Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «nastoyashchaya-lyubov»

‼️ЗАВЕРШЕНО‼️
— А ты чей, командир? — смеясь, спрашивает мужчина.
— Я мамин! — гордо заявляет сын. — Меня зовут Денис Андр-р-реевич Смир-р-нов. А тебя?
— Андрей Константинович Звягинцев.
— Тоже Андрей? Прям как моего папу! Ты знаешь его?
— Смирнов... — Андрей задумчиво повторяет фамилию. — Я не помню у нас такого, прости, малыш.
— Жалко, — вздыхает сынок, опустив голову. — Я бы хотел увидеть папу.
— А где твой папа? — уже серьёзно спрашивает Звягинцев.
Пять лет назад я ухаживала в госпитале за крупным, как медведь, майором спецназа с позывным «Малыш». Перед командировкой он велел не ждать его. Узнала, что беременна, но не смогла ему сказать.
Через год мне сообщили, что майор пропал без вести и, скорее всего, погиб. Я похоронила его и научилась жить одна. Растила сына, училась на хирурга и перестала надеяться. Но сегодня я приехала на юбилей к дяде-генералу. Один из его сослуживцев подхватывает моего сына, когда тот падает, а у меня подкашиваются ноги…

— То, что произойдет в этом номере строго конфиденциально. Сейчас ты внимательно прочтешь и подпишешь контракт, — его голос холоден и строг. Меня колотит, но я киваю. — Ты позаботилась о контрацепции?
— Да, — отвечаю сбивчиво. В моей сумочке уже лежит таблетка, которую я выпью как только все кончится. Мне сказали, этого достаточно, чтобы избежать последствий.
— Отлично, — пристально смотрит в глаза, будто пытаясь прочесть мои мысли. — Ты можешь уйти в любой момент до того как поставишь подпись.
Произносит, провоцируя сдаться.
— Я знаю.
— Но ты предпочитаешь остаться?
Киваю. Мне нужны деньги.
— Отлично. Подписывай и раздевайся.

Она пришла на его порог, ища помощи и спасения, несмотря на все годы и обиды, что пролегли между ними. Но, так или иначе, им было суждено встретиться вновь. Ведь Любовь всегда идет рядом с Прощением.

— И что мне с вами делать? — спрашиваю трех угощиков, которые разбили мой джип и снесли забор особняка, но они молчат, как партизаны. — Куда на моей машине собрались?
— Маму спасать. Ба сказала, ее полицейские схватили, — писклявым голосом болтает пацан справа. — А в садике гадости говорили, что ее заберут навсегда, вот мы и решили…
— Мы вытащим ее из тюрьмы! Мы все взяли с собой!
Девчонка в подтверждение расстегивает рюкзак и демонстрирует мне фонарик, детский молоточек, пластырь и плюшевого зайца.
— Ладно, мама в полиции, а папа ваш где? — спрашиваю их, но наш разговор прерывает отчаянный крик.
— НЕГОДНИКИ! — а по дороге к нам несется седовласая женщина. — Вы на кой черт сбежали из детского сада? У меня чуть сердце не остановилось, когда я вас там не нашла!
Она с разбегу сгребает в охапку малышню. А потом открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.
— Лидия Михайловна?
Ее лицо белеет. Я резко опускаю взгляд на детей и снова смотрю на мать моей бывшей.
— А Ксюша где?

— Мам, мы ничего не сломали! — торопливо сообщает Макс, решив, что сейчас самое подходящее время для оправданий. — Мы хотели только посмотреть.
— Изнутри, — уточняет Даня.
— А этот дядя-военный нас поймал, — Лева показывает на Тиграна. — Он тут главный. Командует всеми. Крутой!
Мальчики говорят и говорят, а я не могу выдавить и слова. Не могу даже поздороваться с ним. Или схватить мальчиков и сбежать. Я застыла на месте, как статуя, и только моргаю. Иногда.
Потому что в голове вновь раздаются взрывы, сыплется песок, а Тигран закрывает меня от беды своим телом.
— Гх-гх… Это ваши дети? — откашлявшись, спрашивает он.
И хотела бы я ответить, что работаю няней, но…
— Да, они мои, — приходится признать.
И твои... добавляю я уже про себя.

