Подборка книг по тегу: "мистика и любовь"
В мистической атмосфере новогоднего города разворачиваются невероятные события. Смогут ли двое людей встретиться, если на пути столько препятствий? И кто стоит за всеми чудесными встречами в новогоднюю ночь? Вас ждет в этом произведении: любовь, мистика и новогоднее чудо, а так же удивительная развязка всех историй в конце. И пусть в Новый год кто-то так же позаботится о том, чтобы ваша судьба нашла вас.
"Силы были явно не равны: Ванесса — на каблуках и прикованная к элегантному, длинному платью, а мужчина — в спортивных штанах и удобной обуви. Однако у Ванессы было преимущество — она находилась ближе к автомобилю. "
"Не так она ожидала провести этот Новый год и уж точно не тащить на себе владельца компании в костюме Деда Мороза. "
"Силы были явно не равны: Ванесса — на каблуках и прикованная к элегантному, длинному платью, а мужчина — в спортивных штанах и удобной обуви. Однако у Ванессы было преимущество — она находилась ближе к автомобилю. "
"Не так она ожидала провести этот Новый год и уж точно не тащить на себе владельца компании в костюме Деда Мороза. "
Могла ли Наденька Заварзина предполагать, что её жизнь так быстро и трагично прервётся? Конечно же, нет! Да и потом, в девятнадцать лет о смерти вообще, размышляешь в последнюю очередь и уж тем более не думаешь о том, что любое неосторожное желание может исполниться.
Мог ли Дмитрий Вяземский, сидя возле постели своей возлюбленной, полагать, что жизнь преподнесёт ему удивительный сюрприз? А ведь, всё возможно, главное, знать, что надежда тебя не покинет
Мог ли Дмитрий Вяземский, сидя возле постели своей возлюбленной, полагать, что жизнь преподнесёт ему удивительный сюрприз? А ведь, всё возможно, главное, знать, что надежда тебя не покинет
"— И как она тебе?
— Да обычная. У меня таких много было. Незаметная какая-то. Нет в ней ничего…
Голос у Волкова был холодный, расчетливый.
— А я подумал, что тебе она понравилась. Может, тест-драйв? Чтобы окончательно решить?
— Нет. Я же и так вижу — не мое. Уровень не тот.
И говорят они… “серенькая”... “нет изюминки”... Обо мне?!
Сердце, которое до этого колотилось быстро и радостно, сделало вжух и вниз. Я вцепилась в раковину, чтобы устоять на ногах, и снова посмотрела на себя в зеркало. Вот она — серенькая, без искры и изюминки. Не его уровень, еще бы! Как же… богатый, умный, красивый… размечталась! Дура!"
Я Василиса, фея личной жизни. Как я стала феей? Случайно попала в перестрелку, и меня убили. А виноват в моей смерти капитан полиции Волков. Брутальный красавец. с шикарной улыбкой. Богатый, умный. И мое задание — найти ему вторую половину. Если я этого не сделаю — умру навсегда!
— Да обычная. У меня таких много было. Незаметная какая-то. Нет в ней ничего…
Голос у Волкова был холодный, расчетливый.
— А я подумал, что тебе она понравилась. Может, тест-драйв? Чтобы окончательно решить?
— Нет. Я же и так вижу — не мое. Уровень не тот.
И говорят они… “серенькая”... “нет изюминки”... Обо мне?!
Сердце, которое до этого колотилось быстро и радостно, сделало вжух и вниз. Я вцепилась в раковину, чтобы устоять на ногах, и снова посмотрела на себя в зеркало. Вот она — серенькая, без искры и изюминки. Не его уровень, еще бы! Как же… богатый, умный, красивый… размечталась! Дура!"
Я Василиса, фея личной жизни. Как я стала феей? Случайно попала в перестрелку, и меня убили. А виноват в моей смерти капитан полиции Волков. Брутальный красавец. с шикарной улыбкой. Богатый, умный. И мое задание — найти ему вторую половину. Если я этого не сделаю — умру навсегда!
Лина Любова — серая пышка в сером свитере. Униженная одногруппниками, использованная красавчиком Вадимом, она привыкла терпеть и отдавать себя другим.
Но однажды в её руках оказывается древний амулет. И с ним приходит Джинн Алистер — искуситель древний как сам мир, развращённый, грешный и голодный. Он обещает ей всё: власть, месть, корону.
Взамен хочет малость — всего лишь её благосклонность… а может быть и душу.
Но однажды в её руках оказывается древний амулет. И с ним приходит Джинн Алистер — искуситель древний как сам мир, развращённый, грешный и голодный. Он обещает ей всё: власть, месть, корону.
Взамен хочет малость — всего лишь её благосклонность… а может быть и душу.
Я замерла в коридоре, прижавшись к стене, и затаила дыхание.
— Не начинай…
— Да, не люблю…
— Ты единственная…
— Да…
— Я же сказал тебе, что приеду…
Голос Олега звучал мягче обычного, с той интонацией, которую я слышала только в редкие моменты. Эти фразы повисли в воздухе, слишком личные. Я стояла неподвижно, чувствуя, как в груди разливается холодок...
