Любовные романы бесплатные
— Она будет моей законной женой. Ты — любовница, знающая свое место. Не забывай это, Джаннет! Ты всего лишь ишкиль. Моя собственность, отданная за бесчестие твоей семьи.
— Как прикажете, господин, — прошептала я, умирая в объятиях любимого мужчины. Единственного. Безжалостного.
Того, кто сначала забрал меня силой. Приручил. Сделал своей. Клялся в одержимой любви… а потом хладнокровно объявил о свадьбе с другой. Красивой. Достойной. Равной.
— Я женюсь, вернусь с медового месяца и ожидаю увидеть тебя в своих покоях... на коленях.
— Хорошо…
Я не плакала и не устраивала сцен.
И почему-то именно это сводило его с ума.
— Что ты как гребаная кукла?! Признайся, что сгораешь от ревности! Что будешь кусать локти, зная, что в этот момент я с ней!
Но в ночь его никаха я сбежала.
А спустя пять лет мы встретились снова.
Теперь я не бесправная ишкиль.
Я богата, красива и я — жена его злейшего врага.
— Мы больше не займемся с тобой любовью, Дамир.
Мы будем заниматься только ненавистью!
— Как прикажете, господин, — прошептала я, умирая в объятиях любимого мужчины. Единственного. Безжалостного.
Того, кто сначала забрал меня силой. Приручил. Сделал своей. Клялся в одержимой любви… а потом хладнокровно объявил о свадьбе с другой. Красивой. Достойной. Равной.
— Я женюсь, вернусь с медового месяца и ожидаю увидеть тебя в своих покоях... на коленях.
— Хорошо…
Я не плакала и не устраивала сцен.
И почему-то именно это сводило его с ума.
— Что ты как гребаная кукла?! Признайся, что сгораешь от ревности! Что будешь кусать локти, зная, что в этот момент я с ней!
Но в ночь его никаха я сбежала.
А спустя пять лет мы встретились снова.
Теперь я не бесправная ишкиль.
Я богата, красива и я — жена его злейшего врага.
— Мы больше не займемся с тобой любовью, Дамир.
Мы будем заниматься только ненавистью!
— Я смотрю, тут мне не рады, — рычит муж. — Значит, поеду туда, где мне окажут самый тёплый приём.
— У адмирала? — шепчу, холодея.
— С адмиралом я всё уладил, — хмыкает Игорь. — А вот с дочкой его не успел.
Гнев меня ослепил, и я хлестнула Дрёмова по лицу.
Его крутая скула мгновенно вспыхнула алым.
— А ты в разлуке стала ревнивой, — тянет супруг. — И неблагодарной. Мало тебе того, что я тебя обеспечиваю? Ты ещё и внимание моё ни с кем не хочешь делить.
— Ты… подонок, Дрёмов. Циничный, жестокий подонок!
— Следи за своими словами, — усмешка сползает с его жёстких губ. — Иначе рискуешь потерять меня навсегда.
- ХЭ
— У адмирала? — шепчу, холодея.
— С адмиралом я всё уладил, — хмыкает Игорь. — А вот с дочкой его не успел.
Гнев меня ослепил, и я хлестнула Дрёмова по лицу.
Его крутая скула мгновенно вспыхнула алым.
— А ты в разлуке стала ревнивой, — тянет супруг. — И неблагодарной. Мало тебе того, что я тебя обеспечиваю? Ты ещё и внимание моё ни с кем не хочешь делить.
— Ты… подонок, Дрёмов. Циничный, жестокий подонок!
— Следи за своими словами, — усмешка сползает с его жёстких губ. — Иначе рискуешь потерять меня навсегда.
- ХЭ
- Я подписал контракт, - заявляет муж за ужином. - Через месяц у нас будет ребенок.
Вилка падает из рук прямо на пол.
- Ты решил усыновить ребенка не посоветовавшись со мной? – голос дрожит от ужаса.
- Я нанял суррогатную мать, - спокойно жует стейк. - Ты будешь за ней ухаживать, готовить для нее. Будешь ходить с ней по врачам, следить, чтобы она все витамины принимала. А когда родит, ты, естественно, будешь у нее на подхвате. Своего рода няней станешь для малыша.
- Валя, я твоя жена, а не прислуга суррогатной матери. Ты вообще слышишь себя? Слышишь, что ты мне говоришь?
