Романтическая эротика. СЛР скачать

— Подпиши, Вера. Пять миллионов рублей на твой личный счет сразу после родов, — Кирилл бросил плотную синюю папку на полированное дерево стола. — Служебная квартира в центре, полное медицинское обеспечение в Цюрихе и должность вице-президента аналитического департамента. Взамен — отказ от единоличной опеки. Сын будет носить мою фамилию и расти в моем доме.

— А я кем буду в твоем доме, Кирилл Андреевич? — я даже не прикоснулась к бумаге, глядя прямо в его тяжелые, потемневшие зрачки. — Дорогой породистой суррогатной матерью с годовым контрактом? Прислугой при барском наследнике?

Он шагнул вплотную.

— Ты будешь женщиной, родившей мне сына. Ты получишь всё, о чем такие, как ты, не смеют даже мечтать в своем Саратове. Не строй из себя оскорбленную невинность. В том гостиничном люксе ты не спрашивала про условия договора.

— В том люксе я спала с мужчиной, — я дернула головой, сбивая его хватку, и на скуле вспыхнул багровый след. — А сейчас передо мной стоит работорговец,

Молодая российская журналистка- арабистка Влада Пятницкая приезжает в охваченную гражданской войной Сирию, надеясь сделать себе имя на хорошем репортаже или громком материале. Ее самонадеянный шаг получить эксклюзивное интервью с одним из видных представителей действующего режима, молодым, притягательным, но во всех смыслах опасным мужчиной Васелем Увейдатом с его стороны был встречен непристойным предложением- интервью в обмен на первую ночь с невинной Владой. Влезая в эту авантюру, они оба, каждый движимый своими целями, не предполагали, какой силы страсть захватит их. И хотя оба они пытаются бороться с нахлынувшими чувствами, взаимная тяга постоянно приводит их друг к другу. Вот только у Васеля и Влады разные взгляды на этот мир, на происходящее в стране и на свое будущее...

- Зачем ты оставила ему свой номер?
- Он и у тебя есть, это не государственная тайна.
- Ты таких бабников в жизни не встречала, он женщин просто коллекционирует!
- И что? Я с ним спать не планирую, а если и захочу, стану экспонатом его коллекции, или нет – тебя не касается.
- У него свадьба через два месяца.
- Да какая мне разница? И какая разница тебе? – смотрю в синие глаза с вызовом. Глеб стискивает зубы, под кожей гуляют желваки. – Если на этом всё, мне надо работать.
Пока иду до двери, жду, что остановит. Но Глеб молчит. Намеренно оттягиваю момент расставания, собираюсь открыть дверь, но не успеваю – ладонь ложиться поверх неё, аккурат перед моим лицом.

- Ты сошёл с ума, Егор, я выхожу замуж.
- Нет, не выходишь. Никто не смеет смотреть на тебя, трогать. Только я.
- Кто дал тебе на это право? - пытаюсь высвободить запястье из его крепкого захвата.
- Оно всегда у меня было.

Они были лучшими друзьями, пока он не лишил её невинности. Всё изменилось, дружба сломалась, превратившись в пытку, пока он не исчез. Пропал на два года. Но что такое настоящий кошмар, она поняла, когда он вернулся...

— Ты берега попутала, детка. Думаешь, папаша тебя прикрыл? Думаешь, натянула гордую мину и стала ровней?
— Мне плевать на твоего папашу и на моего отца тоже.
— Врешь, — он наклоняется ниже. Черные пряди падают ему на лоб. Горячее дыхание касается моей щеки. — Тебе жрать нечего. Мать сбагрила тебя чужому мужику ради турецкого хахаля, а ты стоишь тут и корчишь королеву.

Злость взрывается внутри раскаленной магмой. Замахиваюсь, метя ладонью прямо в его перебитый нос.

