Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «vlastnyy-geroy»
— Это что, ваше хоумвидео? — раздраженно выплюнула я.
— А ты оценила? — нагло рассмеялся он мне в лицо. — Говоришь, рабочий агрегат, да? Аж гордость распирает.
— Не лопните тут от вашей гордости!
— Стервозина!
— Подонок!
Именно с этого знакомства началось моё падение…
Руслан Кречет – главный спонсор громких скандалов: сомнительные связи, компрометирующие ролики, дебоши. Он груб, прямолинеен, и ему определенно плевать на чужое мнение!
Но так было до встречи со мной.
А кто я? Белослава Фурман. «Фея грязных портков» – именно так он меня прозвал. Чужие пороки и секреты – моя работа.
У меня была кристально чистая репутация, пока в мой кабинет не ворвался… ОН!
Я послала его. А Кречет не оценил…
А отомстил он, сделав мне самое романтичное предложение на глазах у всего города!
Ничего личного – просто бизнес.
Шантаж. Фиктивный брак. Контракт. И срок в три месяца, чтобы спасти своё агентство «Скандал».
Условия сделки просты: чистое имя, запредельный гонорар и никакой любви!
— А ты оценила? — нагло рассмеялся он мне в лицо. — Говоришь, рабочий агрегат, да? Аж гордость распирает.
— Не лопните тут от вашей гордости!
— Стервозина!
— Подонок!
Именно с этого знакомства началось моё падение…
Руслан Кречет – главный спонсор громких скандалов: сомнительные связи, компрометирующие ролики, дебоши. Он груб, прямолинеен, и ему определенно плевать на чужое мнение!
Но так было до встречи со мной.
А кто я? Белослава Фурман. «Фея грязных портков» – именно так он меня прозвал. Чужие пороки и секреты – моя работа.
У меня была кристально чистая репутация, пока в мой кабинет не ворвался… ОН!
Я послала его. А Кречет не оценил…
А отомстил он, сделав мне самое романтичное предложение на глазах у всего города!
Ничего личного – просто бизнес.
Шантаж. Фиктивный брак. Контракт. И срок в три месяца, чтобы спасти своё агентство «Скандал».
Условия сделки просты: чистое имя, запредельный гонорар и никакой любви!
— Ты не пойдёшь с ним! — рычит он.
Я поднимаю взгляд на друга отца.
— Запрещаете?
— Предупреждаю.
— А если я не послушаюсь? — дерзко заявляю я.
— Буду наказывать! — зло отвечает он и хватает меня за талию. Рывком прижимает к себе.
А потом…
Я выросла на его глазах. Всегда была для него «маленькой девочкой». Но теперь друг отца смотрит на меня иначе…
Я поднимаю взгляд на друга отца.
— Запрещаете?
— Предупреждаю.
— А если я не послушаюсь? — дерзко заявляю я.
— Буду наказывать! — зло отвечает он и хватает меня за талию. Рывком прижимает к себе.
А потом…
Я выросла на его глазах. Всегда была для него «маленькой девочкой». Но теперь друг отца смотрит на меня иначе…
— Талак! Талак! — рявкает муж, и у меня всё в душе опускается.
— За что, Махарам? — чуть не реву.
— Ты возомнила, что ты лучше других? Ты возомнила, что можешь управлять мной? — рычит он.
— Я всего лишь сказала, что против второй жены…
— Как ты можешь быть против? Ты кто? Мне тебя ущербную подсунули, чтобы ты присматривала за моей дочерью. Этим и занимайся!
— Ты только что выдал мне талак! При чём тут твоя дочь, если мы разводимся?!
— Асю я оставлю с тобой, она только к тебе привыкла, — заявляет муж как ни в чём не бывало.
Его дочери шесть. Она родилась за четыре года до нашего брака. Разумеется, от другой женщины. А сегодня муж заявил, что берёт в жены мою сестру.
— За что, Махарам? — чуть не реву.
— Ты возомнила, что ты лучше других? Ты возомнила, что можешь управлять мной? — рычит он.
— Я всего лишь сказала, что против второй жены…
— Как ты можешь быть против? Ты кто? Мне тебя ущербную подсунули, чтобы ты присматривала за моей дочерью. Этим и занимайся!
— Ты только что выдал мне талак! При чём тут твоя дочь, если мы разводимся?!
— Асю я оставлю с тобой, она только к тебе привыкла, — заявляет муж как ни в чём не бывало.
Его дочери шесть. Она родилась за четыре года до нашего брака. Разумеется, от другой женщины. А сегодня муж заявил, что берёт в жены мою сестру.
— Ты понимаешь, куда попала? — его голос низкий, опасный, заставляет кожу покрыться мурашками.
— Я… я просто заблудилась… — шепчу, отступая.