- Ты бесплодная жена, - поправляет меня не повышая голоса. - Это единственный способ, чтобы ты выполнила свою функцию. Так я не дам тебе развода. Как я могу бросить тебя, такую больную, из-за этого никому не нужную? Кто тебя возьмет? Я не могу отправить тебя на произвол судьбы. Поэтому я забочусь о тебе так, как могу.
Вилка падает из рук прямо на пол.
- Ты решил усыновить ребенка не посоветовавшись со мной? – голос дрожит от ужаса.
- Я нанял суррогатную мать, - спокойно жует стейк. - Ты будешь за ней ухаживать, готовить для нее. Будешь ходить с ней по врачам, следить, чтобы она все витамины принимала. А когда родит, ты, естественно, будешь у нее на подхвате. Своего рода няней станешь для малыша.
- Валя, я твоя жена, а не прислуга суррогатной матери. Ты вообще слышишь себя? Слышишь, что ты мне говоришь?
- Ты бесплодная жена, - поправляет меня не повышая голоса. - Это единственный способ, чтобы ты выполнила свою функцию. Так я не дам тебе развода. Как я могу бросить тебя, такую больную, из-за этого никому не нужную? Кто тебя возьмет? Я не могу отправить тебя на произвол судьбы. Поэтому я забочусь о тебе так, как могу.
— Я подал на развод. Документы в прихожей, на тумбочке.
Где-то на границе слуха женщина в его рубашке произносит полушёпотом, с интонацией давней, домашней, ужасающе будничной:
— Дём, ну я же говорила — надо было сразу, не тянуть...
— Давно? — спрашиваю я.
— Достаточно, — говорит он. — Устал притворяться.
Я разворачиваюсь. Беру с тумбочки синюю папку, обхожу чужие сапоги, как лужу. Открываю дверь.
— Таисия.
Я не оборачиваюсь. Стою спиной к своей бывшей жизни и жду. Секунду. Две. Что угодно, только не...
— Ключи оставь, — говорит он.
***
В моей сумке лежит конверт со снимком УЗИ, я несла его показать мужу.
Он не увидит этот снимок никогда.
Я ушла и не оглянулась. Вернула девичью фамилию, родила дочь и за восемь лет построила лучшую фотостудию города.
А потом на съёмку юбилейного альбома «Люди моря» в мою студию вошёл контр-адмирал Ветров. Мой бывший муж, который не знал ни к кому идёт, ни того, что у него растёт дочь.
Где-то на границе слуха женщина в его рубашке произносит полушёпотом, с интонацией давней, домашней, ужасающе будничной:
— Дём, ну я же говорила — надо было сразу, не тянуть...
— Давно? — спрашиваю я.
— Достаточно, — говорит он. — Устал притворяться.
Я разворачиваюсь. Беру с тумбочки синюю папку, обхожу чужие сапоги, как лужу. Открываю дверь.
— Таисия.
Я не оборачиваюсь. Стою спиной к своей бывшей жизни и жду. Секунду. Две. Что угодно, только не...
— Ключи оставь, — говорит он.
***
В моей сумке лежит конверт со снимком УЗИ, я несла его показать мужу.
Он не увидит этот снимок никогда.
Я ушла и не оглянулась. Вернула девичью фамилию, родила дочь и за восемь лет построила лучшую фотостудию города.
А потом на съёмку юбилейного альбома «Люди моря» в мою студию вошёл контр-адмирал Ветров. Мой бывший муж, который не знал ни к кому идёт, ни того, что у него растёт дочь.
- Подумаешь, увидела меня, сняла с бабы, и что? Да захочу и поселю ее здесь, а ты будешь облизывать ее от ушей до пяток! Ясно тебе?
- Ты можешь делать все, что хочешь, Аркаша, но без меня. Я этого терпеть не собираюсь
После пятнадцати лет брака я застала мужа за “собеседованием” новой медсестрички.
Он думал, что я никуда не денусь и проглочу обиду, но я хлопнула дверью и уехала. Туда, где меня ждали свобода от тирана, новая жизнь и тот, кого я когда-то любила.
Однако бывший муж не намерен отпускать свою "золотую жилу". Он готов вернуть меня любой ценой. Но теперь я не одна, за моей спиной стоит человек, который однажды уже потерял меня... и второй раз этого не допустит.
