Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «fentezi-polnostyu&lr=65»
Я приехала в мужскую Академию Грозового Предела, чтобы учиться и защищать своих ведьм.
Но в первый же день опасный наследник древнего рода Демьян Ворон ставит на мне метку. Академия объявляет меня его личной парой, а потом я узнаю: он поспорил, что я сама приду к нему, сама приму его защиту и сама стану его.
Только я не собираюсь быть чужой ставкой.
Даже если старые уставы уже проснулись.
Даже если сердце академии выбрало меня.
Даже если Демьян Ворон готов сжечь весь свой мир, лишь бы я осталась рядом.
Но в первый же день опасный наследник древнего рода Демьян Ворон ставит на мне метку. Академия объявляет меня его личной парой, а потом я узнаю: он поспорил, что я сама приду к нему, сама приму его защиту и сама стану его.
Только я не собираюсь быть чужой ставкой.
Даже если старые уставы уже проснулись.
Даже если сердце академии выбрало меня.
Даже если Демьян Ворон готов сжечь весь свой мир, лишь бы я осталась рядом.
Я встретила его вновь спустя годы — и едва узнала.
Вместо прежней теплоты — холодный взгляд. Вместо долгих разговоров — ледяное молчание. Кронпринц Роберт Капет, о котором я так долго не могла забыть, стал совсем другим.
Это страшное слово — проклятье!
Королева-мать сумела сделать невозможное — разрушить заклятие. А затем решила закрепить победу, женив сына на мне, потомке северных королей-чародеев.
Только проклятие ушло не бесследно. И теперь между мной и мужчиной, которого я когда-то знала, стоит то, о чем во дворце предпочитают молчать.
Но если Роберт думает, что своей холодностью заставит меня отступить — то он плохо меня знает.
Иногда снятие проклятия — лишь начало настоящей битвы.
Вместо прежней теплоты — холодный взгляд. Вместо долгих разговоров — ледяное молчание. Кронпринц Роберт Капет, о котором я так долго не могла забыть, стал совсем другим.
Это страшное слово — проклятье!
Королева-мать сумела сделать невозможное — разрушить заклятие. А затем решила закрепить победу, женив сына на мне, потомке северных королей-чародеев.
Только проклятие ушло не бесследно. И теперь между мной и мужчиной, которого я когда-то знала, стоит то, о чем во дворце предпочитают молчать.
Но если Роберт думает, что своей холодностью заставит меня отступить — то он плохо меня знает.
Иногда снятие проклятия — лишь начало настоящей битвы.
— Ты за мной следил, зелёный маньяк?
— Нет. Я систематизировал наблюдения.
— Почему ты решил подарить мне "это" при всём зале?
— Оттенок подошёл к вашей помаде.
Он — педантичный орк-дирижёр.
Она — дерзкая байкерша, которая ненавидит классику.
Он украл для неё розу прямо на глазах у всего зала. Она пришла требовать объяснений.
Но что же скрывает от девушки зелёнокожий амбал?
— Нет. Я систематизировал наблюдения.
— Почему ты решил подарить мне "это" при всём зале?
— Оттенок подошёл к вашей помаде.
Он — педантичный орк-дирижёр.
Она — дерзкая байкерша, которая ненавидит классику.
Он украл для неё розу прямо на глазах у всего зала. Она пришла требовать объяснений.
Но что же скрывает от девушки зелёнокожий амбал?
Всю жизнь Кира думала, что она обычная студентка. Пока в ночь своего двадцатилетия не сожгла взглядом квартиру соседа.
Теперь она — последняя из рода Кровавых ведьм. Тех, кого истребляли триста лет. Её место — в Академии Тёмных, среди магов, которые ненавидят её с первого дня.
Но хуже всех — магистр Рейнхард ван Кроус. Сильнейший тёмный маг столетия. Человек, поклявшийся уничтожить всех ведьм.
И тот, кто почему-то не может оторвать от неё глаз.
Когда древнее зло пробуждается в стенах Академии, только запретный союз ведьмы и тёмного мага способен его остановить.
Теперь она — последняя из рода Кровавых ведьм. Тех, кого истребляли триста лет. Её место — в Академии Тёмных, среди магов, которые ненавидят её с первого дня.
Но хуже всех — магистр Рейнхард ван Кроус. Сильнейший тёмный маг столетия. Человек, поклявшийся уничтожить всех ведьм.
И тот, кто почему-то не может оторвать от неё глаз.
Когда древнее зло пробуждается в стенах Академии, только запретный союз ведьмы и тёмного мага способен его остановить.
Она была его госпожой. Он — её рабом. Спонтанно. Недолго. Совсем недолго.
А началось всё с «подарка», который перевернул жизнь Кассандры с ног на голову: в один вечер привычный мир рассыпался, и теперь на кону её собственная свобода.
Освобождённый из плена, он укрыл её в своей тесной квартире в пограничном городишке.
Кто она в его доме? Пленница? Рабыня? Или... по-прежнему его госпожа.
А началось всё с «подарка», который перевернул жизнь Кассандры с ног на голову: в один вечер привычный мир рассыпался, и теперь на кону её собственная свобода.
Освобождённый из плена, он укрыл её в своей тесной квартире в пограничном городишке.
Кто она в его доме? Пленница? Рабыня? Или... по-прежнему его госпожа.
Ярина — Лунная Ткачиха, хранительница нитей судьбы, что видны лишь в свете полной луны. Её дар — прикасаться к чужим судьбам, но никогда не вплетать в них себя. Так велит древний Устав, нарушение которого когда-то стоило жизни её матери.