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Ко мне случайно не попадают, девочка.
Я всего лишь ехала на день рождения своего парня. С мыслями, что эта ночь станет для нас первой…
Но вместо праздника — предательство.
Вместо любви — правда, от которой хочется сбежать.
И вместо безопасного пути домой — дом незнакомца.
Мужчины, от которого невозможно оторваться.
И ещё сложнее — уйти.
Он опасен.
С ним не спорят.
И кажется… он уже решил всё за меня.
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+
Будут признательна если поставите "НРАВИТСЯ")
Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять!
— Я… я просто заблудилась… — шепчу, отступая.
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Ко мне случайно не попадают, девочка.
Я всего лишь ехала на день рождения своего парня. С мыслями, что эта ночь станет для нас первой…
Но вместо праздника — предательство.
Вместо любви — правда, от которой хочется сбежать.
И вместо безопасного пути домой — дом незнакомца.
Мужчины, от которого невозможно оторваться.
И ещё сложнее — уйти.
Он опасен.
С ним не спорят.
И кажется… он уже решил всё за меня.
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+
Будут признательна если поставите "НРАВИТСЯ")
Добавляйте в библиотеку, чтобы не потерять!
— Ты никогда не станешь женой моему сыну, — говорит отец жениха.
И у меня внутри всё обрывается.
А в следующую секунду этот опасный и властный мужчина подходит ко мне, обнимает за талию, буквально вдавливает в себя.
— Сын не заслужил такой красоты, — шепчет мне на ухо отец моего жениха, — он найдёт себе новую невесту, а тебя я заберу себе.
Пытаюсь вырваться из его объятий, шепчу в ужасе:
— Прекратите… ваш сын в соседней комнате…
Мужчина лишь улыбается и… впивается мои губы.
Так сильно, так горячо, что у меня сводит живот.
— Какая нежная, — хрипло говорит отец жениха, скользит руками по моему телу, — придётся отбить тебя у сына...
И у меня внутри всё обрывается.
А в следующую секунду этот опасный и властный мужчина подходит ко мне, обнимает за талию, буквально вдавливает в себя.
— Сын не заслужил такой красоты, — шепчет мне на ухо отец моего жениха, — он найдёт себе новую невесту, а тебя я заберу себе.
Пытаюсь вырваться из его объятий, шепчу в ужасе:
— Прекратите… ваш сын в соседней комнате…
Мужчина лишь улыбается и… впивается мои губы.
Так сильно, так горячо, что у меня сводит живот.
— Какая нежная, — хрипло говорит отец жениха, скользит руками по моему телу, — придётся отбить тебя у сына...
Узнав, что любимый человек женится на другой, я совершила дерзкий поступок. И он бы сошел мне с рук, если бы родители обо всем не узнали…
– Ника, как ты могла додуматься до такого? – чеканит отец. – Где был твой мозг? Он вообще существует?
Если мама отпустит его руку, он меня придушит.
– Пап, я…
– Рот свой закрой! – он впервые в жизни повышает на меня голос. – Я… – разводит руками и пораженно качает головой. – Ты хотя бы осознаешь, что натворила? Тебе деньги были нужны? Или что… Я не понимаю…
– Серёж, успокойся, – мама пытается привести его в чувства, но это бессмысленно.
Он разочарован. Во мне.
– Я могу все объяснить… – начинаю оправдываться, но он прерывает меня взмахом руки.
– Не стоит. Всё, что могла – ты уже сделала. Ваша свадьба состоится в следующую субботу.
– Как? – я не верю ушам. – Быть такого не может. У Юры другая невеста, он женится на Алме…
Папа усмехается.
– Ну раз залезть к нему в койку тебе Алма не помешала, то и препятствием выйти замуж не станет.
– Ника, как ты могла додуматься до такого? – чеканит отец. – Где был твой мозг? Он вообще существует?
Если мама отпустит его руку, он меня придушит.
– Пап, я…
– Рот свой закрой! – он впервые в жизни повышает на меня голос. – Я… – разводит руками и пораженно качает головой. – Ты хотя бы осознаешь, что натворила? Тебе деньги были нужны? Или что… Я не понимаю…
– Серёж, успокойся, – мама пытается привести его в чувства, но это бессмысленно.
Он разочарован. Во мне.
– Я могу все объяснить… – начинаю оправдываться, но он прерывает меня взмахом руки.
– Не стоит. Всё, что могла – ты уже сделала. Ваша свадьба состоится в следующую субботу.
– Как? – я не верю ушам. – Быть такого не может. У Юры другая невеста, он женится на Алме…
Папа усмехается.
– Ну раз залезть к нему в койку тебе Алма не помешала, то и препятствием выйти замуж не станет.
– Мы не должны были, – шепчу я.
– Почему?