- Ты можешь делать все, что хочешь, Аркаша, но без меня. Я этого терпеть не собираюсь
После пятнадцати лет брака я застала мужа за “собеседованием” новой медсестрички.
Он думал, что я никуда не денусь и проглочу обиду, но я хлопнула дверью и уехала. Туда, где меня ждали свобода от тирана, новая жизнь и тот, кого я когда-то любила.
Однако бывший муж не намерен отпускать свою "золотую жилу". Он готов вернуть меня любой ценой. Но теперь я не одна, за моей спиной стоит человек, который однажды уже потерял меня... и второй раз этого не допустит.
- Товарищ генерал, там мальчишка.
- И что?
- Он… он говорит, что он ваш сын.
Моя жизнь делала крутые виражи не раз, и не два.
Один из них прямо в этот день. Налёт, пострадали мирные жители. Мы снова не смогли отбить атаку на сто процентов. И этот один процент – чья-то жизнь. Или смерть.
И посреди этого ужаса и хаоса он. Пацан с такими же как у меня глазами. Гетерохромия, не такая уж редкость, как оказывается.
- И где твоя мать?
- Я не знаю.
- И что?
- Он… он говорит, что он ваш сын.
Моя жизнь делала крутые виражи не раз, и не два.
Один из них прямо в этот день. Налёт, пострадали мирные жители. Мы снова не смогли отбить атаку на сто процентов. И этот один процент – чья-то жизнь. Или смерть.
И посреди этого ужаса и хаоса он. Пацан с такими же как у меня глазами. Гетерохромия, не такая уж редкость, как оказывается.
- И где твоя мать?
- Я не знаю.
Открываю дверь и сбрасываю туфли. Каблуки — моё проклятие, но статус обязывает.
Неожиданно раздается крик. Не просто голос, а рёв, полный слепой ярости.
- Так вот почему нельзя встречаться с Ангелиной? - вопит Руслан. - Как ты выразился - поломойкой.
Спешу на шум. Гостиная разгромлена: опрокинут журнальный столик, осколки стекла на паркете, цветы из вазы разбросаны по полу.
В эпицентре разрухи я вижу сына.
Руслан стоит посреди комнаты, в руках у него бейсбольная бита.
- Страшно? - кричит, срываясь на визг. - Как ты смел? Как ты мог?
- Остановись! - шипит супруг. На нем нет рубашки, расстегнуты брюки.
- Мама, - оборачивается Рус. - Он…он...
И тогда я вижу её. В углу, на полу, съёжившись в комок, сидит дочь домработницы. Она закутана в простыню из нашей спальни и дрожит.
Мой мозг отказывается воспринимать картину, но правда очевидна, и она... шокирует.
Неожиданно раздается крик. Не просто голос, а рёв, полный слепой ярости.
- Так вот почему нельзя встречаться с Ангелиной? - вопит Руслан. - Как ты выразился - поломойкой.
Спешу на шум. Гостиная разгромлена: опрокинут журнальный столик, осколки стекла на паркете, цветы из вазы разбросаны по полу.
В эпицентре разрухи я вижу сына.
Руслан стоит посреди комнаты, в руках у него бейсбольная бита.
- Страшно? - кричит, срываясь на визг. - Как ты смел? Как ты мог?
- Остановись! - шипит супруг. На нем нет рубашки, расстегнуты брюки.
- Мама, - оборачивается Рус. - Он…он...
И тогда я вижу её. В углу, на полу, съёжившись в комок, сидит дочь домработницы. Она закутана в простыню из нашей спальни и дрожит.
Мой мозг отказывается воспринимать картину, но правда очевидна, и она... шокирует.
— Спасибо, что помог, — говорю я, отворачиваясь.
Ну? Сейчас же он уйдёт, наконец? И я выдохну спокойно. Как же тяжело рядом с ним находиться! Я всё время жду какого-то подвоха!
— Мало, — вдруг слышу его голос. Тихий такой.
Опять поднимаю на него взгляд.
— Мало простого «спасибо», — добавляет он.
Чуть хмурюсь и внимательно слежу за ним.
— Сколько? — спрашиваю серьёзно.
— Пф! Ты деньги мне, что ли, решила предложить? — приподнимает бровь.
— А что ты хочешь?
Пауза. Оба молчим. Смотрим в глаза друг другу и молчим. Взгляд Басманова медленно сползает с моих глаз вниз и останавливается на губах.