Тимур перехватывает мое запястье на лету. Сжимает сустав стальными тисками, выворачивая руку за спину, прижимает меня грудью к холодному дереву письменного стола. Вторая его ладонь падает мне на затылок, пальцы зарываются в волосы, фиксируя голову.
— Отпусти, урод.
— Слушай правила, Соколова. Слушай внимательно, повторять дважды я не стану. В бокс вниз ты нос не суешь. Твоя тропа — наружная железка во двор и калитка на стану. В бокс вниз ты нос не суешь. Твоя тропа — наружная железка во двор и калитка на станцию.

Двери купе открывались, люди опасливо выглядывали и прятались обратно. За мной уже стояла очередь из пяти человек, которую я пропустила, прижимаясь спиной к стеночке. Пусть идут, если им не страшно. Мне чуть не отдавили ноги, затем чуть не пришибли баулом прямо по животу, но люди всё-таки пролезли через полицейских и нарушителя. Проводнице было совсем не до билетов. Она всхлипывала и пыталась вытолкать пьяницу из вагона, упирая руки ему в спину.
Все движения прекратились в миг, когда дверь купе в метре от возни открылась. Гора мышц в белой майке и синих джинсах пробасила так, что у меня кровь застыла в жилах.
— Я же просил по-человечески не будить меня, — гул мужского голоса отозвался испугом даже в глазах полицейских. Правой рукой брюнет, почти касающийся макушкой потолка, взял за ....

– Ты подумала о моем предложении? – спрашивает босс.
– Всю ночь думала, – отвечаю, почти не солгавши.
– И? Мне готовить контракт?
– Нет. Мне нужно сохранить свое рабочее место.
– Я предложил тебе шоколадные условия! – вскипает босс. – Где еще ты заработаешь миллион в месяц? Это в десять раз больше твоей зарплаты! А ты несешь какую-то чушь про рабочее место.
– Хорошо, скажу прямо, – нахожу в себе силы посмотреть ему в глаза. – Я не могу спать с человеком, к которому не испытываю никаких чувств.

Мало того, что мой наглый начальник заставил меня стать его фиктивной невестой, так теперь ещё требует родить ему ребенка. А всё потому, что дед-самодур обещал включить Мирона в завещание, если в течение года у него родится дочь.
Но я всего лишь секретарь, и в мои личные планы совершенно не входит беременность и роды от ветреного босса!

Как быть, если твой охранник, с которым вы ненавидели друг друга, вдруг воспылал к тебе неземной страстью, делает странные подарки и грозится жениться? А тут еще и новый красавчик- шеф осаждает. Правильно, относиться ко всему с юмором и постараться не терять голову.
В книге будет много юмора, иронии и сарказма. А также романтика и сильные чувства.И совсем чуть-чуть нецензурной лексики.

— Какую зону будем обрабатывать? — спрашиваю, доставая перчатки.
— А их несколько? — голос глубокий, с нотками раздражения. Ну, нет, дорогой, тут я — мастер, а ты — клиент, который не обязательно всегда прав.
— Грудь, спина, подмышечные впадины, ягодицы, пах, — перечисляю равнодушно. Да уж, такой экземпляр я бы лучше облапала, чем волосы драть. Он едва заметно морщится и нехотя отвечает:
— Пах.
— Раздевайтесь, ложитесь на кресло.
— Сюда? — отвращение во взгляде начинает веселить. Ещё немного, и сбежит. Но нет — начинает зачем-то галстук развязывать.
— Штаны и трусы, — говорю, пряча улыбку под маской. — Если выше не надо.

— Когда я говорила найти этому бандиту невесту, я не имела в виду тебя, - поправляет она мне фату.
— Мам! Ну больно же…
— Больно тебе будет, когда он с тобой наиграется. Или того хуже — когда решит, что ты его предала.
Опускаю глаза. В зеркале — незнакомая девица в белом. Хорошая маскировка, ничего не скажешь. Жаль, зеркало не умеет врать так же убедительно, как я сама.
— С чего ему так думать? Между нами нет любви, только бизнес...
— Это и страшно. Потому что он тебя не пожалеет.