Книги по тегу «бывшие муж и жена»: ""
Бывший муж нарисовался на пороге в четвертый день рождения сына. Принес живой подарок, как обычно, даже не поинтересовавшись моим мнением. Он никогда им не интересовался, думая только о себе, а я все надеялась, что он исправится, проявит внимание и заботу.
И вот сыну уже четыре, а бывший вдруг решил подарить нам еще и себя.
Спасибо за подарок, но нам он не нужен.
Слегка хриплый голос обволакивал, а тепло, исходившее от сильного тела, согревало.
– Балуев, ты наверно и правда переработал или с ума сошел. После всего, что было я к тебе не вернусь. Даже не мечтай. Тебе самому это надо? – он кивнул. – Серьезно?
– Я соскучился по Борьке и по тебе, Катюша. Ты ведь тоже скучала по мне?
– О нет, по вечно пропадающему мужу, по обману и изменам? Не скучала.
– Этого больше не повторится, – знакомые пальцы скользнули по моему лицу, а отступать было некуда.
И вот сыну уже четыре, а бывший вдруг решил подарить нам еще и себя.
Спасибо за подарок, но нам он не нужен.
Слегка хриплый голос обволакивал, а тепло, исходившее от сильного тела, согревало.
– Балуев, ты наверно и правда переработал или с ума сошел. После всего, что было я к тебе не вернусь. Даже не мечтай. Тебе самому это надо? – он кивнул. – Серьезно?
– Я соскучился по Борьке и по тебе, Катюша. Ты ведь тоже скучала по мне?
– О нет, по вечно пропадающему мужу, по обману и изменам? Не скучала.
– Этого больше не повторится, – знакомые пальцы скользнули по моему лицу, а отступать было некуда.
– Какая из Василисы жена?! Родители заставили, вот и женился. А так забыл бы о ней после пары раз. Хорошо хоть быстро развелись. – В голосе Тимура полно пренебрежения.
– А она ничего так стала, аппетитная.
– Таких аппетитных полная Москва - бери не хочу. Гордятся своими формами, пока зад в дверях не застрянет. А мне нужна такая жена, как Жанна, чтобы не стыдно было показаться с ней в обществе. Львица, а не колобок.
Раздаются громкие смешки.
– Значит, ты вернулся в Москву, чтобы жениться на Жанне?..
***
Прошло восемь лет после развода, а слова Тимура о нашем браке бьют прямо в сердце. Туда, где не зажили старые раны.
Выбегаю на улицу, жадно дышу, борясь с тошнотой. Не могу больше это слышать. Как же мне больно!
Как же я ненавижу его...
– А она ничего так стала, аппетитная.
– Таких аппетитных полная Москва - бери не хочу. Гордятся своими формами, пока зад в дверях не застрянет. А мне нужна такая жена, как Жанна, чтобы не стыдно было показаться с ней в обществе. Львица, а не колобок.
Раздаются громкие смешки.
– Значит, ты вернулся в Москву, чтобы жениться на Жанне?..
***
Прошло восемь лет после развода, а слова Тимура о нашем браке бьют прямо в сердце. Туда, где не зажили старые раны.
Выбегаю на улицу, жадно дышу, борясь с тошнотой. Не могу больше это слышать. Как же мне больно!
Как же я ненавижу его...
Год назад муж изменил — и моя жизнь развалилась. Я ушла и решила больше не оборачиваться. Но судьба любит издеваться.
Обычный заказ заносит меня в дом в горах — прямо к Матвею, человеку, который однажды сделал меня счастливой, а потом уничтожил.
Буря запирает нас на три дня. Три ночи, где правду уже не спрячешь.
Можно ли простить измену? Не уверена.
Но одно ясно: от своих желаний не убежишь — даже если тебя заметает по горло.
Обычный заказ заносит меня в дом в горах — прямо к Матвею, человеку, который однажды сделал меня счастливой, а потом уничтожил.
Буря запирает нас на три дня. Три ночи, где правду уже не спрячешь.
Можно ли простить измену? Не уверена.
Но одно ясно: от своих желаний не убежишь — даже если тебя заметает по горло.
— Кристина, — голос Михаила хриплый. — Это не то, что ты думаешь.
Усмехаюсь. Коротко. Зло.
— Не то? — мой голос спокойный. Слишком спокойный. — Объясни тогда. Что это?
— Послушай, — говорит он. — Я нахожусь под жестким давлением. У меня дикий стресс. Сделка срывается. Партнеры давят.
Проводит рукой по волосам.
