Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena»

Последние на сегодня – две студентки, подруги. Болтают без остановки, пока раздеваются и ложатся на кушетки. Я привыкла. За годы работы слышала столько чужих разговоров, что могла бы написать энциклопедию городских сплетен. Обычно слушаю вполуха – вежливый фон, не больше.
Начинаю массаж. Руки делают своё дело. Девушки продолжают болтать, голоса становятся мягче – тепло и масло делают своё.
– Олеська Прохоренкова красиво живёт, – говорит брюнетка. – Ресторан третий раз за неделю. И жилет норковый купил – настоящую норку, белую.
– Она в общагу почти не приходит?
– Квартиру снял, однушку. Говорит – временно, пока всё не решится.
Голос снижается до громкого шёпота, который слышен лучше обычной речи:
– Она его дожмёт. Вот увидишь. Скоро будет мадам Штерн.
Мои руки останавливаются.
Мадам Штерн.
Это моя фамилия. Фамилия моего мужа.

Я толкаю дверь.
Мир вокруг меня замирает. На нашей постели, лежит женщина. Павел оборачивается первым. Он не вскакивает. Не пытается прикрыться простыней. В его взгляде нет ни тени испуга или вины.
– Ты рано, – произносит он спокойным, ровным голосом.
– Что... что это?
– Это финал, Надя, – говорит он, глядя мне прямо в глаза. – Я долго думал, как подать тебе это, чтобы не тратить время на бессмысленные истерики и разводы. Поэтому решил сделать всё одним махом.
Я отступаю на шаг, прижимаясь спиной к дверному косяку. Сердце бьется где-то в горле.
– О чем ты говоришь? Павел, что происходит? Это какая-то ошибка...
– Ошибки бывают в диагнозах, Надя. В планировании ошибок не бывает, – он делает шаг ко мне. – Ты ведь всегда была слишком доверчивой. Слишком правильной. Это удобно. Пока ты строила наше «идеальное гнездышко», я строил свою жизнь. Другую жизнь.
В моей книге герой предавший главную героиню никакого отношения к офицерам и иным служащим не имеет!

Телефон звонит в10:47.
Я стою перед зеркалом в белом платье и крашу губы.
На экране Дима.
Беру трубку и по привычке улыбаюсь.
– Ань, я не приеду.
Помада замирает у губ. Я не переспрашиваю. Просто смотрю на себя – на ту, которая секунду назад была невестой.
– Свадьбы не будет, – говорит он почти деловым тоном. – Я с Викой. Уже полгода.
Вика. Его коллега. Двадцать восемь, громкий смех, короткие юбки и ни одного лишнего вопроса.
– Понятно, – говорю я.
Пока я выбирала платье, меню и цветы, он выбирал её.
– С Викой легче, – продолжает Дима. – Проще. А тебе скоро сорок, детей не будет, зарплата ни о чём. Я не хочу потом понять через время, что упустил нормальную жизнь.
Внутри холодеет.
– Ты же понимаешь, Ань… ну кому ты нужна?
Я смотрю в зеркало.
Белое платье. Красные губы. Прямая спина.
Женщина, которую он недооценил.
И которая докажет, как он ошибся.

— Учись у моей любовницы, — с уверенностью заявил мой муж, пронзая меня цепким взглядом, будто я была бракованным товаром, не оправдавший ожиданий. — Совсем скоро она осчастливит меня долгожданным сыном.

Я ушла, не желая принимать вторую семью моего супруга. Но тогда, в своем отчаянии, я не знала, что уношу с собой крохотное чудо под сердцем.

Прошло пять и я стерла предателя из памяти. Но он не забыл меня.

Одно короткое мгновение — и Хаджиев Мурад, с беспощадной решимостью, впивается в мою руку, рывком увлекая меня в белом свадебном платье за собой.

Большое поступление. Я выхожу встречать раненых и… Мой муж. Мой Яр. Мой Буран.
Он не должен быть здесь. Он не может быть здесь.
– Света! – завотделением хватает меня за плечи, – Ему нужна срочная операция! Ты можешь оперировать?
Замираю. Медленно, но уверенно киваю:
– Могу.
— Тогда мойся. Немедленно. Другого сосудистого хирурга у меня нет!
Я делаю шаг к операционному блоку.
Как вдруг у самых дверей сзади с грохотом распахивается вход.
— Ярослав!
Женский голос. Молодой. Сорванный от крика.
— Посторонним здесь находиться запрещено. Выйдите из коридора. – бросается к ней врач.
Она дёргается, пытаясь обойти его.
— Я не посторонняя! Я своя! — почти визжит она. — Вы не понимаете! У нас с ним будет ребёнок!