— Не начинай…
— Да, не люблю…
— Ты единственная…
— Да…
— Я же сказал тебе, что приеду…
Голос Олега звучал мягче обычного, с той интонацией, которую я слышала только в редкие моменты. Эти фразы повисли в воздухе, слишком личные. Я стояла неподвижно, чувствуя, как в груди разливается холодок...
Его называют чокнутым. Он живёт на отшибе, почти не разговаривает и смотрит так, будто читает тебя насквозь. А ещё у него огромный чёрный кане корсо по кличке Тень — пёс, который внушает ужас одному своему виду.
Она случайно забрела на его территорию. Сначала испугалась. Потом разозлилась. А потом заметила странное: стоит этому парню посмотреть на кого-то — и человек перестаёт хромать, плакать, дрожать. Словно кто-то забрал его боль.
Но сам он от этого становится только хуже. Исчезает на дни, возвращается с пустыми глазами. Тень не отходит от него ни на шаг, а она не понимает: он святой? монстр? сумасшедший?
Она хочет сбежать. Но однажды её собственная старая рана начинает ныть с новой силой — и он поворачивается к ней.
Он — ловец чужой боли. Пёс — его якорь в реальность. А ей предстоит стать тем, ради кого он впервые захочет остаться сам.
Но сможет ли она принять его таким? И хватит ли у него сил не сломаться, забирая её боль?
Она случайно забрела на его территорию. Сначала испугалась. Потом разозлилась. А потом заметила странное: стоит этому парню посмотреть на кого-то — и человек перестаёт хромать, плакать, дрожать. Словно кто-то забрал его боль.
Но сам он от этого становится только хуже. Исчезает на дни, возвращается с пустыми глазами. Тень не отходит от него ни на шаг, а она не понимает: он святой? монстр? сумасшедший?
Она хочет сбежать. Но однажды её собственная старая рана начинает ныть с новой силой — и он поворачивается к ней.
Он — ловец чужой боли. Пёс — его якорь в реальность. А ей предстоит стать тем, ради кого он впервые захочет остаться сам.
Но сможет ли она принять его таким? И хватит ли у него сил не сломаться, забирая её боль?
Когда мир вокруг рушится, и ты не знаешь, где взять силы, остаётся одно — уехать подальше. Экскурсия в Карелию, полностью изменила мою жизнь, и именно там, она пошла не по плану.
Я, Туманова Полина Андреевна — попаданка в Российскую Империю. Ловец паразитов, «пиявок» и архивариус проклятий.
Но впереди ждёт нечто большее, чем охота за нечистью: встреча с мужчиной, который перевернёт мою жизнь. Любовь и страсть станут новыми врагами, которые проверят меня на прочность. Х. Э.
Я, Туманова Полина Андреевна — попаданка в Российскую Империю. Ловец паразитов, «пиявок» и архивариус проклятий.
Но впереди ждёт нечто большее, чем охота за нечистью: встреча с мужчиной, который перевернёт мою жизнь. Любовь и страсть станут новыми врагами, которые проверят меня на прочность. Х. Э.
В тот день молодой поэт вышел из дому позже обычного. Переходя площадь, он заметил стройную особу в белом и голубом, которая остановилась полюбоваться собой в зеркале. Надо сказать, что накануне наша героиня как раз сшила себе обнову — ведь в воображаемом Париже даже бедной девушке с безобразным лицом хочется одеваться с шиком. Ветер трепал её каштановые локоны, развевал лёгкий шарф, и поэт ускорил шаги. Вмиг оказался он за спиной незнакомки, с жадностью заглянул в зеркало — и перестал дышать...
- Я полюбил другую.
- Хорошо.
- Что хорошо?
- Что полюбил, Макс. Было бы хуже, если просто…
Он изменил ей, думая что полюбил. Но это была не любовь. Любовью была она. Его единственная. Его жена. Его Вера. Он хотел вернуться, но…
- Она умерла. Тромб. Упала на паркет…
- Какой паркет?
- Она танцевала танго.
Говорят, что исправить можно всё. Кроме смерти.
Но иногда смерть тоже можно исправить.
Если любовь сильнее…
- Хорошо.
- Что хорошо?
- Что полюбил, Макс. Было бы хуже, если просто…
Он изменил ей, думая что полюбил. Но это была не любовь. Любовью была она. Его единственная. Его жена. Его Вера. Он хотел вернуться, но…
- Она умерла. Тромб. Упала на паркет…
- Какой паркет?
- Она танцевала танго.
Говорят, что исправить можно всё. Кроме смерти.
Но иногда смерть тоже можно исправить.
Если любовь сильнее…
В тайной лиге гадалок переполох – Дашу бросил жених. Её подруга разводится с мужем, а две другие грешат на венец безбрачия. У каждой есть свои секреты, но объединяет их одна тайна. Последнее гадание привело к трагедии, но спустя десять лет они вновь соберутся за одним столом, чтобы разложить карты. Опрокинутая колода образует свой расклад, который поначалу они примут за шутку. Однако с гаданием не шутят. Цепочка событий запущена. Теперь им придётся сыграть в чужую игру...
Выберите полку для книги