— Мне нужно было разрядиться.
— Разрядиться? — повторяю тихо.
— Ну да, — он разводит руками. — Ты же знаешь, какая работа. Напряжение. А тут она...
Кивает на Лизу.
— Короткие юбки. Длинные ноги. Я мужик, Крис. Так получилось.
— Ты совсем за дуру меня держишь? — мой голос становится острым, как нож. — Пар спускаешь?
— Не начинай истерику, прошу тебя.
— Мне что, тоже с кем-нибудь пойти стресс снять? — бросаю я. — После увиденного. Для разрядки. У меня тоже стресс. Бизнес, работа, муж кобель. Может, мне тоже найти молодого парня с кубиками пресса?
— Не смей! — рычит он. — Даже не думай такое говорить!
— Почему? — спрашиваю холодно. — Тебе можно, а мне нельзя?
Усмехаюсь. Коротко. Зло.
— Не то? — мой голос спокойный. Слишком спокойный. — Объясни тогда. Что это?
— Послушай, — говорит он. — Я нахожусь под жестким давлением. У меня дикий стресс. Сделка срывается. Партнеры давят.
Проводит рукой по волосам.
— Мне нужно было разрядиться.
— Разрядиться? — повторяю тихо.
— Ну да, — он разводит руками. — Ты же знаешь, какая работа. Напряжение. А тут она...
Кивает на Лизу.
— Короткие юбки. Длинные ноги. Я мужик, Крис. Так получилось.
— Ты совсем за дуру меня держишь? — мой голос становится острым, как нож. — Пар спускаешь?
— Не начинай истерику, прошу тебя.
— Мне что, тоже с кем-нибудь пойти стресс снять? — бросаю я. — После увиденного. Для разрядки. У меня тоже стресс. Бизнес, работа, муж кобель. Может, мне тоже найти молодого парня с кубиками пресса?
— Не смей! — рычит он. — Даже не думай такое говорить!
— Почему? — спрашиваю холодно. — Тебе можно, а мне нельзя?
У него было всё, что можно купить за деньги. Однажды, проиграв пари, ему пришлось надеть костюм Деда Мороза. Забава обернулась ловушкой, жестом — судьбой. Теперь в его идеальном доме живёт хаос… Этот Новый год станет для него проверкой на прочность.
Пять лет назад я развелась с мужем.
А теперь он снова хочет на мне жениться.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Нет.
— Тогда я сделаю так, что ты передумаешь.
А теперь он снова хочет на мне жениться.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Нет.
— Тогда я сделаю так, что ты передумаешь.
— Да, тогда почему ты еще одна? Может, потому что никто не клюет на престарелых разведенок?
— Сам-то ты меня старше на пять лет.
— Ты забыла, что возраст красит мужчин.
— Да что ты? Только ты все равно не молодеешь, милый. И мужские функции выполняешь не так лихо, как в двадцать лет. А я еще хоть куда!
— Ты вряд ли способна заинтересовать хоть чем-то свободного мужчину. Разве что старика какого-то. В твоем возрасте, Надюша, рынок невест…, извини за цинизм, но он другой. Мужчины в хорошей форме, с достатком, гоняются за теми кто посвежее, за тридцатилетними. Остальные… — он многозначительно разводит руками.
— Я без труда найду достойного мужчину для серьезных отношений.
— Твой поезд давно ушел. Ты спишь и видишь, как вернуть меня домой.
— Ты слишком высокого о себе мнения.
— Тогда давай заключим пари. Если ты за пол года сможешь построить серьезные отношения, то я от тебя отстану.
— А если нет? — Тогда… тогда, Надюша, ты снова вернешь мою фамилию. И меня в свою постель.
— Сам-то ты меня старше на пять лет.
— Ты забыла, что возраст красит мужчин.
— Да что ты? Только ты все равно не молодеешь, милый. И мужские функции выполняешь не так лихо, как в двадцать лет. А я еще хоть куда!
— Ты вряд ли способна заинтересовать хоть чем-то свободного мужчину. Разве что старика какого-то. В твоем возрасте, Надюша, рынок невест…, извини за цинизм, но он другой. Мужчины в хорошей форме, с достатком, гоняются за теми кто посвежее, за тридцатилетними. Остальные… — он многозначительно разводит руками.
— Я без труда найду достойного мужчину для серьезных отношений.
— Твой поезд давно ушел. Ты спишь и видишь, как вернуть меня домой.
— Ты слишком высокого о себе мнения.
