Настоящая любовь в романах читать онлайн

— Мам, мы ничего не сломали! — торопливо сообщает Макс, решив, что сейчас самое подходящее время для оправданий. — Мы хотели только посмотреть.
— Изнутри, — уточняет Даня.
— А этот дядя-военный нас поймал, — Лева показывает на Тиграна. — Он тут главный. Командует всеми. Крутой!
Мальчики говорят и говорят, а я не могу выдавить и слова. Не могу даже поздороваться с ним. Или схватить мальчиков и сбежать. Я застыла на месте, как статуя, и только моргаю. Иногда.
Потому что в голове вновь раздаются взрывы, сыплется песок, а Тигран закрывает меня от беды своим телом.
— Гх-гх… Это ваши дети? — откашлявшись, спрашивает он.
И хотела бы я ответить, что работаю няней, но…
— Да, они мои, — приходится признать.
И твои... добавляю я уже про себя.

Я выросла в детском доме, но думала, что наконец нашла своё счастье. Женя мой свет, моя надежда. Но его мать, Ираида Львовна, видела во мне лишь нищую охотницу за деньгами. Когда я забеременела, она решила избавиться от меня по-своему. Одна кружка отвара и я потеряла всё.

— Это твоя мать убила нашего ребёнка! — кричу я Жене. — Почему ты не веришь мне?
Он молчит. Отворачивается. Уходит.

Я остаюсь одна, без любви, без дома, без смысла. Но жизнь подбрасывает встречу с тем, кто не требует доказательств. Смогу ли я доказать свою правду и снова быть счастливой?

Он откладывает вилку. Я поднимаю голову. Сердце колотится — я не знаю почему. Может, сейчас он скажет что-то важное. Может, объяснит, зачем всё это было. Самолёт, отель, одежда, форум, ужины…
— Полина.
Я замираю.
— Я не из тех, кто ходит вокруг да около. Скажу прямо.
Внутри всё обрывается.
— Мне нужна женщина на время, пока я работаю в Екатеринбурге. Не любовница в привычном смысле. Не проститутка. Спутница.
Слова падают тяжёлые, как камни. Я не сразу понимаю.
— Которая будет рядом на мероприятиях, в командировках, в постели. Которая не задаёт лишних вопросов. Которая понимает правила.
Постели. Он сказал «в постели».
Я хочу встать и уйти. Но ноги не слушаются.
— Я предлагаю тебе сделку. Контракт на один год. Пока меня не отзовут в Москву.

— Отпустите! — зло выкрикивает журналистка, вырываясь из моих рук. — Мне нужно снять репортаж!
— А мне нужно вывезти тебя отсюда живой! — рычу, прижимая ее к себе, пока над нами рвутся снаряды.
— Вы не имеете права мной командовать!
— Пока вокруг война — имею!
Она перестает сопротивляться всего на секунду и едва слышно зло бросает:
— Летчик... залетчик… чертов…
У меня замирает сердце. Так меня называла только одна девчонка.
Тогда, теплой крымской ночью, она мечтала стать журналисткой, а я — военным летчиком. Мы были уверены, что впереди целая жизнь. Но…
Судьба развела нас сразу после рассвета, чтобы свести вновь там, где любовь бессильна перед войной, а одно неверное решение может стоить жизни.
Но что страшнее: погибнуть под обстрелом… или узнать любовь всей своей жизни в тот момент, когда уже слишком поздно что-либо изменить?

- Тётя Марта, а чего вы так удивляетесь? Я думала, вы знаете…
Нет, я не знала, что дочь любимой подруги любовница любимого мужа. Слишком много «люблю» в одном предложении, в котором нет места никакой любви. Если только подруги.
- Марта, я не знала, прости меня, какой позор.
- Ты тут при чём…
Хотя она причём, она же воспитывала свою дочь.
Но это уже не важно. Всё не важно, когда муж, который уже стал бывшим сначала пропадает без вести, а потом оказывается в коме.
А меня догоняет призрак прошлого.
- Королёк, это ты? Птичка певчая… Ну, здравствуй.
Генерал. Высокий, красивый, виски с проседью. А я опять не могу ничего ему сказать, потому что снова лишилась голоса…
- Я ведь любил тебя, Королёк… так сильно любил, а ты…

