Книги в жанре «Эротическая комедия»
— Помогите, маньяк! — я вырвалась из жадных объятий Ивана и рванулась к спасительной двери.
Но он молча поймал меня за запястье и притянул обратно, с лёгкой, опасной усмешкой.
— То, что было в той комнате — ошибка. Больше этого не повторится! — выдохнула я, чувствуя, как голос предательски дрожит.
— Повторится, малышка... Потому что тебе все это понравилось.
— Я... я не знала тогда, кто ты! — попыталась вырваться вновь, но его наглые руки скользнули по талии и опустились на бедра.
— Теперь знаешь, — он наклонился к моим губам. — И от этого хочешь меня ещё сильнее...
— Нет...
— Тогда докажи мне, что это не так... — Прошептал он и его горячая ладонь скользнула под подол моего халатика.
Всё началось с дурацкого квеста. Чтобы заполучить ключ от выхода, я поцеловала незнакомца в костюме Дьявола — рыжего, наглого и невероятно сексуального.
Это был всего лишь поцелуй…
А потом я узнала, что этот «дьявол» — Иван. Сын моей лучшей подруги.
И, теперь, он хочет мою душу и тело...
Но он молча поймал меня за запястье и притянул обратно, с лёгкой, опасной усмешкой.
— То, что было в той комнате — ошибка. Больше этого не повторится! — выдохнула я, чувствуя, как голос предательски дрожит.
— Повторится, малышка... Потому что тебе все это понравилось.
— Я... я не знала тогда, кто ты! — попыталась вырваться вновь, но его наглые руки скользнули по талии и опустились на бедра.
— Теперь знаешь, — он наклонился к моим губам. — И от этого хочешь меня ещё сильнее...
— Нет...
— Тогда докажи мне, что это не так... — Прошептал он и его горячая ладонь скользнула под подол моего халатика.
Всё началось с дурацкого квеста. Чтобы заполучить ключ от выхода, я поцеловала незнакомца в костюме Дьявола — рыжего, наглого и невероятно сексуального.
Это был всего лишь поцелуй…
А потом я узнала, что этот «дьявол» — Иван. Сын моей лучшей подруги.
И, теперь, он хочет мою душу и тело...
— Мама дорогая, — шепчу я, возвращаясь на кухню, где языки пламени лижут стены, а кастрюля стала похожа на закопченный факел. — Горю…
Бросаюсь к печке, чтобы потушить огонь, но жестянка, которая еще недавно была вытяжкой, громко хлопает, и я валюсь на пол, закрывая голову руками.
— Пожар! — опомнившись, кричу я.
Распахиваю окно и наполовину высовываюсь на улицу.
— Пожар! Помогите! — кричу я, срывая горло.
До меня доносится звук выбиваемой двери. Я соскакиваю с подоконника и отшатываюсь от огня, который вспыхивает с удвоенной силой.
— Что случилось? — Сергей вваливается в коридор с входными дверями в руках. — Валентина!
— Пожар! — кричу я и бросаюсь на шею своему спасителю.
Бросаюсь к печке, чтобы потушить огонь, но жестянка, которая еще недавно была вытяжкой, громко хлопает, и я валюсь на пол, закрывая голову руками.
— Пожар! — опомнившись, кричу я.
Распахиваю окно и наполовину высовываюсь на улицу.
— Пожар! Помогите! — кричу я, срывая горло.
До меня доносится звук выбиваемой двери. Я соскакиваю с подоконника и отшатываюсь от огня, который вспыхивает с удвоенной силой.
— Что случилось? — Сергей вваливается в коридор с входными дверями в руках. — Валентина!
— Пожар! — кричу я и бросаюсь на шею своему спасителю.
(22)
Эларион — некогда могущественный бог, а ныне скитающийся по мирам бродяга. Морвена — эксцентричная исследовательница, увидев его, тут же заприметила как «экспонат».
Их история повторяется. Много веков назад душа юной Морвены, влюбившись в бога Элариона, получила отказ: «Ты всего лишь смертная». В порыве праведного гнева она наложила на него проклятие: «Ты будешь любить ту, кто ненавидит тебя…»
И вот они встречаются снова — в волшебной Амуртэе, где любовь витает в воздухе, а магия обители подшучивает над ними. Морвена не помнит свою другую жизнь. Но Эларион узнает в ней свою бывшую «ученицу».
Их встреча — уже благословение Амуртэи. Между древним богом спокойствия и смертной с ураганом в душе вспыхивает пламя страсти. Но обитель так просто их не отпустит, любовных признаний будет недостаточно.