Но однажды под затмением она видит невозможное: собственная нить судьбы, серебряная и хрупкая, навеки переплетена с нитью Ратмира — воина Ночного клана, врага её Ордена по крови и по клятве. Такое случается раз в тысячу лет и зовётся Двойной Нитью — знаком истинной любви, которую боятся сильнее любого проклятия.
Но однажды под затмением она видит невозможное: собственная нить судьбы, серебряная и хрупкая, навеки переплетена с нитью Ратмира — воина Ночного клана, врага её Ордена по крови и по клятве. Такое случается раз в тысячу лет и зовётся Двойной Нитью — знаком истинной любви, которую боятся сильнее любого проклятия.
«Требуется сиделка для античной рептилии в стадии обострения».
Ещё вчера у меня была квартира, бабушка-ведьма и вера в справедливость.
А сегодня — двадцать грошей в кармане, бабуля в больнице, и самая странная работа на древнего язвительного дракона, который убежден, что ему никто не нужен.
Но бытовые ведьмы не сдаются перед трудностями: и квартиру бабуле верну, и дракона научу пользоваться благами цивилизации.
Только интересно, что взорвётся первым: враги, его терпение или моё сердце.
Ещё вчера у меня была квартира, бабушка-ведьма и вера в справедливость.
А сегодня — двадцать грошей в кармане, бабуля в больнице, и самая странная работа на древнего язвительного дракона, который убежден, что ему никто не нужен.
Но бытовые ведьмы не сдаются перед трудностями: и квартиру бабуле верну, и дракона научу пользоваться благами цивилизации.
Только интересно, что взорвётся первым: враги, его терпение или моё сердце.
В пятьдесят пять – в новый мир, в тело красавицы-злодейки. Но какой магией обладала Адалин и что случилось с ее волшебным садом?
Этими вопросами задается и белокурый целитель – кажется, единственный, кого не отпугивает моя репутация, и таинственный хранитель лорд Блэйк, считающий меня своим главным врагом.
Что ж, в таком жутком виде сад я точно не оставлю. А попутно разберусь и с собственной магией… и с тем, чего желает мое сердце.
Этими вопросами задается и белокурый целитель – кажется, единственный, кого не отпугивает моя репутация, и таинственный хранитель лорд Блэйк, считающий меня своим главным врагом.
Что ж, в таком жутком виде сад я точно не оставлю. А попутно разберусь и с собственной магией… и с тем, чего желает мое сердце.
Триста сорок семь лет я держу Вещий Засов на Черте миров. Триста лет я не пробовала настоящего, пахнущего живым полем пшеничного хлеба. Живые люди пугают мной детей, зовут кровожадной людоедкой и монстром. Они спят спокойно и не знают, что я — их единственный щит от нашествия навьей нечисти.
Я привыкла к одиночеству, колючей шали и ворчанию столетнего Кота Баюна. Но мой вековой покой разлетелся в щепки, когда в заповедный малинник на Сером Волке влетел Иван-Царевич. Богатырь размахивает мечом, рубит вековые березы и требует развернуть Избушку задом к лесу, не понимая, что его убьет первым же навьим порывом ветра.
Что остаётся делать Бабе Яге? Блокировать рычаги дома, вырубать дурня ухватом по шлему и тащить его семипудовую тушку к печи. Буду обмазывать его ржаным тестом со зверобоем и запекать. Да нет, есть я его не буду, а вот от знаменитого русского духа избавлю. А иначе ночные духи разорвут парня до заката. Посмотрим, как запоет этот герой, когда очнется на лопате...
Я привыкла к одиночеству, колючей шали и ворчанию столетнего Кота Баюна. Но мой вековой покой разлетелся в щепки, когда в заповедный малинник на Сером Волке влетел Иван-Царевич. Богатырь размахивает мечом, рубит вековые березы и требует развернуть Избушку задом к лесу, не понимая, что его убьет первым же навьим порывом ветра.
Что остаётся делать Бабе Яге? Блокировать рычаги дома, вырубать дурня ухватом по шлему и тащить его семипудовую тушку к печи. Буду обмазывать его ржаным тестом со зверобоем и запекать. Да нет, есть я его не буду, а вот от знаменитого русского духа избавлю. А иначе ночные духи разорвут парня до заката. Посмотрим, как запоет этот герой, когда очнется на лопате...
Пять лет назад я получила главную роль в сериале с большим потенциалом, а сегодня вынуждена проживать этот образ каждый день.
Только вот декорации теперь реальнее некуда, а вместо неудачного дубля --- неудачная смерть.
Тария Кир была вынуждена выйти замуж за врага семьи, убившего её брата. За монстра. За того, кто своими руками оборвал её жизнь.
Казалось, такая трагичная судьба никогда не достигнет меня вне пределов кадра. Но я не просто хорошо играла роль Тарии. Мы были настолько одинаковы, что семья Кир нашла способ спасти свою дочурку, похитив козла отпущения из другого мира. То есть меня.
А обет молчания никогда не позволит мне признаться мужу, ненавидящему каждого выходца этого рода, в том, кто я на самом деле.
Только вот декорации теперь реальнее некуда, а вместо неудачного дубля --- неудачная смерть.
Тария Кир была вынуждена выйти замуж за врага семьи, убившего её брата. За монстра. За того, кто своими руками оборвал её жизнь.
Казалось, такая трагичная судьба никогда не достигнет меня вне пределов кадра. Но я не просто хорошо играла роль Тарии. Мы были настолько одинаковы, что семья Кир нашла способ спасти свою дочурку, похитив козла отпущения из другого мира. То есть меня.
А обет молчания никогда не позволит мне признаться мужу, ненавидящему каждого выходца этого рода, в том, кто я на самом деле.
Выберите полку для книги