Книги по тегу «новая жизнь»: ""
— Илюш?
Муж резко обернулся на зов, в его глазах мелькнул ужас.
— Инна?! Ты же говорила... у тебя совещание утром.
— По работе неожиданно приехали, — махнула рукой в сторону пекарни. — Новый директор с проверкой. Как бы не уволил меня...
— Ну, мне пора бежать, — протараторил муж.
И тут воздух взорвался пронзительным:
— Па-а-апа!
Пятилетняя девчушка подлетела к нему, радостно размахивая круассаном.
Так за один миг рухнул мой брак.
А тут еще новый генеральный ожидает от меня блестящих показателей...
Когда привычная жизнь подошла под откос, остаётся только одно — собраться и показать класс!
Муж резко обернулся на зов, в его глазах мелькнул ужас.
— Инна?! Ты же говорила... у тебя совещание утром.
— По работе неожиданно приехали, — махнула рукой в сторону пекарни. — Новый директор с проверкой. Как бы не уволил меня...
— Ну, мне пора бежать, — протараторил муж.
И тут воздух взорвался пронзительным:
— Па-а-апа!
Пятилетняя девчушка подлетела к нему, радостно размахивая круассаном.
Так за один миг рухнул мой брак.
А тут еще новый генеральный ожидает от меня блестящих показателей...
Когда привычная жизнь подошла под откос, остаётся только одно — собраться и показать класс!
Катя прожила со своим мужем Денисом двадцать лет в счастливом браке. У них росла дочь-красавица. Однажды дочь пригласила свою подругу погостить на летних каникулах. Кто же знал, чем обернётся это злополучное приглашение?! В самом страшном сне Катя не могла предвидеть, что её любимый муж вдруг без памяти увлечётся подругой дочери...
– Я ухожу, на тебя смотреть без отвращения невозможно, – заявил мне муж, презрительно скривив губы.
Щёки припекло стыдом, тело парализовало от шока.
Муж постоянно твердил, что я растолстела и подурнела. Конечно, двое родов подряд, бессонные ночи, никакой помощи по дому...
– Фу, блин! – сморщился он и отвернулся. – Как представлю тебя, такую бегемотиху, в постели, так тошнить начинает!
Он ушёл, оставив меня одну без работы с двумя детьми.
Все вокруг твердят, что я не справлюсь и сломаюсь.
Но у меня просто нет на это права. Мы с детьми не нужны никому, кроме нас самих.
Щёки припекло стыдом, тело парализовало от шока.
Муж постоянно твердил, что я растолстела и подурнела. Конечно, двое родов подряд, бессонные ночи, никакой помощи по дому...
– Фу, блин! – сморщился он и отвернулся. – Как представлю тебя, такую бегемотиху, в постели, так тошнить начинает!
Он ушёл, оставив меня одну без работы с двумя детьми.
Все вокруг твердят, что я не справлюсь и сломаюсь.
Но у меня просто нет на это права. Мы с детьми не нужны никому, кроме нас самих.
- Запишем, что ты потеряешь, а что приобретешь.
Размашистым почерком на бумаге появляются слова, к каждому из которых муж не скупится в пояснениях:
«Потеряешь:
- дом — этот коттедж с видом на залив;
-уровень жизни — никаких дорогих вещей, любимых тобой концертов, театров, поездок за границу;
- статус — сейчас ты жена Владимира Орлова, известного предпринимателя, одного из самых уважаемых людей не только города, но и страны;
- финансовую стабильность — твои тридцать тысяч – это смешно, их на еду с трудом хватит;
- обеспеченное будущее для детей — без моих связей – ни престижного вуза, ни карьеры».