Героям предстоит пройти через череду искушений, где смех и досада смешаются с эйфорией и страстью.
Самостоятельная история из серии книг #Амуртэя.
Их история повторяется. Много веков назад душа юной Морвены, влюбившись в бога Элариона, получила отказ: «Ты всего лишь смертная». В порыве праведного гнева она наложила на него проклятие: «Ты будешь любить ту, кто ненавидит тебя…»
И вот они встречаются снова — в волшебной Амуртэе, где любовь витает в воздухе, а магия обители подшучивает над ними. Морвена не помнит свою другую жизнь. Но Эларион узнает в ней свою бывшую «ученицу».
Их встреча — уже благословение Амуртэи. Между древним богом спокойствия и смертной с ураганом в душе вспыхивает пламя страсти. Но обитель так просто их не отпустит, любовных признаний будет недостаточно.
Героям предстоит пройти через череду искушений, где смех и досада смешаются с эйфорией и страстью.
Самостоятельная история из серии книг #Амуртэя.
Это продолжалось минуты две, а потом меня отпустило. Я выдохнула и наконец оторвала взгляд от силуэта мужчины.
— Он красавчик! — шепчет Азалия, поворачиваясь ко мне. — Что с тобой? Тебя тряхнуло?
— Нет, что ты, он вообще не в моём вкусе, — отвечаю ей лукавя.
— Меня вот тоже не тряхнуло, но он мне нравится. Иногда браки заключаются и для удовольствия. И я бы с ним... — собеседница мечтательно закатила глаза. А я думала, как мне повезло, что я сидела в тот самый момент, когда он вошёл. Сил у лис немного, поэтому сломать качественный стул я не смогла, а вот волчица вполне справилась бы с этим, если бы её тряхнуло так же, как и меня. Поэтому она не врёт.
— Он красавчик! — шепчет Азалия, поворачиваясь ко мне. — Что с тобой? Тебя тряхнуло?
— Нет, что ты, он вообще не в моём вкусе, — отвечаю ей лукавя.
— Меня вот тоже не тряхнуло, но он мне нравится. Иногда браки заключаются и для удовольствия. И я бы с ним... — собеседница мечтательно закатила глаза. А я думала, как мне повезло, что я сидела в тот самый момент, когда он вошёл. Сил у лис немного, поэтому сломать качественный стул я не смогла, а вот волчица вполне справилась бы с этим, если бы её тряхнуло так же, как и меня. Поэтому она не врёт.
Номер 512. Красное белье и…. не тот мужчина?
– Это мой новогодний подарок? Красивая незнакомка в красном белье?
– Здесь должен быть другой мужчина!
– А здесь я. Может, это и есть новогоднее чудо?
Пока искры шампанского смешиваются с блеском фейерверков, между мужчиной и женщиной разгорается пламя, которого не должно было быть.
Этой волшебной ночью кажется, что все возможно.
Но за праздничной мишурой скрывается тайна, ради которой кто-то готов пойти на все.
Двенадцать часов, которые навсегда изменят две судьбы.
– Это мой новогодний подарок? Красивая незнакомка в красном белье?
– Здесь должен быть другой мужчина!
– А здесь я. Может, это и есть новогоднее чудо?
Пока искры шампанского смешиваются с блеском фейерверков, между мужчиной и женщиной разгорается пламя, которого не должно было быть.
Этой волшебной ночью кажется, что все возможно.
Но за праздничной мишурой скрывается тайна, ради которой кто-то готов пойти на все.
Двенадцать часов, которые навсегда изменят две судьбы.
Евгения: Он свалился из ниоткуда и прямо в наш приличный университет, и мне почему-то кажется, что мажора от него как от пчелки жало. Невоспитанный, грубиян, мозгов очень сильная нехватка, юмор вообще сплошной сюр. И мне удостоилась честь сопровождать его в обучении в течение месяца, чтобы это жужжащие не плавал на нашем курсе, а летал… Но летают все от него или вовсе к нему...
Кто создал Савелия Жукова? Тому бы руки оторвать!
Сава: Кажется, её создали сумасшедшие ученые, чтобы взорвать мой мозг! Спрашивается, зачем им мой мозг и зачем для него такое смертоносное оружие? Жека скучная, раздражающая, приставучая зазнайка, с которой хочется содрать очки, растоптать их и смотреть, как она рыдать над ними будет.
Кто создал Савелия Жукова? Тому бы руки оторвать!
Сава: Кажется, её создали сумасшедшие ученые, чтобы взорвать мой мозг! Спрашивается, зачем им мой мозг и зачем для него такое смертоносное оружие? Жека скучная, раздражающая, приставучая зазнайка, с которой хочется содрать очки, растоптать их и смотреть, как она рыдать над ними будет.
