Торн — успешный девелопер, предлагающий ей спасение. Но за его щедростью скрывается истинная цена. Александр — Альфа клана оборотней, а Кристин — его истинная пара, найденная спустя столетия поисков. Его интерес — не благотворительность, а охота.
На коже Кристин проступает древняя метка, привлекающая и других тварей, спасение оборачивается самой изощрённой ловушкой. Чтобы выжить, ей придётся принять правила мира, где доверие может стоить свободы. Или жизни.
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: юмор и ирония