– Вы мой отчим и работодатель, вы старше, в отцы годитесь, а я...
– А ты моя падчерица, и только что совершенно не помнила о разнице в возрасте.
– Нас осудят.
– Мне плевать. Запомни, ты моя!
И тут в помещение зимнего сада входит мой сводный брат.
А я стою абсолютно растерянная и не знаю, где моя блузка.
***
Я осталась одна, без мамы, и отчим забрал меня в свой дом.
Но проблема в том, что я с первого дня знакомства мечтаю о нем и... о своем сводном брате.
Одновременно.
– Почему?
– Вы мой отчим и работодатель, вы старше, в отцы годитесь, а я...
– А ты моя падчерица, и только что совершенно не помнила о разнице в возрасте.
– Нас осудят.
– Мне плевать. Запомни, ты моя!
И тут в помещение зимнего сада входит мой сводный брат.
А я стою абсолютно растерянная и не знаю, где моя блузка.
***
Я осталась одна, без мамы, и отчим забрал меня в свой дом.
Но проблема в том, что я с первого дня знакомства мечтаю о нем и... о своем сводном брате.
Одновременно.
— Ч-что вы задумали, Волгин? — шепчу я, ибо мой нормальный голос забился глубоко в горло, когда я вижу эту надвигающуюся лавину в человеческом облике.
— А ты как думаешь, преподша? — ухмыляется мой студент, продолжая наступать.
Я натыкаюсь бёдрами на угол стола.
Всё. Конец. Бежать некуда.
Сердце совершает акробатические кульбиты в грудной клетке.
— Я знаю, почему тебя вышвырнули с прошлой работы, — тихим грудным баритоном говорит он, прилипая взглядом к моим губам. — Знаю, что дело замяли. Но мне ничего не стоит поднять эту историю и выдать её ректору со всеми грязными подробностями…
— Замяли, потому что я была невиновна, — цежу я сквозь зубы, борясь со срывающимся дыханием.
Волгин наклоняется к моему уху и касается его губами, заставляя меня крупно вздрогнуть.
— Похрен, если честно. Плакать будешь перед начальством. Но если хочешь этого избежать… — Он ловит мой подбородок и задирает лицо к своему. — Ты будешь слушаться…
— А ты как думаешь, преподша? — ухмыляется мой студент, продолжая наступать.
Я натыкаюсь бёдрами на угол стола.
Всё. Конец. Бежать некуда.
Сердце совершает акробатические кульбиты в грудной клетке.
— Я знаю, почему тебя вышвырнули с прошлой работы, — тихим грудным баритоном говорит он, прилипая взглядом к моим губам. — Знаю, что дело замяли. Но мне ничего не стоит поднять эту историю и выдать её ректору со всеми грязными подробностями…
— Замяли, потому что я была невиновна, — цежу я сквозь зубы, борясь со срывающимся дыханием.
Волгин наклоняется к моему уху и касается его губами, заставляя меня крупно вздрогнуть.
— Похрен, если честно. Плакать будешь перед начальством. Но если хочешь этого избежать… — Он ловит мой подбородок и задирает лицо к своему. — Ты будешь слушаться…
- Кто тебе тот парень?
- Уже никто.
- «Никто» так не смотрит…
Есения грустно улыбнулась.
Потап Мазуров не прощает ложь. Она не прощает другого. У неё тоже есть принципы. Он ударил её. Сильно. О, нет… Не физически. Морально. ***Она – девочка из детдома. Талантливый химик. Стойкий оловянный солдатик.
Он – молодой владелец университета, где она учится. Всегда во всем черном. Неулыбчивый, принципиальный.
Их судьбы должны были пересечься, но не таким образом…
Альтернативная Россия.
Содержит нецензурную брань!
- Уже никто.
- «Никто» так не смотрит…
Есения грустно улыбнулась.
Потап Мазуров не прощает ложь. Она не прощает другого. У неё тоже есть принципы. Он ударил её. Сильно. О, нет… Не физически. Морально. ***Она – девочка из детдома. Талантливый химик. Стойкий оловянный солдатик.
Он – молодой владелец университета, где она учится. Всегда во всем черном. Неулыбчивый, принципиальный.
Их судьбы должны были пересечься, но не таким образом…
Альтернативная Россия.
Содержит нецензурную брань!
Он — мой босс идеальный и недоступный. Я — его бухгалтер с формами и комплексом «такие, как я, не нравятся таким, как он».
Два года я смотрела издалека. Два года он молчал.
А потом лифт застрял. И всё началось.
18+. Эротика. Юмор. Любовный треугольник.
Два года я смотрела издалека. Два года он молчал.
А потом лифт застрял. И всё началось.
18+. Эротика. Юмор. Любовный треугольник.
Подборка романтической эротики с властным героем
Выберите полку для книги