Книги в жанре «Бояр-аниме»

Я умер в своём мире — и очнулся в теле Арсения Ворона, последнего наследника рода, который все уже списали.

Меня вывели на дуэль не ради честного боя. Меня привели туда, чтобы при свидетелях забрать последний знак Нулевого Рода и окончательно стереть имя Воронов из истории Империи.

Только враги не знали главного.

Нулевой Род не был слабым.

Он был запечатан.

Когда древний Протокол Возвышения признал во мне наследника, кланы впервые за много лет услышали слово, которого боялись сильнее любого приказа:

Ноль.

Теперь против меня — великие дома, Клановая палата, Тайная канцелярия и те, кто когда-то уничтожил мою семью. У меня нет армии, денег и права на ошибку. Есть только перстень, старый дом, несколько верных людей и сила, способная изменить саму систему родовой власти.

Они хотели увидеть конец рода Воронов.

А увидят его возвращение.

В стране, скованной вечным льдом, законы суровы, а люди жестоки.
Лишь редкие избранные имеют право получать высшее магическое образование. Сироте, к тому же магу воды вроде меня, эта честь не светит.
Но они не учли одной небольшой детали.
В теле тщедушной девчонки теперь я – легендарная чародейка из другого мира.
И ни один род не устоит на пути к моему величию.
Ни один род и ни один мужчина.

Дэлия. Послушник Тысячеэтажного Дома

В мире, где магия рун переплетается с древней силой крови, начинается история Артура. Принятый в загадочный Тысячеэтажный Дом в качестве послушника, он должен обуздать опасный дар, который рвется наружу. Его клан возглавляет Дэлия-женщина-маг,оборотень.Одна половина её души принадлежит миру людей, другая — яростному зверю. Когда руны на броне вспыхивают голубым огнем, ее руки превращаются в когтистые лапы. Артуру придется научиться у нее всему или погибнуть в доме с тысячью этажей и миллионом порталов в иные миры....

Погрузитесь в захватывающий роман в жанре «Бояриниме», полный тайн, магии и клановых интриг.

Зима 1227 года. Алексей Воронцов возвращается в поместье, чтобы собрать частную армию. Толмачев готовит удар, и время играет против него. Диверсии, засады, ночные вылазки — и в центре всего Варвара, чьи руки творят оружие, а тело становится наградой. Война — это не только поле боя, но и женские бёдра, сжатые в темноте оружейной мастерской.

Майор спецназа, погибший в бою, просыпается в теле униженного аристократа. Его ждёт мир клановых войн и магии, где выживает только сильнейший. Чтобы возродить род, он должен завоевать пять дерзких красавиц и раздавить врага. Жёсткая эротика, сцены доминирования и кровавые схватки — в каждой третьей главе. Готовься к игре без правил.

Финал цикла. История завершается.
Впервые за три года Глеб выспался. Мёртвая нога не разбудила его под утро, в груди ничего не скулит, и он ловит себя на том, что по этому поводу не чувствует ровно ничего.

Это не выздоровление. Это счёт, который ему выставили: он отдал последнее живое, что в нём оставалось, и стал наконец тем, кого из него двенадцать лет растили — пустым и очень сильным.

Земля уходит по суду, а вместе с землёй ломается ключ, ради которого его берегли. В доме сидит человек, который восемнадцать лет назад отпер ворота его убитым отцу и матери. За воротами — те, у кого не идёт пар изо рта, и правда про них хуже, чем всё, что он о них думал.

А под полом дышит Источник, и Дверь в старице открывают изнутри.

Он дойдёт. Он всегда доходит. Вопрос только в том, останется ли к концу этой дороги кто-нибудь, кто сумеет отличить его голос от чужого — и скажет ему «это ты», когда он сам уже не разберёт.

Майор инженерных войск Алексей Вершинин погиб при разминировании. Проснулся в теле девятнадцатилетнего барона, чей отец казнён за измену, земли конфискованы, а в наследство остались лишь разваливающийся замок на скале, двести голодных крестьян и четырнадцать дней до того, как сосед-граф заберёт всё.

В этом мире два процента людей способны «резонировать» с материей — чувствовать структуру стали, камня, дерева. Барон Алекс по всем записям бездарен. Но майор Вершинин знает металлургию, военную инженерию и то, как из ничего построить производственную цепочку. А Резонанс, проснувшийся в чужом теле, превращает его знания в то, чего здесь ещё не видели.

Никаких систем, уровней и чит-кодов. Только сталь, огонь, расчёт и упрямство человека, который привык решать невыполнимые задачи.

От первой плавки в развалившейся кузне — до нарезных стволов, горных пушек и полка, который остановит вторжение. От опального барона — до того, кого империя назовёт графом.

Первая книга цикла.

Алексей Воронцов принят в Академию благородных родов, но враги не дремлют. Здесь ему предстоит не только постигать науку войны, но и завоевать сердце новой героини — целительницы. Первый поход в Дикие Земли принесёт славу, но столкнёт с вождём Хааром. Зимний бал станет ареной открытого вызова клану Толмачевых. Чёрное знамя Воронова взметнётся над столицей.

Непросто быть наследником древнего рода: то враги наймут знаменитого убийцу, то принц захочет отомстить, а то и вовсе придется разбираться с внезапно проснувшейся кровью предков. И что делать бедному лорду? Все видят в Ардэне врага, все хотят его погубить или использовать. Род Шер'рат вновь стоит на грани уничтожения, только от молодого наследника зависит судьба магов скверны. Сможет ли он вычислить Серую Тень? Сумеет ли одолеть Вас'тар? А помириться с принцем? Знать бы! Ардэн начинает сложную игру, чтобы спасти себя и свой род. Но самой трудной задачей для него станет простая беседа с одной прекрасной леди…

Первая книга: Уголь. Бастардка Дома Северцевых
Меня вписали в книгу империи на семьсот сорок первый лист. Я гордилась одной строкой в этой записи: не более одного в седмицу. Я выторговала её себе в защиту.

В столице мне объяснили, что теперь эту седмицу назначают они.

Раз в неделю приходит бумага, и в ней стоит имя. Не тот, кому хуже всех: в этом городе тысячи людей с порванным Даром стоят в очередях и пишут прошения. Мне назначают тех, кто полезнее всех. Человека, при котором говорят лишнее. Дом, в котором ничего не портится. Человека, которому верят на слово.

Меня не покупают и не пугают. Мною собирают набор, и плачу за него я.

А в четвёртой бумаге стоит имя женщины, которую я уже держала за руки однажды. И с декабря всё, за что я берусь во второй раз, ломается насмерть.