Книги в жанре «Попаданцы во времени»
Между ними – столетия. Между ними – невидимая стена, разделяющая миры.
За ней идет охота, а время неумолимо сжимается, превращая их убежище в капкан.
Какую цену придется заплатить, если любовь станет единственным способом нарушить законы самого мироздания?
За ней идет охота, а время неумолимо сжимается, превращая их убежище в капкан.
Какую цену придется заплатить, если любовь станет единственным способом нарушить законы самого мироздания?
Всю жизнь Андрей думал, что он ничей. Отказник. Но оказалось, что мать его не бросала.
В детдом ребенка сдала родная бабка. Андрей приехал к ней, чтобы посмотреть в глаза предательнице. Но оказалось, он опоздал.
В сердцах мужчина проклял бабку, поскользнулся, ударился головой и очнулся в 1985 году...
Бабка жива. Мать — девчонка, которая ещё не знает, что беременна им.
Теперь он может остановить предательство до того, как оно случится.
Вопрос только в цене...
В детдом ребенка сдала родная бабка. Андрей приехал к ней, чтобы посмотреть в глаза предательнице. Но оказалось, он опоздал.
В сердцах мужчина проклял бабку, поскользнулся, ударился головой и очнулся в 1985 году...
Бабка жива. Мать — девчонка, которая ещё не знает, что беременна им.
Теперь он может остановить предательство до того, как оно случится.
Вопрос только в цене...
У нас ее называют Крымской войной, французы – Восточной, англичане – Русской. Кто-то даже использует термин Нулевая Мировая, и что-то в этом есть, потому что боевые действия шли отнюдь не только в Крыму. Дунай, Черноморское побережье, Кавказ, Азовское море, Балтийское, Северное, Петропавловск-Камчатский. В этой войне так или иначе участвовали все великие державы 19 века, тогда же впервые пошло в ход оружие нового поколения. Парус сменился паром, дерево – сталью, гладкий ствол – нарезным, взмыленная лошадь – телеграфом. Настоящая военная революция, к которой оказались не готовы прежде всего люди, которые еще не освоились с новыми возможностями.
Разве не идеальное время, чтобы отправить сюда гостя из двадцать первого века?
Разве не идеальное время, чтобы отправить сюда гостя из двадцать первого века?
Внимание! Попаданка в Шотландию XVI века ищет союзника. Требования: наличие меча, способность не убить меня при первой встрече, желательно — отсутствие планов сжечь меня на костре.
Алиса Крейн не планировала путешествие во времени. Она вообще планировала дописать диссертацию и, может быть, завести кота. Вместо этого она очнулась в теле леди Маргарет, у которой есть только синяки и страх. Муж требует развода и готов заточить её в монастырь. Король играет свои игры, лорды плетут интриги, а единственный, кто не хочет её смерти, — капитан Эйан Макферсон — считает её такой же мерзавкой, как её муж.
Ей предстоит выжить, перехитрить всех и, возможно, влюбиться. В том порядке, который получится.
Алиса Крейн не планировала путешествие во времени. Она вообще планировала дописать диссертацию и, может быть, завести кота. Вместо этого она очнулась в теле леди Маргарет, у которой есть только синяки и страх. Муж требует развода и готов заточить её в монастырь. Король играет свои игры, лорды плетут интриги, а единственный, кто не хочет её смерти, — капитан Эйан Макферсон — считает её такой же мерзавкой, как её муж.
Ей предстоит выжить, перехитрить всех и, возможно, влюбиться. В том порядке, который получится.
Вересковые холмы. Запах дыма и свежеиспечённого хлеба. Курица, которая спит на подушке. Алиса и Эйан наконец-то вернулись в Крейгмор — но прошлое не отпускает. Граф мёртв? Не совсем. Чтобы спасти тех, кого любишь, Алисе придётся пройти через подземелья замка Аргайлов, холодный суд и горящий костёр. Но каждая битва стоит того, если в конце ждёт свадьба, первая ночь в родном доме и тихий снег на крыльце. История о том, как женщина из XXI века нашла своё счастье в XVI, — со слезами, смехом и очень наглой птицей.
