Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «skachat»
Я — Варя. Кондитер. Сбежала в Краснодар, когда застала жениха с лучшей подругой. Думала, новая жизнь — это как перезагрузка телефона. Не работает. Телефон включается — а внутри те же фотографии.
Зато теперь у меня есть: работа в лучшем ресторане города, шеф-повар с усами как у Тараса Бульбы и начальник, который на мой торт за две бессонные ночи сказал «нормально». Рустам Багаев — ходячий айсберг с тёмным прошлым и привычкой решать всё в одиночку. Он меня бесит. И, кажется, я ему нравлюсь.
Говорят, строптивых боссов не переделать. Но я хотя бы попробую. Терять мне, в общем-то, нечего.
Зато теперь у меня есть: работа в лучшем ресторане города, шеф-повар с усами как у Тараса Бульбы и начальник, который на мой торт за две бессонные ночи сказал «нормально». Рустам Багаев — ходячий айсберг с тёмным прошлым и привычкой решать всё в одиночку. Он меня бесит. И, кажется, я ему нравлюсь.
Говорят, строптивых боссов не переделать. Но я хотя бы попробую. Терять мне, в общем-то, нечего.
Вернуться в город детства, чтобы попрощаться с бабушкой. Остаться, чтобы полюбить жизнь заново. И понять, что счастье прячется в самом неожиданном месте, например за прилавком с продуктами.
— Посмотри на себя в зеркало, — его губы оказались в полудюйме от моего уха, а ладонь властно легла на талию, сминая влажный шелк халата. — Твои губы приоткрыты, а пульс на шее бьется так, словно ты сейчас упадешь в мои руки. Скажи мне «нет», Елена. Скажи, что ты не хочешь меня.
Я открыла рот, чтобы выплюнуть самую ядовитую колкость, но из горла вырвался лишь хриплый, прерывистый стон, когда его губы коснулись моей хрупкой ключицы.
— До завтра, Елена, — торжествующе усмехнулся граф, заставляя себя отпустить меня. — Завтра пятница. И ты сама откроешь дверь моей спальни. Потому что твое тело уже полностью принадлежит мне.
Между графом Адрианом Райтом и графиней Еленой Вортон веками стояла вражда кланов. Каждая их встреча превращалась в поле боя, где от взаимных колкостей плавилась сталь, а воздух искрил от порочного притяжения. Она уступила его ультиматуму, открыв дверь спальни в роковую пятницу, но лишь для того, чтобы на рассвете украсть Кровавую хартию и исчезнуть.
Я открыла рот, чтобы выплюнуть самую ядовитую колкость, но из горла вырвался лишь хриплый, прерывистый стон, когда его губы коснулись моей хрупкой ключицы.
— До завтра, Елена, — торжествующе усмехнулся граф, заставляя себя отпустить меня. — Завтра пятница. И ты сама откроешь дверь моей спальни. Потому что твое тело уже полностью принадлежит мне.
Между графом Адрианом Райтом и графиней Еленой Вортон веками стояла вражда кланов. Каждая их встреча превращалась в поле боя, где от взаимных колкостей плавилась сталь, а воздух искрил от порочного притяжения. Она уступила его ультиматуму, открыв дверь спальни в роковую пятницу, но лишь для того, чтобы на рассвете украсть Кровавую хартию и исчезнуть.
Даша не верит в любовь с первого взгляда. Она вообще предпочитает не усложнять себе жизнь отношениями. У неё есть любимое дело, уютный дом у моря и привычный, понятный мир, в котором всё находится на своих местах.
До тех пор, пока в этот мир не врывается Дмитрий.
Он появляется неожиданно и с первых же минут переворачивает её спокойную жизнь с ног на голову. Между ними вспыхивает притяжение, которому оба и не пытаются сопротивляться. Но чем ближе они становятся, тем сильнее Даша чувствует: в этой встрече есть что-то большее, чем случайное знакомство.
Дмитрий тоже не может понять, что с ним происходит. Эта женщина сводит его с ума. Её улыбка, её характер, её независимость и даже маленькие странности заставляют его думать о ней снова и снова.
Он называет её ведьмой.
Потому что иначе невозможно объяснить, как одна женщина смогла так быстро завладеть его сердцем.
Но у судьбы свои планы...
До тех пор, пока в этот мир не врывается Дмитрий.