— Кошмаров?! — уже не шиплю, а почти кричу я, впиваясь ногтями в бархат сарафана. — Черт... Я могла догадаться! Ты всегда был грубым и невоспитанным! Я думала, там дети! А ты что здесь делаешь в этом дурацком костюме? Как всегда, шут гороховый? Нашел, кого пугать — беззащитную Снегурочку с косичками!
— Комаров, — поправляет он с убийственным спокойствием. — Вырос, Курочкина. Не твое дело. Просто не люблю, когда воруют то, что считаю своей добычей. Даже если это занудная отличница.
Меня вызвали на праздник к детям, но попала я совсем в другую компанию. Все было бы очень плохо, если бы не мой спаситель в костюме Деда Мороза. Вот только когда он снял бороду, я узнала его...
— Комаров, — поправляет он с убийственным спокойствием. — Вырос, Курочкина. Не твое дело. Просто не люблю, когда воруют то, что считаю своей добычей. Даже если это занудная отличница.
Меня вызвали на праздник к детям, но попала я совсем в другую компанию. Все было бы очень плохо, если бы не мой спаситель в костюме Деда Мороза. Вот только когда он снял бороду, я узнала его...
Пар ударил в лицо, как только она открыла дверь. Таня скинула халат, оставшись в одном полотенце, и прикрыла дверь.
И тут...
— Боже!
На верхней полке, в полумраке, сидел... Андрей.
Мускулистые бёдра, мощная грудь, и... всё остальное, что она так отчаянно пыталась не рассматривать.
— Извините! — Таня резко отвернулась, чувствуя, как горит всё её тело.
И тут...
— Боже!
На верхней полке, в полумраке, сидел... Андрей.
Мускулистые бёдра, мощная грудь, и... всё остальное, что она так отчаянно пыталась не рассматривать.
— Извините! — Таня резко отвернулась, чувствуя, как горит всё её тело.
— Я спросил, ты что-то видела, Саша? — он повторил, и в его интонации не было угрозы. Была… настойчивость.
Я кивнула. Слабый, почти незаметный кивок.
Он медленно выдохнул. Затем поднял руку и оперся ладонью о стену прямо над моим плечом, загораживая мне путь.
— Хорошо, — сказал он, и его губы тронула чуть заметная хищная улыбка. — Тогда, наверное, нет смысла притворяться.
В детстве, я была влюблена в отца своей подруги, но выросла и уже забыла о детских чувствах.
Однажды, вышло так, что я осталась у неё с ночёвкой. Прогуливаясь мимо его комнаты, я услышала странный звук, и, заглянув в приоткрытую дверь, замерла.
На его мониторе - моё фото.
Которое он... тщательно... рассматривал...
Я кивнула. Слабый, почти незаметный кивок.
Он медленно выдохнул. Затем поднял руку и оперся ладонью о стену прямо над моим плечом, загораживая мне путь.
— Хорошо, — сказал он, и его губы тронула чуть заметная хищная улыбка. — Тогда, наверное, нет смысла притворяться.
В детстве, я была влюблена в отца своей подруги, но выросла и уже забыла о детских чувствах.
Однажды, вышло так, что я осталась у неё с ночёвкой. Прогуливаясь мимо его комнаты, я услышала странный звук, и, заглянув в приоткрытую дверь, замерла.
На его мониторе - моё фото.
Которое он... тщательно... рассматривал...
— Твоя рука на моей заднице — это часть актерской игры?
— Нет, это стратегически важная деталь для правдоподобности. Коллега из отдела маркетинга смотрит на нас с подозрением.
Хотела купить на вечер роскошного мужчину — получила на три дня с полным пансионом. Мой идеальный «парень на час» Лев оказался упрямым, саркастичным и до неприличия сексуальным. Теперь мы заперты на новогоднем корпоративе-марафоне, где каждый коллега мечтает разлучить нас... или присоединиться. Главное — не переиграть и не влюбиться по-настоящему…
— Нет, это стратегически важная деталь для правдоподобности. Коллега из отдела маркетинга смотрит на нас с подозрением.
Хотела купить на вечер роскошного мужчину — получила на три дня с полным пансионом. Мой идеальный «парень на час» Лев оказался упрямым, саркастичным и до неприличия сексуальным. Теперь мы заперты на новогоднем корпоративе-марафоне, где каждый коллега мечтает разлучить нас... или присоединиться. Главное — не переиграть и не влюбиться по-настоящему…
Выберите полку для книги