Книги в жанре «Альтернативная история»
Псковская область, 2019 год. Организованная школой летняя экскурсия преследует благую цель - чуть ближе познакомить нерадивых учеников с историей родного края.
Участвует в конкурсе:
Рассказ исследует темы любви, самопожертвования и силы человеческих отношений перед лицом мистических испытаний. Он показывает, как отказ от собственной природы ради истинных чувств может привести к освобождению и обретению счастья, даже после веков страданий.
Несколько историй из жизни незамысловатых вещей. Как поживает на кухонном столе спичечный коробок? К какому приключению готов лист тополя? И как, в конце концов, унитазный ершик оказался в руках короля? Все это и еще немного больше ждет вас в сборнике рассказов. Простые мысли о простых вещах.
Матёрый опер из 90-х неожиданно оказывается в нашем времени — в теле молодого и субтильного штабного лейтенанта. В отделе Полиции его никто не воспринимает всерьёз.
Но он-то знает, как работать по старой школе: жёстко, с улицы, с притона. Теперь он снова на службе — среди оперков с айфонами, забывших, как колоть жуликов без компьютеров и баз данных, как брать опасного преступника с одним только блокнотом и стальным взглядом.
Но он-то знает, как работать по старой школе: жёстко, с улицы, с притона. Теперь он снова на службе — среди оперков с айфонами, забывших, как колоть жуликов без компьютеров и баз данных, как брать опасного преступника с одним только блокнотом и стальным взглядом.
В островном засекреченном государстве, отрезанном от мира, порожденном паранойей главнокомандующего, где переписана история и искажено понятие веры, происходит череда чудовищных в своей жестокости преступлений, совершенных детьми. По оставленным убийцами посланиям следователи понимают: жертвы наказаны за грехи. Дела явно связаны между собой, нить расследования ведет в единственный на острове храм…
XX век — это не просто эпоха войн, революций и катастроф.
Это время людей, оказавшихся внутри сломанных систем, страшных идей и бесчеловечных решений.
В этой книге нет демонов и нет святых.
Здесь нет однозначных злодеев, карикатурных тиранов и удобных мифов.
Здесь есть люди — со страхами, амбициями, болью, верой, слабостями и выбором.
Мы смотрим на лидеров, их окружение и эпоху не с позиции суда, а с позиции понимания:
как обычные дети своего времени становились символами власти, насилия или надежды;
как маски идеологий скрывали живые лица;
как время ломало одних — и поднимало других.
Эта книга не оправдывает преступления.
Но она задаёт главный, неудобный вопрос:
что именно превращает человека в палача — и можно ли разорвать этот круг?
Это время людей, оказавшихся внутри сломанных систем, страшных идей и бесчеловечных решений.
В этой книге нет демонов и нет святых.
Здесь нет однозначных злодеев, карикатурных тиранов и удобных мифов.
Здесь есть люди — со страхами, амбициями, болью, верой, слабостями и выбором.
Мы смотрим на лидеров, их окружение и эпоху не с позиции суда, а с позиции понимания:
как обычные дети своего времени становились символами власти, насилия или надежды;
как маски идеологий скрывали живые лица;
как время ломало одних — и поднимало других.
Эта книга не оправдывает преступления.
Но она задаёт главный, неудобный вопрос:
что именно превращает человека в палача — и можно ли разорвать этот круг?
"Наш корреспондент трагически погиб, выполняя задание редакции..." - напишут завтра в новостях. Только я этого не увижу, потому что разбился об бетонный пол цеха заброшенного завода.
Я упал с огромной высоты.
Но почему-то не погиб, а провалился во времена позднего Советского Союза. И попал в тело только что получившего диплом факультета журналистики парня, которого распределили в заводскую многотиражку.
Ах как иронично!
Где же я так нагрешил-то, что колесо Сансары снова отправило меня работать в прессу?
Я упал с огромной высоты.
Но почему-то не погиб, а провалился во времена позднего Советского Союза. И попал в тело только что получившего диплом факультета журналистики парня, которого распределили в заводскую многотиражку.
Ах как иронично!
Где же я так нагрешил-то, что колесо Сансары снова отправило меня работать в прессу?
Мне начало казаться, что только здесь, в Советском Союзе восьмидесятого, я ощутил себя по-настоящему дома. Теперь мне хочется вцепиться в это место и время, врасти в него и не отпускать.
Обычный программист пытается просто выжить в новом мире: ходить в церковь, не задавать вопросов, не высовываться. Но рано или поздно каждому приходится выбирать сторону.
Жёсткая антиутопия о том, как быстро привычный мир может стать чужим — и о цене, которую мы платим за молчание.
Жёсткая антиутопия о том, как быстро привычный мир может стать чужим — и о цене, которую мы платим за молчание.
Представь: октябрь 1962 года. Американский эсминец «Бивер» приближается к советской подлодке B-59 у берегов Кубы. На борту — ядерная торпеда. Температура в отсеках +60°C, аккумуляторы отравляют воздух хлором, связь с Москвой потеряна. Три офицера должны решить: запускать ли торпеду? Двое голосуют «да». Третий — Василий Архипов — говорит «нет». Один голос спасает мир от ядерной войны.
Это не фантастика. Это Холодная война.
От развалин Берлина 1945 года до падения Берлинской стены 1989-го — эта книга раскрывает эпоху, где не стреляли танки, но умирали миллионы. Где шпионы меняли судьбы стран за чашкой кофе. Где космонавты и астронавты соревновались в космосе, а на Земле дети учились прятаться под партами от атомного удара. Корейская война, Вьетнам, Афганистан, Карибский кризис, «Мост шпионов» в Берлине, гонка вооружений, джинсы как оружие пропаганды — всё это не история. Это предупреждение. Потому что Холодная война никогда не закончилась. Она просто сменила форму.
Это не фантастика. Это Холодная война.
От развалин Берлина 1945 года до падения Берлинской стены 1989-го — эта книга раскрывает эпоху, где не стреляли танки, но умирали миллионы. Где шпионы меняли судьбы стран за чашкой кофе. Где космонавты и астронавты соревновались в космосе, а на Земле дети учились прятаться под партами от атомного удара. Корейская война, Вьетнам, Афганистан, Карибский кризис, «Мост шпионов» в Берлине, гонка вооружений, джинсы как оружие пропаганды — всё это не история. Это предупреждение. Потому что Холодная война никогда не закончилась. Она просто сменила форму.
Выберите полку для книги