Муж смотрит, оценивая реакцию, а затем, лениво растягивая слова, добавляет:
- Зато приобретешь свободу. Без денег, без мужчины, потому что кому нужна баба твоего возраста и прямо скажем уже не красавица. Но нищая и одинокая ты сможешь гордиться собой. Не жизнь, а сказка! Зато – все сама…
Размашистым почерком на бумаге появляются слова, к каждому из которых муж не скупится в пояснениях:
«Потеряешь:
- дом — этот коттедж с видом на залив;
-уровень жизни — никаких дорогих вещей, любимых тобой концертов, театров, поездок за границу;
- статус — сейчас ты жена Владимира Орлова, известного предпринимателя, одного из самых уважаемых людей не только города, но и страны;
- финансовую стабильность — твои тридцать тысяч – это смешно, их на еду с трудом хватит;
- обеспеченное будущее для детей — без моих связей – ни престижного вуза, ни карьеры».
Муж смотрит, оценивая реакцию, а затем, лениво растягивая слова, добавляет:
- Зато приобретешь свободу. Без денег, без мужчины, потому что кому нужна баба твоего возраста и прямо скажем уже не красавица. Но нищая и одинокая ты сможешь гордиться собой. Не жизнь, а сказка! Зато – все сама…
– Прости, Ксюша, но у меня появилась другая женщина. Нам с тобой надо развестись.
– Что? Женя, это... шутка? Кто она? Это Света? Ты уходишь к моей подруге?
– А что, похоже, что я шучу? Я с тобой откровенен. И нет, это не Света. Ты её не знаешь. Лера начинающая модель и...
– Боже... Как ты мог?
– Что за глупый вопрос? Ксюш, просто прими как факт, что нам с тобой больше не по пути. Теперь я хочу пожить для себя. И я хочу видеть рядом с собой не увядающую старушку, а молодую, красивую девушку, которая сможет дать мне то, что не можешь дать ты – свою молодость и новый опыт в постели.
Увядающая старушка!
– Что? Женя, это... шутка? Кто она? Это Света? Ты уходишь к моей подруге?
– А что, похоже, что я шучу? Я с тобой откровенен. И нет, это не Света. Ты её не знаешь. Лера начинающая модель и...
– Боже... Как ты мог?
– Что за глупый вопрос? Ксюш, просто прими как факт, что нам с тобой больше не по пути. Теперь я хочу пожить для себя. И я хочу видеть рядом с собой не увядающую старушку, а молодую, красивую девушку, которая сможет дать мне то, что не можешь дать ты – свою молодость и новый опыт в постели.
Увядающая старушка!
— Ты хочешь сказать, что Савелий — не твой сын?
— Мой, но я просто не хочу платить аллименты.
— А совесть у тебя есть, Павел?
— Это не про совесть. Это про деньги.
Я молчала долго. Смотрела, как он собирает чемодан, как чужой человек. А потом началось.
Всё, что он пытался провернуть — я раскопала. Всё, что хотел скрыть — вытащила наружу.
Он думал, я прогнусь. А я встала и перешагнула.
Теперь — моя очередь решать, как закончится эта история.
И нет, я не собираюсь уходить тихо.
— Мой, но я просто не хочу платить аллименты.
— А совесть у тебя есть, Павел?
— Это не про совесть. Это про деньги.
Я молчала долго. Смотрела, как он собирает чемодан, как чужой человек. А потом началось.
Всё, что он пытался провернуть — я раскопала. Всё, что хотел скрыть — вытащила наружу.
Он думал, я прогнусь. А я встала и перешагнула.
Теперь — моя очередь решать, как закончится эта история.
И нет, я не собираюсь уходить тихо.
Он:
Вжимаюсь в кресло автомобиля, когда вижу, что жена выходит из подъезда, интуитивно втягивая голову в плечи, как нашкодивший первоклашка. Надо было вчера всё-таки с ней поговорить…
Призрачное чувство вины, зарождается где-то внутри, но я отмахиваюсь от него.
Почему я должен тухнуть рядом с ней, если давно уже её не люблю?!
Она:
Заношу палец, чтобы разблокировать мобильный, и… замираю в недоумении, — на экране телефона висит сообщение:
“ Инна, я ухожу от тебя. В ближайшие дни с тобой свяжется мой адвокат”.
