Книги по тегу «современная поэзия»: ""

"Пробуждение к жизни" - откровенный поэтический дневник одного года трансформации. Стихотворения, написанные на разломе старой и новой жизни.

От анатомии разрыва через токсичный коктейль созависимости к территории осознанного одиночества. От святой земли безусловной любви через дыхание вечности к настоящему пробуждению. Кульминация - стихотворения об алхимии души, где боль превращается в золото, а «я своя» становится не словами, а сутью.

Это книга для тех, кто не боится смотреть в бездну. Для тех, кто готов перерезать нить без объяснений. Для тех, кто выбирает тишину вместо шума и себя вместо всех.

Без прикрас. Без фильтров. Без извинений.

Важен не сам процесс или сиюминутный результат, а впечатление, которое он оставит на долгое время. "Предыстория послевкусия" - это сборник стихов, минимум часть из которых не раскроется с первого прочтения, но оставит терпкий привкус и желание попробовать прочитать снова, уже под другим углом. По крайней мере, я на это надеюсь.

На страницах сборника «Поэзия теней» каждое стихотворение — не просто текст, а вызов тишине, шёпот из- за угла, след на стекле, оставленный тем, кто не должен был остаться. Это не лирика о любви и природе. Это поэзия
мистики, поэзия того, что шевелится в полумраке, поэзия снов, которые не отпускают, поэзия тайн, что лучше не знать. Дорогой читатель, если ты готов к большому приключению по ту сторону реальности, открывай скорее книгу
и погружайся в загадочную атмосферу, созданную не словами, а сотканную из теней, в которых так легко заблудиться и потерять себя, растворившись в мистических фантазиях и поддавшись их мрачному очарованию.

Тридцать две истории про жизнь, какой она бывает.
Любовь, от которой стреляются.
Дружба, удерживающаяся на крови.
Бессонница, потому что страшно потерять — или потому что уже потерял.
Дворцы, подъезды, крыши, зоны, больницы, чужие постели.
Королевы врут. Бандиты плачут.
Женщины ждут.
Мужики, которые не возвращаются.
Если думаешь, что поэзия — это про розы и луну — закрой эту книгу.
Здесь розы давят камнями, а луна — замена боли, когда уже ничего не осталось.
Живи.
Если сможешь.

Книга «Оды Бабалон» — как манифест тёмного романтизма и радикального неосимволизма. Она мистическая ашра́я Проклятых Поэтов, где каждая строчка-сссучка стенает как инвокация древних Сил.

«Оды Бабалон» — это опасная лирика не для всех, пропитанная духом Телемы Алистера Кроули, нервом французских декадентов (Шарля Бодлера, Поля Верлена, Артюра Рембо) и эстетикой готического нуара, стирающей границы между Блудницей и Святой | Зверем и Ангелом | Человеком и Богом.

«Оды Бабалон» — интеллектуальная коса-дихотомия и апокалиптическое откровение, посвящённое исследованию первозданного ХАОСА через погружение в глубины психики, в самую суть потаённых желаний и греховных инстинктов Души, вожделеющей ядовитых пороков плотского экстаза.

Этот литературный Арт-Манифест провозглашает цель: трансформировать архаичную, бессовестную и животную Тень Бессознательной Энергии — в чистый метафизический поток Са́тори.

Эстетический терроризм в стенании Космического Нуара. Здесь классический декаданс Золотого века не просто воскресает, а проходит через ритуальную кибер-перезагрузку, превращаясь в карающую фетиш-поэзию.

Celesta de Nuar — это хроника пограничной катастрофы. Автор не ищет компромиссов между добром и злом, но рррадикально заставляет Марию и Магдалену слиться на алтаре диалектического Христа, пока над ними вскипает ртуть первозданного ХаОса.

Здесь Аэшма Зверь изваял не привычные рифмы ради рифм, а зафиксированные вспышки ясновидения, где ветхозаветный пепел, египетская мистика и античная амброзия переплавляются в гипнотический рррокот...

Сборник сбивает нимб с привычной святости. Он оставляет читателя один на один с обнаженным Космосом, где нет места выхолощенной морали и нравоучениям, а единственной Истиной становится первобытная, языческая сила Тёмной МАтери.

Слепая известь стен исходит фиолетовым духом. На этой частоте распада — Мы лишь два фрактала, застигнутых врасплох удушливой лавиной неонового винтажа. Время вытекает сквозь ржавые петли «Gothic Cabaret», оставляя Нас на самом краю сомнамбулИческого эшафота, где меркантильная реальность плавится, как гротескный воск в руках безумцев Ада.

Вспышки сссовести насилуют жалюзи, рассекая наготу моей Примадонны на рубиновые шрамы и антрацитовые клинья. Тяжелые меха рррушатся в пыль с глухим стоном раненого Зверя. Боль взрывается экстатическим Sа́тори, и как ррраспятый Икар — взлетает в крону Сакрального Обмана!

Тяжелый жемчуг на трюмо поёт хрустальным бельканто. Шелковые чулки, освобожденные от пажЕй, скользят в Бездну, оставляя кожу падшего Ангела беззащитной перед клыками возвышенного Демона.

В сборник вошли лирические стихотворения, созданные в разное время, некоторые из них были написаны еще в школьные годы.
* В оформлении обложки использовано фото из семейного архива.

Сокрушительный арт-террор, замешанный на скрижалях святого гнева и презрения к буржуазному обществу. Поэтический кнут, безжалостно стегающий Рим лицемеров, погрязших в алчности, власти и рабстве луидо́ра.

Эта Книга провозглашает тотальную войну Агентам Влияния общества потребления и садомазо-капитализма. Она возвращает поэзии ее первородную функцию — быть Косой Sмерти для фальшивых ценностей и открывать врата в пространство Души.

Автор швыряет одиозную желчь и навозные пощечины по щекам мещанского обывателя, проклиная их лживые сердца и тлеющие очаги. Его рифмы безжалостно выступают как разрушитель идолов, престолов и продажных храмов, мля!

Это хроника внутреннего бунта, где Поэтический РАзум, испив граа́ль бессмертия, улетает на крыльях ясновидения в бесконечные дали...

«Страсти Sатаны» — это радикальный и гипнотический прорыв в пространство оккультного символизма. Книга представляет собой дерзкий визионерский манифест, разворачивающийся на стыке тёмной поэзии, психоделического откровения и психологического анализа.

Текст пульсирует дикой, первобытной энергией Хаоса. Автор выстраивает бескомпромиссные контрасты: сакральный нектар любви здесь сопряжен с ритуальным экстазом, способным обжечь сам Космос и даже БОГА. Строки пропитаны атмосферой холодного замка, где статика камня взрывается чистым адреналином. Ритм стиха — хлесткий, дерзкий, пугающий...

Перед читателем разворачивается строгий символический театр образов, художественных метафор и дьявольских клипо́т. Этот инфернальный перформанс подчинен одной фундаментальной задаче: через тотальное примирение разума с дикой, архаической природой человека запустить процессы трансформации.