Молох. Скиф. Чистюля. Они самые настоящие звери. Грешники. Свободные, всевластные, всесильные. Хищники, в которых не осталось ничего человеческого. В их глазах нет света, в их черных сердцах давно нет жалости, в их порочных душах нет места чувствам.
Любовь – их самое страшное наказание. Она сильного делает слабым, неприкасаемого – уязвимым, бесстрашного наделяет страхами.
Любовь может поработить даже самую свободную душу.

Любовь. Отношения. Семья. Не для него это всё. Не про него. Максима Виноградова разгульная жизнь устраивала, и ничего он в ней менять не собирался. Пока Лизку не встретил. Она появилась в его жизни случайно и влюбилась в него как безумная. Хотя сама любви не ждала, на нее и не надеялась. Ведь таких, как она, не любят. Таким плюют в лицо и не дают ни единого шанса на счастье.
Узнаем, что скрывается за маской бездушного циника.

В тексте присутствуют сцены эротического характера, нецензурная лексика и сцены насилия.

— Стоять! — шарахаюсь от громогласного голоса. — Подсматривала?
— Нет, — оборачиваюсь, вижу ЕГО в черном халате с поясом в районе паха.
— Увижу в своей спальне — выпорю…
— Надо потише стонать!
От моей дерзости у кареглазого варвара отпала челюсть. Тоном победительницы добиваю его:
— И я не прислуга, а гостья твоей сестры!
Его черные глаза зло сужаются. С нарастающей дрожью понимаю, какую ошибку совершила…

Я сбежала из под венца, чем сорвала планы отца. Попросила помощи у подруги, но не учла, что в их доме живет ее старший брат. Это чудовище решило, что я тоже в его власти. Но я просто так не сдамся…

— Эй, малой, ты что творишь?
Пацанёнок лет пяти, сидя на моём капоте, натирает его губкой.
— Мою вашу машину, — важно поднимает голову. А у самого глаза как у оборзевшего енота, который только что обчистил мусорный бак. — Кстати, с вас пятьсот рублей. Осталось чуть-чуть.
Достает из кармана что-то белое…
— А это ещё что такое?
— Прокладка. Не видели рекламу по телевизору? Она лучше всего впитывает влагу и не оставляет следов.
— Так, понятно, — опускаю руку в карман в поисках налички. — Держи, работник месяца, — протягиваю ему тысячную купюру. — Этого хватит, чтобы купить новые материалы для работы.
Пацан смотрит на купюру, потом на мои руки.
— Почему у вас нет кольца на пальце?
Борзой, однако.
Бизнес-план у него чёткий: сначала машину помыть, потом всучить сопутствующий товар.
— Ты хочешь продать мне ещё и кольцо?
— Нет… Просто хочу познакомить со своей мамой. Нам как раз нужен папа.

— Папа Тимур! Ты нас спас!
Смех исчезает сам собой.
— Это ты! Ты нас нашёл!
Какого чёрта трое совершенно незнакомых пятилетних детей знают моё имя и называют меня папой?
Да у меня вообще нет детей.
По крайней мере, ещё несколько минут назад я был в этом абсолютно уверен.

Шесть лет назад я не поверил женщине, которую любил. Решил, что она изменила, а её беременность — всего лишь попытка меня удержать.
Теперь судьба сводит нас снова: я вытаскиваю из горящей больницы троих пятилетних детей и узнаю, что все они — мои.
Они ждали папу пять лет.
А вот их мама до сих пор помнит, почему однажды решила больше никогда мне не звонить.