Он появляется неожиданно и с первых же минут переворачивает её спокойную жизнь с ног на голову. Между ними вспыхивает притяжение, которому оба и не пытаются сопротивляться. Но чем ближе они становятся, тем сильнее Даша чувствует: в этой встрече есть что-то большее, чем случайное знакомство.
Дмитрий тоже не может понять, что с ним происходит. Эта женщина сводит его с ума. Её улыбка, её характер, её независимость и даже маленькие странности заставляют его думать о ней снова и снова.
Он называет её ведьмой.
Потому что иначе невозможно объяснить, как одна женщина смогла так быстро завладеть его сердцем.
Но у судьбы свои планы...
Полина — кондитер с формами «пышка» и бывшим, который назвал её коровой. Она и сама почти поверила, что жизнь — это диета и бег по кругу, пока горячий сосед-качок не просверлил дырку в её стене. И в её спокойствии. Теперь у Полины есть выбор: снова отступить или, наконец, показать этому миру, что даже у «коровы» есть копыта, а за толстым слоем теста скрывается острый ум и горячее сердце. И сосед готов ей в этом помочь
В кофейне, которая работает до последнего посетителя, часто засиживается допоздна таинственная красивая женщина. Баристе Лёве часто приходится из-за нее задерживаться на работе, но что если незнакомка просто положила глаз на красивого молодого парня? Однажды он решает это проверить.
- Ну, я хотел бы для начала пригласить тебя на чашечку кофе, но мы, кажется, можем пропустить этот этап, - он развел руками и окинул взглядом кофейню.
Мона засмеялась. А потом наклонилась к нему через стол и прошептала:
- Тогда закрывай быстрее!
Бариста не заставил себя долго уговаривать. Подмигнул ей, поднялся и быстро закрыл входную дверь на ключ. Опустил жалюзи сперва на двери и приглушил свет. Выключил верхние светильники и оставил только несколько лампочек над барной стойкой. Атмосфера в кофейне сразу стала интимной и располагающей. Он прошел по всей кофейне и закрыл все окна так что снаружи никто не мог увидеть то, что будет сейчас происходить.
- Ну, я хотел бы для начала пригласить тебя на чашечку кофе, но мы, кажется, можем пропустить этот этап, - он развел руками и окинул взглядом кофейню.
Мона засмеялась. А потом наклонилась к нему через стол и прошептала:
- Тогда закрывай быстрее!
Бариста не заставил себя долго уговаривать. Подмигнул ей, поднялся и быстро закрыл входную дверь на ключ. Опустил жалюзи сперва на двери и приглушил свет. Выключил верхние светильники и оставил только несколько лампочек над барной стойкой. Атмосфера в кофейне сразу стала интимной и располагающей. Он прошел по всей кофейне и закрыл все окна так что снаружи никто не мог увидеть то, что будет сейчас происходить.
— Объяснить?! — ору я, распахивая шкаф и сгребая всё подряд. — Что ты хочешь мне объяснить предатель??! Я пришла домой! В свою квартиру! А тут какая-то рыжая швабра в моей постели! На моих подушках! Под моим покрывалом! Ей еще повезло, что шустрая оказалась, быстро убежала, иначе быстро бы все космы повыдергивала бы.
— Полина, остановись, ты не понимаешь
— Нет! — я разворачиваюсь к нему, уперев руки в широкие бока. — Не не понимаю! Просвети меня, пожалуйста!
Он молчит. Смотрит в сторону, на стену, на потолок, куда угодно, только не на меня. Потом вздыхает. Тяжко так, с чувством, будто это он тут пострадавший.
—Полин, ну посмотри на себя Ну ты жа сама все это сделала
— Что?! То есть я еще и виновата?!
— Да! - вдруг дерзко выкрикивает он, - потому что ты ты толстая!
— Полина, остановись, ты не понимаешь
— Нет! — я разворачиваюсь к нему, уперев руки в широкие бока. — Не не понимаю! Просвети меня, пожалуйста!
Он молчит. Смотрит в сторону, на стену, на потолок, куда угодно, только не на меня. Потом вздыхает. Тяжко так, с чувством, будто это он тут пострадавший.
—Полин, ну посмотри на себя Ну ты жа сама все это сделала
— Что?! То есть я еще и виновата?!
— Да! - вдруг дерзко выкрикивает он, - потому что ты ты толстая!
