Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «nastoyashchaya-lyubov»

— Я запал на тебя, леди...
Прожигает меня взглядом брутальный наглец.
— Такие, как вы, меня не интересуют. Совсем…
Он делает шаг вперёд. Я отступаю к столу.
— Сопляки и сосунки — да?
Вместо ответа язвительно улыбаюсь.
Его руки упираются по бокам от моих бёдер.
Мы так близко, что я чувствую жар и запах его тела. Меня пробивает дрожь...
— Я хочу тебя, леди. Хочу и получу, — рычит он, нависая надо мной.
— Мечтать не вредно, — иронизирую, пытаясь выскользнуть из ловушки.
— Вредно — не мечтать…
Ухмыляется он, прижимаясь ко мне так, что по телу бегут мурашки.
— Я вот мечтаю попробовать тебя на вкус.., — шепчет он в мои губы.
— Ваши мечты — не моя проблема, — выдыхаю решительно, но в голове выстреливает мысль: «Ника, ты влипла...»

— Я люблю вас, Павел Сергеевич.
Слова срываются с губ раньше, чем я успеваю их остановить. Глухо, отчаянно. И я подаюсь вперёд, через подлокотник, через разделяющее нас пространство. Целую его.
На одно мгновение я чувствую тепло его губ. Чувствую жёсткость небритой щеки. Чувствую его запах, такой близкий, что кружится голова.
А потом он застывает.
Павел Сергеевич берёт меня за плечи. Мягко, но твёрдо. Отстраняет. Смотрит в глаза. В его взгляде нет злости. Только усталая, бесконечная грусть.
— Даша... — Голос низкий, ровный, как всегда. — Ты не понимаешь, что говоришь.
— Понимаю. — Голос дрожит, срывается. — Я всё понимаю. Я не ребенок.
— Это не любовь. — Он говорит спокойно, размеренно, будто объясняет ребёнку сложную задачу. — Это благодарность. Ты потеряла отца, я был рядом — и тебе показалось. Ты приняла одно за другое.
— Нет. — Я мотаю головой. Щёки горят огнём. — Я знаю, что чувствую. Я не ребенок, Павел Сергеевич. Мне двадцать лет.
— Ребенок.

«— Не прошло и десяти лет, как утлая семейная лодка все же разбилась о разницу в возрасте. Которая, как ни крути, не в мою пользу», — смотря на Фила, кручу в сотый раз мысль, что пожирает меня.
Набираю в легкие воздух, как перед прыжком в воду.
— Я подаю на развод, Филипп.., — выдыхаю разом.
Муж замирает. Его пальцы больно впиваются в мое плечо.
— Это из-за Дубая? Ника, все было не так… Я люблю тебя!
— Любишь? — открываю папку. — Три года в состоянии похмелья — любишь. В Дубай с блондинкой летишь — любишь. Так вот я больше не люблю тебя, Фил.
Делаю паузу, чтобы слова упали тяжело, как камни.
— Развода не будет!!! — орёт Золотов. — Не подпишу! Не позволю! Детей не отдам!
Встаю в полный рост. Смотрю снизу вверх. В моем взгляде нет ни тени сомнения, потому что теперь это моя игра — моя красивая месть…

Полина и Михаил влюблены друг в друга с детства. Она — эмоциональная, вспыльчивая, увлекающаяся и энергичная, он — надёжный, спокойный и постоянный. Казалось бы, идеальная пара, отношениям которой ничто не сможет помешать, но...

- Вы не могли бы меня подвезти? Машина сломалась и не заводится. Я заплачу!
Мужчина смотрел на меня сверху вниз: нахально и жадно. Так, наверное, на добычу смотрят.
- К черту твои деньги. Со мной поедешь, там и отработаешь.
- К-куда? – я остолбенела.
- Туда, где нас никто и никогда не найдет, кроха. Будешь меня ублажать.
Я думала, что мне повезло, что он остановился на заснеженной трассе, когда я голосовала. Но все оказалось совсем не так. Теперь я в плену метели и Бурана.