Злой рок кружил над родом, не позволяя ни одной женщине, принадлежавшей к нему, познать настоящее семейное счастье. Несправедливая мука преследовала невинных в наказание за некогда совершенную ошибку легкомысленного предка.
Глядя на страдания матери, Василиса дала зарок, что ни за что не свяжет себя брачными узами. Слишком уж невыносимыми выглядели в её глазах оковы беспощадной судьбы. Пока в одну из сумрачных горьких ночей, пропитанных страданием близкого человека, ей неожиданно не представился случай всё изменить.
Глядя на страдания матери, Василиса дала зарок, что ни за что не свяжет себя брачными узами. Слишком уж невыносимыми выглядели в её глазах оковы беспощадной судьбы. Пока в одну из сумрачных горьких ночей, пропитанных страданием близкого человека, ей неожиданно не представился случай всё изменить.
В 2010 году кусок безмозглой плесени за 26 часов спроектировал транспортную сеть, на которую у человечества ушли десятилетия. Стая из 500 рыб мгновенно разворачивается на 180 градусов без единой команды. Термиты строят здания, которые выдерживают вес взрослого льва и существуют дольше любой человеческой империи. Растения помнят и обучаются без единого нейрона.
Это не научная фантастика. Это наука, которая меняет наше представление о разуме.
Сурен Акобян, публицист и автор концепции «Собора времени», проводит читателя через пять типов «скрытого интеллекта» природы:
- Пространственный интеллект слизевика и муравьёв
- Временной интеллект стай рыб и пчелиных роев
- Макроразум термитов и лесных экосистем
- Интеллект в форме — эволюционные решения, застывшие в клюве зимородка и коже акулы
- Химический интеллект растений, которые помнят без мозга
Книга отвечает на один из самых тревожных вопросов науки — парадокс Ферми: «Где все остальные?» — и предлагает революционный
Это не научная фантастика. Это наука, которая меняет наше представление о разуме.
Сурен Акобян, публицист и автор концепции «Собора времени», проводит читателя через пять типов «скрытого интеллекта» природы:
- Пространственный интеллект слизевика и муравьёв
- Временной интеллект стай рыб и пчелиных роев
- Макроразум термитов и лесных экосистем
- Интеллект в форме — эволюционные решения, застывшие в клюве зимородка и коже акулы
- Химический интеллект растений, которые помнят без мозга
Книга отвечает на один из самых тревожных вопросов науки — парадокс Ферми: «Где все остальные?» — и предлагает революционный
У нас ее называют Крымской войной, французы – Восточной, англичане – Русской. Кто-то даже использует термин Нулевая Мировая, и что-то в этом есть, потому что боевые действия шли отнюдь не только в Крыму. Дунай, Черноморское побережье, Кавказ, Азовское море, Балтийское, Северное, Петропавловск-Камчатский. В этой войне так или иначе участвовали все великие державы 19 века, тогда же впервые пошло в ход оружие нового поколения. Парус сменился паром, дерево – сталью, гладкий ствол – нарезным, взмыленная лошадь – телеграфом. Настоящая военная революция, к которой оказались не готовы прежде всего люди, которые еще не освоились с новыми возможностями.
И вот уже несколько недель в этом котле варится наш современник. Что он успел улучшить, что сломал, и что будет, когда начнется первая бомбардировка Севастополя?
И вот уже несколько недель в этом котле варится наш современник. Что он успел улучшить, что сломал, и что будет, когда начнется первая бомбардировка Севастополя?
Киберпреступник Егор Субботин, выполнив очередной «заказ», едет в аэропорт, откуда надеется навсегда отправиться в вечное лето. Он абсолютно прав, размышляя о том, что «завтра его здесь уже не будет», но даже не представляет, где окажется в самом деле...
Я встретил своего старого сослуживца, который погиб на войне и, так же, как и я, оказался в этом странном мире. Теперь, мы по разные стороны баррикад. Найдем ли мы общий язык, станем ли снова друзьями? Или нас ждет еще одна война, в которой нам суждено стать друг другу заклятыми врагами?
Выберите полку для книги