— Я любовница вашего мужа!
Рука сползает с холодной металлической ручки. Я смотрю на девушку в упор, пытаясь понять степень этой лжи.
— Девушка…
— Инна! — нагло перебивает. — Меня зовут Инна.
— Инна, Вас я вижу впервые и верить в это отказываюсь.
— Так я и думала! Не верит она! — Инна фыркает и складывает руки на груди.
— Бред какой-то.
— Согласна! Он уже месяц обещает вам, — девушка делает акцент на возрасте, — все рассказать. Может сердечко слабое, что он так боится?
— Ах ты! Сердечко?! — внутри меня разгорается нешуточный огонь.
Я ничего не понимаю, эту новость вообще не хочу воспринимать, а она еще и издевается! Хватаю влажное кухонное полотенце с плеча и замахиваюсь на нее.
— Пошла вон! Ведьма! — с криком выбрасываю вперед руку.
Полотенце задевает ее плечо и черные длинные волосы взмывают вверх облаком.
— Совсем сбрендила, старая?! — Инна закрывает лицо руками и отпрыгивает к лестнице, цепляясь за поручни. — Сама проверь, если хочешь!

— Я подаю на развод, — сказал муж без эмоций. — У меня другая женщина, и она беременна.
Вот где мир рухнул на самом деле.
Не в тот момент, когда врач сказал: «Один плод из двойни погиб».
Нет, тогда я ещё держалась ради второй крошечной жизни.
А вот сейчас всё рассыпалось.
— И заметь, — продолжал Назар, — она забеременела без всяких ЭКО и бесконечных походов по больницам, от которых я устал. Я хочу нормальную жизнь, нормальную семью. А у тебя не получалось. И вот теперь мы узнали, что и эта беременность сорвалась. Значит, проблема была в тебе одной.
Я так и не сказала Назару, что у него будет сын, ведь один плод остался жив.
Вскоре мы развелись, но он не мог так просто отпустить меня.
— Мы с Лерой приглашаем тебя на нашу свадьбу, — протянул мне конверт.
Я не приняла приглашение, но произошло то, что перечеркнуло всё...
Назар остался с верой в то, что меня больше нет. А спустя пять лет нам суждено было встретиться вновь. И он пожалел о каждом прожитом дне без меня…

– Ну что же вы стоите, идиоты?! – кричит беременная на операционном столе. – Спасите моего ребёнка! Вы знаете, кто его отец?!
Я знаю.
Отец – мой муж. А мать – его первая любовь.
– Дай угадаю, ты хочешь извинений? – лениво тянет муж. – Чтобы я оправдывался.
– Ты изменил мне! – задыхаюсь. – У тебя родился ребёнок! От другой! И ты мне предлагаешь это проглотить?
– Да. – Родион в упор смотрит на меня. – Ты терпила, Ник. А людям моего статуса позволено многое. Не бойся, на твой крем для лица за сто рублей хватит.
– Мог бы для приличия соврать, что любишь меня, – шепчу.
– Ты никто, – усмехается. – Врач в заштатном роддоме. Пустышка. Ты не можешь мне родить восемь лет. А Лена родила. У меня есть готовый ребёнок. Твоя матка мне больше не нужна.

Я узнала о беременности в тот день, когда у мужа родился сын от его первой любви.
Но развода не будет. Муж хочет две семьи. А свекровь и друзья – заменить меня на Леночку.
А ведь он даже не представляет, что на самом деле его ждёт...

— Алин, у меня уже пять лет другая женщина, — сказал муж без тени вины. — У нас есть сын. Ему два года. Я подаю на развод и ухожу к ним.
— И ты так просто об этом говоришь?
— Если честно, я вообще не понимаю, что тебя сейчас удивляет, — Дима чуть развёл руками. — Когда-то это должно было случиться. Ну не мог же я вечно ждать, когда ты родишь мне ребёнка.
Я так ждала Диму с военных учений. Так хотела увидеть его лицо, когда скажу, что у нас наконец будет малыш. Вместо этого узнала, что у моего мужа уже давно другая семья.
А через несколько минут прогремел взрыв. Дима выбежал из рушащегося здания, неся на руках ту, ради которой ушёл из семьи. Не подозревая даже, что спустя годы он будет жалеть о своем выборе…

- Чем ты лучше других? Ты такая же, как и все. Ты не какая-то особенная, чтоб тебе не изменяли, Нин, - цинично выдает муж, когда я застаю его с другой.
- А как же наша семья? А как же наш малыш? – слезы душат, я чувствую себя разбитой и преданной, обнимая живот, словно это может уберечь малыша в утробе от правды. - Ты спишь с моей лучшей подругой! Ты изменяешь мне с ней!
Все же срываюсь на легкий крик, но он полон отчаяния и безумной боли.
- Я подам на развод. Мы с малышом уйдем.
- Не голоси. До совершеннолетия моего наследника, развода тебе не видать. А там еще пару киндеров тебе заделаю, чтобы на старость лет уже некуда было бежать, - равнодушно выдает это, уничтожая все между нами.
- Ты… Ты…
- Не нравится? Оставишь сына, как родишь, и гуляй на все четыре стороны!

Я хотела сбежать, но муж меня нагнал, не дал от него спастись и чуть не угробил нас. Машину развернуло, вынесло с дороги и бабах! Дерево, дым из-под капота и безумная боль в животе, говорящая, что это конец.