— Кем приходитесь девочке? — дежурным тоном уточнила доктор.
— Ну-у, я-я… э-э-э, — глянула робко на босса и, покраснев, пробормотала: — Тетя.
— Диана? — он вскинул брови и, смерив меня неверящим взглядом, покачал головой.
— А вы? — поправив очки, спросила доктор чуть громче: — Кто вы этому ребенку?
— Он папа, — мявкнула я и, стараясь не смотреть в сторону босса, повторила: — Родной отец.
— Чего?! — рявкнул мой персональный ад. — Ты рехнулась?!
— Кнопка… она… — собравшись с духом, зажмурилась и самоотверженно выпалила: — Маша — ваша кнопка, босс!
* * *
Мой договорной брак был вполне счастливым, пока муж не решил напомнить мне о данных когда-то обязательствах. Собирая себя по кусочкам после побега из золотой клетки, я даже не предполагала, что жизнь изменится настолько глобально.
Непутевая сестра оставила мне щедрое наследство. Влиятельного и жутко вредного босса, который разбил ей сердце и бросил беременной. И новорожденную дочку, ставшую мне самой родной.

— Милый, а вот моя фея, которая сшила это платье, — представляет меня клиентка своему жениху.
А я не могу вымолвить ни слова. Потому ее жених – уже 8 лет как мой муж.
— Оказывается, твоя жена – обычная швея? — Влада картинно округляет глаза. — Ну разве годится такая жена будущему руководителю регионального подразделения?
Ее слова словно кислота прожигают в моей душе дыры, одну огромнее другой.
***
Любовница мужа унизила меня при всех, а начальница заставляет шить ей свадебное платье…

ОДНОТОМНИК Меня зовут Вера. Я была удобной женой: готовила, стирала, тащила фирму и слушала «посмотри на себя». Пока не застала мужа с блондинкой. В моём халате. На моей кровати. А он сказал: «Ты сама виновата».
Я решила: больше я не буду удобной. Ни для кого. Я найду его, верну свои деньги и докажу: быть пышкой — не приговор. А ещё я встречу мужчину, который не просит меня стать меньше. Он просто остаётся.

– У меня появилась другая, – заявляет муж.
– Как ты можешь так говорить? Мы двадцать два года в браке! У нас семья, дом, ребёнок!
– Ты была хорошей женой. Идеальной, если хочешь. Я благодарен тебе за уют, чистые носки, борщи и котлеты, – продолжает муж, перечисляя мои заслуги, как пункты в обязанностях домработницы.
Я подарила ему лучшие годы жизни, отдала все силы нашей семье и дому! Сегодня муж признался, что я для него не жена и любимая женщина, а машина по поддержанию быта.
– Кто она? На кого ты меня променял?! – кричу вне себя, понимая, что за всем этим стоит другая женщина.
– Она совсем другая, – мечтательно произносит мой муж. – Не готовит борщи, но зато может разжечь во мне настоящий огонь. Она любит меня, а я люблю её. И да, я солгал тебе про командировку. Эту новогоднюю ночь я буду праздновать с ней.

Откровение мужа шокировало меня. Мало того, что он изменил мне накануне Нового года, так он ещё и привёл свою любовницу в мой дом!

— Отпустите! — зло выкрикивает журналистка, вырываясь из моих рук. — Мне нужно снять репортаж!
— А мне нужно вывезти тебя отсюда живой! — рычу, прижимая ее к себе, пока над нами рвутся снаряды.
— Вы не имеете права мной командовать!
— Пока вокруг война — имею!
Она перестает сопротивляться всего на секунду и едва слышно зло бросает:
— Летчик... залетчик… чертов…
У меня замирает сердце. Так меня называла только одна девчонка.
Тогда, теплой крымской ночью, она мечтала стать журналисткой, а я — военным летчиком. Мы были уверены, что впереди целая жизнь. Но…
Судьба развела нас сразу после рассвета, чтобы свести вновь там, где любовь бессильна перед войной, а одно неверное решение может стоить жизни.
Но что страшнее: погибнуть под обстрелом… или узнать любовь всей своей жизни в тот момент, когда уже слишком поздно что-либо изменить?