Их взгляды встречаются — дольше, чем положено. Вероника моргает первой, чувствуя, как жар поднимается к щекам. Ведь он отец Игоря, и это неправильно, но в глубине души шепчет искра любопытства. Захар отрывается от стены и приближается, шаги уверенные, как у хищника. Он останавливается рядом, слишком близко, и Вероника улавливает запах его одеколона — смесь табака и древесины.
— Вы выглядите усталой, Вероника, — говорит он, наливая коньяк в её бокал. Голос низкий, бархатный, с лёгким акцентом от европейских поездок.
Она сглатывает, стараясь сохранить спокойствие. Это запретно, но сердце бьётся чаще, и она берёт бокал.
— Спасибо, Захар. Просто корпоративы всегда такие утомляющие.
— Ты могла бы светить ярче, — продолжает он, наклоняясь ближе, так что его дыхание касается уха. — Если захочешь.