Книги в жанре «New adult» по тегу «ot-nenavisti-do-lyubvi»

— Убери руки! — рычу я.
— Прекрати играть в недотрогу, — усмехается мажор Дауров, держа руки на моих бедрах. — Правда, я не уверен, что ты столько стоишь. Сначала покажи, что умеешь и я решу помогать тебе или нет.
— Я не торгую собой!
— Значит, не нужны деньги?
— Нужны. Но это не значит, что ты можешь все.
— Либо все, либо ничего.
— Я не продаюсь.
— Тогда мне это не интересно, — откидывается на спинку дивана. — Свободна. Твоя сводная сестра сговорчивее. Она с радостью сделает все и заберет твои лавры!
— Подожди! Я… я тебе все отдам.
— И как же? Как ты собираешься расплачиваться?
— Отработаю…
— Тебе придется долго работать, — его глаза вспыхивают. — Двенадцать месяцев ты будешь делать то, что я тебе скажу.

Мачеха хочет выиграть инновационный конкурс. Для этого мне нужен реактив за пять миллионов. Но помочь мне соглашается лишь тот кого я презираю с первого дня в университете, невыносимый кавказский мажор Дауров. И теперь я на целых двенадцать месяцев в его рабстве.

❗ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ДИЛОГИИ❗
Злата всматривается в моё лицо и щурится. Переводит взгляд с моих глаз на губы, потом снова на глаза. Наверное, сравнивает с тем, что хранится в памяти.
И только потом в её глазах вспыхивает чёткое осознание.
Я еле сдерживаюсь, чтобы торжествующе не улыбнуться. Но торможу себя. Рано. Пусть сначала переварит и примет новую реальность.
— Рустам?.. — шепчет растерянно.
Первый раз за семь лет слышу её голос. Не в записи, не в воспоминаниях — вживую. Он почти не изменился, только сейчас в нём столько всего — неверие, страх, надежда. Но больше всего — напряжения. Как у дикого зверька, который не понял, капкан перед ним или спасение.
Молчу несколько секунд, просто глядя на неё. Вспоминаю наш последний разговор перед выпускным. Её колючие, насмешливые слова и то, как она выкинула меня из своей жизни.
О да, я всё ещё это помню. И до сих пор хочу спросить — почему?

В отчаянной попытке убежать от прошлого я бросила родной город и перевелась в другой универ.
Я хочу прожить последний учебный год неприметной тенью, но в первый же день перехожу дорогу богатенькому козлу.

— Ты откуда вылезла такая дерзкая, новенькая? — мажор медленно скользит по мне тяжелым взглядом.
— Не твое дело, — пытаюсь вырваться из его цепкой хватки.
— Я все про тебя узнаю. Каждый твой секрет, — он наклоняется к моему уху и шепчет зловещее обещание: — И тогда тебе конец, Ворона.

Теперь я фигура в игре одержимого мажора, решившего любой ценой добраться до моих тайн.
Я не знаю, что будет, если он раскопает то, что я прячу за семью печатями.
Но уверена в одном: я не имею права влюбиться в человека, который в любой момент может сломать мою жизнь.

Я — Вероника Ольшанская, адвокат, который защищает исключительно женщин. Моя работа, вытаскивать их из ада, в который их загнали те, кто считал себя сильнее. Я привыкла к ненависти. К угрозам. К давлению. Но он… Он другой. Следователь Максим Юсупов смотрит на меня так, будто я лично разрушила его жизнь. Будто каждое моё слово, это соль на его старые раны. Он не скрывает презрения, не фильтрует тон, не делает вид, что мы просто работаем по разные стороны баррикад. Проблема в том, что я не понимаю, что именно я ему сделала. Каждый раз, когда наши дела пересекаются, он будто срывается. Холодный, резкий, злой. И чем сильнее он пытается держать дистанцию, тем отчётливее я чувствую, что между нами что‑то есть. Что‑то, что он ненавидит ещё больше, чем меня… А я… Я должна выяснить правду. Потому что его ненависть, это не просто эмоция. Это ключ к делу, которое может разрушить не только мою карьеру, но и всю мою жизнь. И если я раскопаю, что стоит за его яростью, назад дороги уже не будет...

- К-как … как ты нашёл меня? – спрашиваю я, ни жива, ни мертва вчерашнего незнакомца из ночного клуба.
Денис Высоцкий смотрит пристально, явно не понимая, о чём я говорю, и тут я вижу, как его переносица хмурится, а во взгляде появляется узнавание.
- Ты? – рычит он и быстро сокращает расстояние между нами, - Что ты здесь дела-ешь? Преследуешь меня, малявка?
Делаю шаг назад и упираюсь спиной в стену.
- Это еще кто кого преследует. Я здесь работаю вообще-то. – стараюсь придать голосу максимальную твердость.
- И давно? Что-то я тебя совсем не припомню.
- А должен?
- Конечно, это ведь мой дом.
***
Моя жизнь до боли похожа на судьбу Золушки, к сожалению, в тот период, где она еще была замарашкой. Оказавшись на улице по воле мачехи, я устраиваюсь горничной в богатый особняк. Правда, кто же знал, что именно там для меня и начнутся настоящие испытания?