- Девочка? А ты чья? Где твоя мама?- Меня, однако, прилично потряхивает, поэтому и голос срывается.
Ещё бы! Поймала девчонку на краю проезжей части прямо в нескольких метрах от приближающегося мусоровоза.
Она-то, кажется, не поняла, что была на волоске от страшного, а у меня сердечко из груди сейчас выпрыгнет.
- Мамы неть!— пожимает она плечами весьма беззаботно.
- Тогда может быть папа?— я оглядываюсь по сторонам, вот бы надавать по «головушке бестолковой» этому горе папаше! 
- А папа на небе,— мило улыбается она.
Такс… значит, ни мамы, ни папы! А с кем тогда она? 
- Малышка, а как тебя зовут?— пытаюсь узнать хоть что-нибудь.
- Сёня Какалина… а тебя, тётя?
- А я Василина,— отвожу её немного подальше от дороги и всё ещё смотрю в разные стороны. - Василина Громова.
- Вася сто-ли? Смефное имя для девочки, как у нашего кота!
***
Однажды я спасла маленькую девочку из-под колёс автомобиля , а её папаша решил , что теперь отвечаю за его дочь. А у меня ведь и своих - двое.

Один из самых влиятельных и опасных мужчин Москвы, отец моего жениха Тамерлан Рамилов только что притянул меня к себе, сковав обручем рук. Я давлюсь от шока!
- Со мной ваш сын встречался! Не смущает это?!
- Не смущает. Дамиру нужно повзрослеть. Он путает хотелки и рациональность. - Тамерлан слишком близко, - Сын просто не знает, что с тобой делать. А я знаю, малышка. Мне ты подходишь больше. Ваш будущий брак- утопия. А как любовнице он не даст тебе того, что дам я…
- Вы себя слышите?! Ваш сын хотел видеть меня своей женой! То, что вы делаете, аморально!
Он гортанно смеется. Словно бы я что-то нелепое выдала сейчас.
- Ты не создана для семьи, Маргарита. Ты не мирный тыл за спиной мужчины. Ты женщина для страсти и дикости… Такие, как ты, мечтают быть покоренными настоящими мужчинами… Ты можешь со мной воевать сколько влезет, девочка-война… Но я каждый раз буду побеждать… И тебе будет это нравиться...
- Пусти меня! Я не играю в такие игры!
Он усмехается.
- Зато я играю!

- Ваша фамилия?
- Курсант Белова, товарищ капитан! – нахалка смотрела на меня с вызовом.
- Завтра в шесть утра на плацу, Белова. Посмотрим, на что ты годишься.
Я – боевой офицер спецназа, позывной Ворон. Мой приказ: тренировать девичью группу ВДВ. Я ехал к ним, чтобы подчинить уставу капризных кукол, но нашел ее: зеленоглазую Заразу, которая отказывается подчиняться.
Ну, ничего. Ворон не сдается.
Вскроем ее оборону, научим сапоги с утра на свежую голову надевать. Лишь бы самому удержаться и не нарушить с ней все свои правила. Ведь я стану для нее не кошмаром, я стану для нее единственной защитой.

4-ая книга цикла "Офицеры"

— Ну, банда Тимуров, ведите меня к вашему папаше. Будем разбираться, кто за сарай сгоревший заплатит.
— А нет у нас папаши! — заявляет самый дерзкий пацан с зажигалкой.
— Да, мы бедные и несчастные, — вздыхает второй, что вылез из-за бочки. — Бросил он нас. Мама одна денежки зарабатывает.
— А ты будешь нашим папой? — подает голос третий с красными глазами.
Я смотрю на них и замираю. Потому что это сюр какой-то, но я могу представить, что они мои: темные волосы с вихрами, черные глаза.
— Ну, для начала, думаю, этот вопрос вашей маме нужно задать. Вы давайте ведите меня к ней. Там и поговорим обо всем и в первую очередь о вашем поведении.
А минут десять спустя я смотрю на свою бывшую.
— Вика? — говорю каким-то чужим голосом.
— Живой? — шепчет она и начинает оседать на пол.