Подборка книг по тегу: "одержимый герой"

— Кто отец твоего ребёнка? — спрашиваю прямо, надвигаясь на девушку. — Отчества ты ему не дала.
— Я не знаю. Я не помню, — мямлит она.
— Претендентов было много, как понимаю?
— Да как Вы смеете лезть в мою личную жизнь? Вы мне никто! Я…
—Я установлю отцовство. Хочу, чтобы сын носил мою фамилию и моё отчество.
— Но…
— Ты отняла у меня абсолютно все. И если будешь спорить, я заберу у тебя самое ценное — твоего ребенка.

Нужно осторожно загадывать желания. Ведь никогда не знаешь: вдруг за тобой наблюдает кто-то, кто одержим тобой и поймёт всё не совсем правильно. А в следующее утро ты проснёшься на чужой кровати, прикованная наручниками к изголовью…
***
– Если бы я хотел тебя отравить, Уголёк, то сделал бы это сразу и не тащил сюда.
А дальше… он наклоняется ниже, поддевая большим пальцем край маски, и слегка приподнимает её, но недостаточно, чтобы увидеть его лицо. И единственное, что я чувствую – это как горячий язык касается капли воды, что ещё не утекла под майку.
Я не должна этого чувствовать, но в моменте жар проносится под кожей, расплавляя её, а пальцы на руках непроизвольно сжимаются.
Он выпрямляется, поправляя маску и вновь протягивая стакан, хрипит:
– Видишь. Она нормальная. Пей.
– Ещё раз, – сиплю, пытаясь хоть за что-то зацепиться, чтобы рассмотреть его. Возможно понять кто он. Узнать. – Кто ты?
– Тот, кто исполняет твоё желание.

Крылья мчатся навстречу свободе, но как поступить, если радость отравлена горечью? Плен каменных стен позади, впереди свобода или очередная неволя величиною уже в целый мир? Спадет ли пелена забвения с любимых глаз, или суждено, чтобы наши пути навеки разошлись?
Еще никогда я так не жалела о принесенной мне клятве.

— Давно ты мне изменяешь? — голос предательски дрожит, а душа рвется на части. – Почему?
Десять лет брака. Десять счастливых лет…
— Посмотри в кого ты превратилась? — слова мужа, как пощечина. — Ты давно запустила себя и погрязла в быту. — Сердце пропускает удар за ударом. Я же все для них с сыном. — Да ни один мужик в здравом уме не захочет тебя.
Катком по самолюбию. Больно. Невыносимо. Вдох-выдох. Ловлю шаткое равновесие.
— Пошел вон! — цежу сквозь зубы, отчаянно цепляясь за остатки гордости.
— Все, что ты сейчас имеешь, дал тебе я. Семью, деньги, дом, — Илья жесток и равнодушен. — Ты моя жена и обязана жить по моим правилам. Не нравится? Собираешь вещи и уходишь отсюда.
Замахиваюсь, чтобы отвесить звонкую пощечину. Но он ловит мое запястье и сильно сдавливает.
— Пусти! Мне больно. — всхлипываю я и дергаюсь в жалкой попытке освободиться.
— У тебя десять минут, чтобы принять решение, — холодно сообщает муж. — Назад дороги не будет.

Он — хищник, идущий за своей добычей. Монстр, который годами держал меня в страхе. От него невозможно спрятаться, невозможно сбежать. Он настиг меня. И теперь я - его.

Его пленница, которую он везет для обмена. Его игрушка, от которой он не может оторваться. Его проклятье и его одержимость…

Он обещал мне свободу, когда наиграется. Но с каждым днем его хватка становится все крепче, а огонь в звериных глазах все безумней. И я понимаю, что все зашло слишком далеко.Он уже не остановится. И он никогда меня не отпустит…


ПРИСУТСТВУЮТ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ!

История Нейта и Лины.

Оборотень волк и человеческая девушка

Внимание, ГГ не нежный зайчик, а властный альфа-волк. В книге есть сцены сексуального насилия (только между основными персонажами, с последующим раскаянием), одержимая страсть. Развитие отношений от ненависти к любви, эмоционально и драматично. ХЭ непременно :)

Командировка.
Один номер на двоих.
Одна слишком узкая кровать.

– Я постелю себе на полу, – робко говорю я, кутаясь в халат.
– Мы оба будем спать на кровати, – заявляет Адам Каримович.

Он - мой босс, не терпящий отказов. Суровый кавказец с тяжелым взглядом и голосом, от которого дрожат колени.
И теперь он требует большего, чем отчёты и звонки.
Он требует меня.

- Отойди от меня! Мне тяжело дышать!
- Оу, я заставляю тебя задыхаться? - игриво бормочет Исаков.
- Да! Твоя туалетная вода воняет, ясно?!
- Ты заведена, Няшка, - говорит он, используя прозвище, которое меня бесит наравне с Кудрявой. - Заведена так, что тебя аж трясет всю. Смотри, все руки в мурашках.
- Да что тебе нужно?! Чего ты хочешь?!
- Тебя.
Он бесит меня до невозможности! В прошлом году из-за больной игры, в которую играет он и его друзья, я сломала ногу. Потому что Захар Исаков выбрал меня своей жертвой. Я надеялась, что он уже забыл обо мне, но и в этом году он не успокоится, пока не получит то, к чему так стремится.

Переродившись в любовном романе, невольно ждешь, что окажешься во сколько-нибудь значимой роли: главной, второстепенной героиней или, на худой конец, злодейкой. Но мне не повезло, и я очутилась в теле безликой и нищей статистки на задворках мира.
Я не роптала и смирилась, что блистательный мир дворцов и балов навсегда закрыт для меня, а увидеть главных персонажей смогу разве что во сне.
До тех пор, пока на моем пути не объявился антагонист этого романа.
И этот жестокий, кровожадный и аморальный книжный злодей при встрече расплылся в восторженной и трогательной улыбке, чтобы с нежностью выдохнуть: "Наконец-то нашел тебя..."

— Нет! Никогда! Я лучше сдохну с голоду на улице, чем стану подстилкой для такого монстра, как ты! Убирайся в свой ад, Ро́ман! Я тебя ненавижу! Я жалею, что не дала тебе сдохнуть на том столе! Слышишь? Я жалею, что я тебя спасла!

Мои руки смыкаются на ее шее. Не для того, чтобы убить — пока нет. Но для того, чтобы показать ей истинное положение вещей.

— Почувствуй это, Алиса, — шепчу я, глядя, как она слабеет. — Твоя жизнь сейчас принадлежит мне. Каждая клетка твоего тела, каждый твой вдох — это мой дар тебе. Ты думала, что можешь сказать мне «нет»? Ты думала, что после того, как ты запустила руки в мое сердце, я когда-нибудь отпущу тебя?

Брук Сандерс – громкая, дерзкая, неудержимая. Но за ее смелостью скрывается тьма, о которой она боится даже думать: желание наконец-то перестать быть сильной и позволить кому-то держать контроль.
Эммет Фостер – опасный, дерзкий, уверенный до наглости. Он хочет не подчинить ее целиком, а добиться того, чтобы она сама позволила ему забрать у нее контроль.