— Сбрось скорость, — прошу.
— Какую скорость? — Улыбка Джокера становится шире, а мы несёмся всё быстрее.
— Решил взять меня на слабо? — С большим трудом мне удаётся сохранять внешнее спокойствие. — Это не смешно, я не хочу попасть в сводку новостей о ДТП.
— Не доверяешь? — усмехается он.
— Нет. — Не вижу смысла лгать.
— Зря.
Джокер смещается на полосу левее. Мы близки к двойной сплошной. Впереди оба замечаем яркие фары.
— Я тебе нравлюсь?
Не отвечаю, потому что не могу оторвать взгляд от приближающихся огней. Сердце бьётся бешено, заглушая голос Джокера.
Скорость невообразимая.
— Я тебе нравлюсь? — повторяет вопрос с маниакальным желанием получить ответ.
Но я не в силах ответить. Вцепившись в ручку, наблюдаю за тем, как Джокер рывком уходит на встречную полосу.
— Перестань, — выдавливаю пересохшими губами.
— Поцелуй меня. И я перестану.
Поворачиваюсь к нему, надеясь, что это всего лишь плохая шутка. Но стоит взглянуть в его глаза и я понимаю — он абсолютно серьёзен.

Она – скромная студентка с окраины, верящая в искренность. Он – "принц" из другого мира, который решил завоевать ее сердце. Их роман был похож на сказку, пока она не узнала страшную правду...

________
ХЭ! Однотомник! ЭКСКЛЮЗИВНО!
История второстепенных героев книги "Замуж за мажора. Развод по плану" (все истории можно читать отдельно)

Рождественское гадание закончилось эпичным провалом: мой розовый сапог с железным каблуком вдребезги разбил лобовое стекло «Майбаха»
— Это… твоё? — Сашка Гордеев, самый заносчивый мажор вуза, выходит из машины, брезгливо разглядывая мой меховой «тапок» посреди осколков.
— Гадала на будущее, Золушка?
— Я… всё оплачу! Честное слово!
— Оплатишь. До последней копейки, — в его глазах вспыхивает опасный азарт. — И гадать больше не придётся: я лично распишу каждый твой день на год вперёд. Добро пожаловать в рабство.

Наклоняюсь. Расстояние между нашими лицами сокращается до пары сантиметров. Она прижимается спиной к твёрдой поверхности. Глаза широко распахнуты. В них — паника и… что-то ещё. То самое, что я уже сегодня видел.

— Давай проверим, — говорю я, — лжёшь ты или нет.

Поднимаю руку. Ксюша замирает, почти не дыша. Я не касаюсь её. Веду большим пальцем по воздуху в миллиметре от её рта.

— Губы дрожат, — констатирую я. — От злости? Или от того, что я так близко?

Она пытается что-то сказать, но только сглатывает. Я продолжаю скользить пальцем вдоль линии её челюсти к шее. Останавливаюсь там, где под тонкой кожей бешено бьётся пульс — так часто, что я почти ощущаю его вибрацию. Наконец я её касаюсь — легко, едва ощутимо.

— А здесь… — говорю я, глядя прямо в её глаза. — Это от ненависти, Ксюша? — Она молчит, но рваное дыхание выдаёт её с головой. — Если у тебя есть парень, то почему ты таешь от меня, стоило до тебя дотронуться?

- Зачем?— заговаривает со мной Софи, смотря на дорогу.
- Что?— повернув голову, смотрю на пухлые губки, которые чертовски манят.
- Зачем, ты переиграл круг?— она поворачивается ко мне. Скидываю скорость, поглядывая на дорогу, но в основном смотрю на неё.
- Не догадываешься?— ухмыляюсь, а внутри просыпается злость. Не на неё, нет. На друга, который собирался выставить её на посмешище, ради прикола.
- Олег, почти мой парень, — как аргумент бросает наивная дурёха, и я бью по тормозам. Пора открыть ей глаза. Софи напрягается, когда я, положив правую руку на подлокотник, приближаюсь к ней.
- Олег, хотел поиметь тебя, а потом показать всем это видео, — проговариваю, глядя в нереально голубые, как чистое небо глаза.
- И я должна тебе поверить?— изогнув бровь, она смотрит на меня. - Почему?
- Потому что, я вернулся, ради тебя, Воробушек, — мой взгляд опять застывает на её губах и это наваждение какое-то, с которым я устал бороться. - И ты это знаешь, — выдыхаю ей в губы...