И они как будто ожог получают. От одного его взгляда. Хочется облизать, но боюсь.
— Поцелуй, — хриплый шёпот. — Я хочу поцелуй.
Мы слишком разные.
Он привык получать всё, что захочет.
Я привыкла сама карабкаться к своей цели.
Нам нельзя быть вместе. Будет больно. И я знала это.
Но он решил за меня, не оставив мне выбора.
Ну? Сейчас же он уйдёт, наконец? И я выдохну спокойно. Как же тяжело рядом с ним находиться! Я всё время жду какого-то подвоха!
— Мало, — вдруг слышу его голос. Тихий такой.
Опять поднимаю на него взгляд.
— Мало простого «спасибо», — добавляет он.
Чуть хмурюсь и внимательно слежу за ним.
— Сколько? — спрашиваю серьёзно.
— Пф! Ты деньги мне, что ли, решила предложить? — приподнимает бровь.
— А что ты хочешь?
Пауза. Оба молчим. Смотрим в глаза друг другу и молчим. Взгляд Басманова медленно сползает с моих глаз вниз и останавливается на губах.
И они как будто ожог получают. От одного его взгляда. Хочется облизать, но боюсь.
— Поцелуй, — хриплый шёпот. — Я хочу поцелуй.
Мы слишком разные.
Он привык получать всё, что захочет.
Я привыкла сама карабкаться к своей цели.
Нам нельзя быть вместе. Будет больно. И я знала это.
Но он решил за меня, не оставив мне выбора.
— Ты просто серая мышь в бабушкиной старой кофте, Наташа! Зануда по жизни и мороженая рыба в постели! Скажи спасибо, что я вообще снизошел до тебя ради диплома!
Бывший использовал меня, растоптал гордость, а потом выбросил за ненадобностью. Думал, я сломаюсь, но просчитался.
В моей жизни появился другой — зрелый, опасный и обладающий властью мужчина. Он предложил мне фиктивный брак и возможность отомстить предателю.
Условие одно — не влюбляться друг в друга.
Вот только как быть, если главное правило нашего контракта уже нарушено?
Бывший использовал меня, растоптал гордость, а потом выбросил за ненадобностью. Думал, я сломаюсь, но просчитался.
В моей жизни появился другой — зрелый, опасный и обладающий властью мужчина. Он предложил мне фиктивный брак и возможность отомстить предателю.
Условие одно — не влюбляться друг в друга.
Вот только как быть, если главное правило нашего контракта уже нарушено?
— Привет, — коварно улыбается девушка, ни с того ни с сего оказавшаяся на пороге нашего с мужем дома.
— Здравствуйте… — лепечу.
— Пустишь? — спрашивает она и без проса проходит в дом.
— У меня муж скоро придёт… — отвечаю, глядя на свои руки, перепачканные в муке.
— Гаяр не придёт к тебе сегодня, — заявляет она, — положенные семь дней после свадьбы прошли. Не жди его в эту ночь.
— Что? — произношу ничего не понимая.
Но в сердце начинает грызть неведомый монстр с такими же как у неё ядовитыми зелёными глазами.
— Учись его делить, Малика. Ты вторая жена. Считай, что наложница. Всегда доступная личная шармута. И всегда будешь подчиняться. И ему, и мне. Гаяр сам мне сказал, что ты теперь моя служанка, если захочу, будешь и меня развлекать и ублажать. И только попробуй слово против вякни.
— Здравствуйте… — лепечу.
— Пустишь? — спрашивает она и без проса проходит в дом.
— У меня муж скоро придёт… — отвечаю, глядя на свои руки, перепачканные в муке.
— Гаяр не придёт к тебе сегодня, — заявляет она, — положенные семь дней после свадьбы прошли. Не жди его в эту ночь.
— Что? — произношу ничего не понимая.
Но в сердце начинает грызть неведомый монстр с такими же как у неё ядовитыми зелёными глазами.
— Учись его делить, Малика. Ты вторая жена. Считай, что наложница. Всегда доступная личная шармута. И всегда будешь подчиняться. И ему, и мне. Гаяр сам мне сказал, что ты теперь моя служанка, если захочу, будешь и меня развлекать и ублажать. И только попробуй слово против вякни.
Подборка книг
Выберите полку для книги