— Тогда давай заключим пари. Если ты за пол года сможешь построить серьезные отношения, то я от тебя отстану.
— А если нет? — Тогда… тогда, Надюша, ты снова вернешь мою фамилию. И меня в свою постель.
После развода старший лейтенант Назар Соколовский уехал работать спасателем в республику Алтай. Он бежит от себя и от любви, разрушенной чужой подлостью. Спустя несколько лет его бывшая появляется на местной базе отдыха, и кажется, что рухнувшие отношения еще можно наладить. Ничто не предвещает беды, но сход лавины накрывает группу участников лыжного марафона, и среди них - она. У Назара и группы спасателей меньше часа, чтобы найти и откопать тех, кто, возможно, еще жив под снежным завалом. Успеют ли, если против них время и жуткая непогода?
***
— У-у-у, так ты из-за этих трусиков и развелся? А чего, не смог объяснить жене, как дело было?
— Попробуй доказать женщине, что не верблюд, когда она в истерике. Ты что, говорит, с кем-то, кроме меня, встречаешься? Там ещё чужая помада откуда-то на воротнике моей куртки взялась. И кто-то не поленился мою рабочую одежду женскими духами обрызгать.
Эрмек покачал головой:
— Ничёси! Так тебя, старлей, развели на измену?
— Получается, что та
***
— У-у-у, так ты из-за этих трусиков и развелся? А чего, не смог объяснить жене, как дело было?
— Попробуй доказать женщине, что не верблюд, когда она в истерике. Ты что, говорит, с кем-то, кроме меня, встречаешься? Там ещё чужая помада откуда-то на воротнике моей куртки взялась. И кто-то не поленился мою рабочую одежду женскими духами обрызгать.
Эрмек покачал головой:
— Ничёси! Так тебя, старлей, развели на измену?
— Получается, что та
Когда на порог ко мне заявилась беременная любовница мужа, я не поверила ей.
Да только Дамиров ничего не стал отрицать.
— Вик, ну ты же ее видела? Настя красивая девка, знает, как доставить удовольствие мужику так, чтобы искры из глаз сыпались. А ты, — кривится он, — десять лет назад ты была звездой, а сейчас… ну, глаз уже так не радуешь, извини. Да и родить сама не можешь.
Конечно, я была в шоке, а Дамиров меня продолжал “успокаивать”:
— Вик, я же от тебя не отказываюсь. Я к тебе привык. Ты знаешь, у меня режим, работа, я люблю порядок во всем, и что-то менять… Это хлопотно. Я не хочу затевать сейчас волокиту с разводом. Это так утомляет, — вздыхает равнодушно.
Но похлопотать Дамирову все же пришлось, наш развод состоялся.
Только почему же полгода спустя его пузатая Настя рыдает у меня на пороге и ищет мужа?
И я бы позлорадствовала, конечно, но эта ненормальная однажды пришла снова, оставила мне ребенка и исчезла!
А потом появился Дамиров и предложил стать его дочке мамой!
Да только Дамиров ничего не стал отрицать.
— Вик, ну ты же ее видела? Настя красивая девка, знает, как доставить удовольствие мужику так, чтобы искры из глаз сыпались. А ты, — кривится он, — десять лет назад ты была звездой, а сейчас… ну, глаз уже так не радуешь, извини. Да и родить сама не можешь.
Конечно, я была в шоке, а Дамиров меня продолжал “успокаивать”:
— Вик, я же от тебя не отказываюсь. Я к тебе привык. Ты знаешь, у меня режим, работа, я люблю порядок во всем, и что-то менять… Это хлопотно. Я не хочу затевать сейчас волокиту с разводом. Это так утомляет, — вздыхает равнодушно.
Но похлопотать Дамирову все же пришлось, наш развод состоялся.
Только почему же полгода спустя его пузатая Настя рыдает у меня на пороге и ищет мужа?
И я бы позлорадствовала, конечно, но эта ненормальная однажды пришла снова, оставила мне ребенка и исчезла!
А потом появился Дамиров и предложил стать его дочке мамой!
Десять лет она была «красивым дополнением» к его успеху. Она была готова подарить ему долгожданную новость о беременности, но он опередил её всего на минуту. Короткая фраза: «У меня будет ребенок от другой» — разрушила её жизнь до основания. Уйдя в никуда с одной лишь тайной в кармане, она попадает в другую реальность. Потому что здесь нет привычной роскоши. Ей приходится заново вспоминать свою профессию. Учится быть, а не казаться.
Выберите полку для книги