Аня — психолог. Десять лет учит людей наводить порядок в голове. С собственным домом дела обстоят немного хуже: там царит перманентный бардак, а бабушкины доски третий месяц дожидаются момента стать книжной полкой.
В одну субботу приезжают грузчики со шкафом из Икеи. Аня машет рукой в сторону подвала, убегает отвечать на тревожный звонок клиентки — и по возвращении с гордостью захлопывает дверь на засов. Окончательно.
Ночью из-под пола доносится стук шуруповёрта. Первая мысль — грабитель решил перед кражей смастерить себе стул. Вторая — призрак бабушки наконец взялся за книжную полку. Правда оказывается прозаичнее: в подвале сидит вполне живой парень по имени Егор — перепутал кнопку домофона, шёл на свидание к соседке сверху, а получил новую жизнь взаперти.
Комедия положений с щепоткой психоанализа. Читать в компании чашки чая — смеяться в одиночку не рекомендуется, соседи снизу могут неправильно понять.
В одну субботу приезжают грузчики со шкафом из Икеи. Аня машет рукой в сторону подвала, убегает отвечать на тревожный звонок клиентки — и по возвращении с гордостью захлопывает дверь на засов. Окончательно.
Ночью из-под пола доносится стук шуруповёрта. Первая мысль — грабитель решил перед кражей смастерить себе стул. Вторая — призрак бабушки наконец взялся за книжную полку. Правда оказывается прозаичнее: в подвале сидит вполне живой парень по имени Егор — перепутал кнопку домофона, шёл на свидание к соседке сверху, а получил новую жизнь взаперти.
Комедия положений с щепоткой психоанализа. Читать в компании чашки чая — смеяться в одиночку не рекомендуется, соседи снизу могут неправильно понять.
В золотую петербургскую осень из Эрмитажа исчезает талантливая реставратор икон Варвара Соколова. На её рабочем столе находят лишь засушенный кленовый лист с загадочной фразой на французском: «Секреты сердца никогда не умирают». Знаменитый сыщик Эраст Фандорин берётся за расследование и погружается в мир музейных тайн, антикварных интриг и аристократических страстей. У пропавшей — влиятельные поклонники: граф, художник, князь и загадочный французский антиквар.
Прошло три месяца. Они больше не были двумя незнакомцами, пытающимися воскресить призрак. Они становились новой парой. У них появились свои ритуалы, отличные от тех, что были раньше.
Раньше они избегали конфликтов, замалчивали недовольство, пока оно не взрывалось. Теперь у них было правило: говорить о дискомфорте сразу, но бережно. Не «ты всегда», а «мне сейчас трудно». Не обвинение, а просьба.
Однажды вечером Анна вернулась с работы уставшей и раздражённой. Старая модель требовала либо скрыть состояние, либо выплеснуть его на партнёра. Новая модель позволила сказать:
— Мне нужно двадцать минут тишины, чтобы прийти в себя. Потом я буду готова быть с тобой.
Максим не обиделся. Не принял это на свой счёт. Просто кивнул, налил ей чай и ушёл в другую комнату. Через двадцать минут она вышла, выдохнув напряжение. И встреча была радостной, лёгкой.
Их интимная жизнь тоже обрела новые ритмы. Не было места спешке. Была глубина. Они научились читать сигналы тела, которые раньше игнорировали.
Раньше они избегали конфликтов, замалчивали недовольство, пока оно не взрывалось. Теперь у них было правило: говорить о дискомфорте сразу, но бережно. Не «ты всегда», а «мне сейчас трудно». Не обвинение, а просьба.
Однажды вечером Анна вернулась с работы уставшей и раздражённой. Старая модель требовала либо скрыть состояние, либо выплеснуть его на партнёра. Новая модель позволила сказать:
— Мне нужно двадцать минут тишины, чтобы прийти в себя. Потом я буду готова быть с тобой.
Максим не обиделся. Не принял это на свой счёт. Просто кивнул, налил ей чай и ушёл в другую комнату. Через двадцать минут она вышла, выдохнув напряжение. И встреча была радостной, лёгкой.
Их интимная жизнь тоже обрела новые ритмы. Не было места спешке. Была глубина. Они научились читать сигналы тела, которые раньше игнорировали.
Подборка книг
Выберите полку для книги