Мой сладкий пирожочек...

— Зайка, тут ПП нет! Тут всё жирное, я такое не ем…
Я только вздохнул. «Зайка» резало слух, но я уже научился пропускать это мимо ушей.
И вдруг — до боли знакомый голос, тот самый, что восемь лет назад заставлял моё сердце биться так, что, казалось, оно вот‑вот выскочит из груди:
— А у нас тут и животных не кормят, так что выход там же, где и вход.
Я медленно повернулся.
У стойки стояла она — Женечка. И, чёрт возьми, какой же аппетитной она стала! Плавные линии, уверенная осанка — от прежней девчонки остались только эти пронзительные глаза.