Книги в жанре «Темное фэнтези» по тегу «avtorskiy-mir»

Что если дар, отданный богом, изменится и станет истинным злом, способным покарать любого, кто посмотрит в голубые глаза и послушает громкий прекрасный голос?
Над миром нависла угроза в виде молодого парня, который способен убить одним лишь взглядом.

В Лорне её знают как Мирабель Мелеш — безупречную, строгую правительницу города, чей колючий взгляд проникает прямо в душу. Мало кто помнит, что когда-то её звали просто Мирой, и она панически боялась лошадей, собственной матери и окружающего мира.

Тогда она еще надеялась спокойно пережить обязательную трехлетнюю службу в аркассах, оставаясь серой, послушной мышью. Иллюзии начали рушиться на дождливой улице в Руджии, когда из тумана вынырнул истощенный безумец, через глаза которого на неё взглянуло древнее зло, но и это не стало для неё смертельным поворотом. По-настоящему роковой для Миры стала встреча с ним.

Аарон Мелеш — заносчивый и саркастичный парень, не уважающий правила и живущий по своим кодексам. Однажды увидев её истинное лицо, он поставил себе цель раскрошить её маску на мелкие кусочки, даже не осознавая, что своими действиями подписывает приговор похуже смерти им обоим.

Чёрный Клён веками считался одним из сильнейших наёмных домов южного Харнока. Его знамена развевались над спорными землями, его офицеров уважали союзники и боялись враги. Но даже самые могучие дома умирают не за один день.

Молодая арн-марш Криста пытается спасти остатки армии, нарушая законы, на которых держатся годовые войны. Спустя тысячелетия ганн-мистр Девро, сам того не желая, становится свидетелем древней правды, способной изменить всё, что люди знают о собственном прошлом. А ещё позже Карнам оказывается перед выбором, от которого зависит не только судьба Чёрного Клёна, но и смысл самого существования дома, давно забывшего, ради чего он был создан.

Три эпохи. Три человека. Три попытки удержать то, что неумолимо рушится.

Это история не о великих победах, а о цене верности, тяжести памяти и последних людях, которые до конца отказываются позволить Чёрному Клёну стать лишь очередной страницей в летописях ушедших времён.

Тысячу лет назад с небес рухнул бог. Он не воскрес и не исчез — его гниющее тело на четверть ушло в землю, а из сот на хитиновой коже сочится желчь, отравляющая всё живое. Восточная Провинция превратилась в Мёртвую Зону, где реальность истончилась, а люди, вдохнувшие испарения, становятся тварями с жёлтыми глазами. Империя Кан пытается сдержать заразу Санитарным Корпусом — штрафными батальонами, куда ссылают вместо казни.

Им предстоит война без побед. Выжигать заражённые деревни, зачищать дренажные канавы от божественной слизи и надеяться, что удача окажется чуть быстрее клыков мутанта. Но главный враг не снаружи — он внутри. Потому что дыхание мёртвого бога не только калечит плоть, но и воскрешает самые тёмные уголки души.

«Штрафники мёртвого бога» — гримдарк-история о войне, где не бывает героев, но каждый должен решить, останется ли он человеком.

Тысячу лет назад с небес рухнул бог. Он не воскрес и не исчез — его гниющее тело на четверть ушло в землю, а из сот на хитиновой коже сочится желчь, отравляющая всё живое. Восточная Провинция превратилась в Мёртвую Зону, где реальность истончилась, а люди, вдохнувшие испарения, становятся тварями с жёлтыми глазами. Империя Кан пытается сдержать заразу Санитарным Корпусом — штрафными батальонами, куда ссылают вместо казни.

Им предстоит война без побед. Выжигать заражённые деревни, зачищать дренажные канавы от божественной слизи и надеяться, что удача окажется чуть быстрее клыков мутанта. Но главный враг не снаружи — он внутри. Потому что дыхание мёртвого бога не только калечит плоть, но и воскрешает самые тёмные уголки души.

«Штрафники мёртвого бога» — гримдарк-история о войне, где не бывает героев, но каждый должен решить, останется ли он человеком.

Я очнулась в золотой клетке короля, который убил моего отца.
Тиран думает, что подчинил меня себе, но я украду его поцелуй, тайны и корону. Вместо уничтожения его власти, я изменю его до неузнаваемости, подчиняя своей воле, и когда он упадет передо мной на колени, я решу, стать палачом или спасением.