Вжимаюсь в кресло автомобиля, когда вижу, что жена выходит из подъезда, интуитивно втягивая голову в плечи, как нашкодивший первоклашка. Надо было вчера всё-таки с ней поговорить…
Призрачное чувство вины, зарождается где-то внутри, но я отмахиваюсь от него.
Почему я должен тухнуть рядом с ней, если давно уже её не люблю?!
Она:
Заношу палец, чтобы разблокировать мобильный, и… замираю в недоумении, — на экране телефона висит сообщение:
“ Инна, я ухожу от тебя. В ближайшие дни с тобой свяжется мой адвокат”.
«Что же мне теперь отведено в компании? И почему генеральный не сказал мне лично про нового руководителя?», — вопросы разъедали больно душу Лизы, а от высохших слёз щипали глаза. Она бессмысленно смотрела в окно, стояла спиной к двери своего кабинета и не услышала, как к ней зашли и обратились.
— Здравствуйте. Здравствуйте. — Лиза повернулась на голос, перед ней стоял незнакомый мужчина.
— Здравствуйте. Что?
— Вы Елизавета Ветреная?
— Здравствуйте. Здравствуйте. — Лиза повернулась на голос, перед ней стоял незнакомый мужчина.
— Здравствуйте. Что?
— Вы Елизавета Ветреная?
– Аврора, я дома! – раздался голос Вити, впервые за долгое время так рано вернувшегося с работы.
– И как ты это объяснишь? – Я швырнула под ноги мужа стринги и пачку презервативов, сжав руки в кулаки, борясь с желанием пустить их в ход.
– А я не понял, Аврора, ты что, копалась в моих вещах?
– Ты серьёзно? Витя, ты сам попросил меня разобрать твою сумку. И не смей перекладывать на меня вину и делать крайней. С кем ты спишь? С Яной?
Мне почему-то казалось, что муж начнёт всё отрицать и отпираться, доказывая, что я всё не так поняла и он может всё объяснить. Но этого не произошло.
– А чего ты от меня ждала? Что я буду как монах хранить тебе верность?
– И как ты это объяснишь? – Я швырнула под ноги мужа стринги и пачку презервативов, сжав руки в кулаки, борясь с желанием пустить их в ход.
– А я не понял, Аврора, ты что, копалась в моих вещах?
– Ты серьёзно? Витя, ты сам попросил меня разобрать твою сумку. И не смей перекладывать на меня вину и делать крайней. С кем ты спишь? С Яной?
Мне почему-то казалось, что муж начнёт всё отрицать и отпираться, доказывая, что я всё не так поняла и он может всё объяснить. Но этого не произошло.
– А чего ты от меня ждала? Что я буду как монах хранить тебе верность?
Звонок в дверь. На пороге стоит он. Ещё вчера любимый, а сегодня уже бывший.
— Давай поговорим, — умоляюще просит он, сделав грустное лицо.
Перед глазами проносятся картинки того ужаса, что разбил мне сердце.
Я снова кидаю взгляд на этого человека, в миг ставшего мне чужим. А потом резким движением руки закрываю дверь перед его носом.
— Говорить больше не о чем, — тихо шепчу я за закрытой дверью. Поворачиваюсь и медленно бреду вглубь квартиры. Вслед мне доносятся стуки в дверь и призывы «открой».
Не могу. Мое сердце уже закрыто. И закрыл его ты.
— Давай поговорим, — умоляюще просит он, сделав грустное лицо.
Перед глазами проносятся картинки того ужаса, что разбил мне сердце.
Я снова кидаю взгляд на этого человека, в миг ставшего мне чужим. А потом резким движением руки закрываю дверь перед его носом.
— Говорить больше не о чем, — тихо шепчу я за закрытой дверью. Поворачиваюсь и медленно бреду вглубь квартиры. Вслед мне доносятся стуки в дверь и призывы «открой».
Не могу. Мое сердце уже закрыто. И закрыл его ты.
Выберите полку для книги