Книги по тегу «городское фэнтези»: ""
Город в руинах - мертвая ведьма, которую Радим так и не смог поймать, уничтожила все и всех. И в этом опять замешаны демоны. Что бы Радим ни делал, уничтожение Заринска предотвратить не удалось. А дальше еще хуже - на него ложится неподъемный долг перед кланом Хорн, и чтобы его выплатить, придется убивать. Куда бы ни пошел Вяземский, его находят неприятности. Да, он стал сильнее, но одному человеку не остановить надвигающийся прилив тьмы. Вот только помощи ждать неоткуда...
Два клана белые и черные борются за власть над серыми. Проигрыш неизбежен, но всегда есть надежда на лучшее, иной путь.
После трёх лет проведённых вдали от дома, приходит время перемен. Отъезд в столицу обещает новые возможности, но за блеском императорских балов всегда прячутся опасности, готовые разрушить привычный мир.
Есения Лек приходит в муниципальную лавку уценённых вещей как временный человек: просто пересидеть, не спорить, дожить до зарплаты и больше не быть правой там, где правота ничего не меняет. Но однажды в лавку приносят старый радиоприёмник «Рекорд», который без электричества повторяет название места, выведенного из карт, реестров и человеческой памяти.
Так начинается дело Сиверги - исчезнувшего населённого пункта, старого маршрута, мокрого моста и свидетельств, которые когда-то признали опасными. У Есении есть только уценённые вещи, карточки прежней заведующей, колючая Смеяна, сухой Радим Шеров и Контур тишины, который умеет защищать так хорошо, что защита становится стиранием.
Это история о городе, где документы могут быть оружием, вещи помнят больше людей, а дракон под улицами отвечает не огнём, а стуком батарей, мокрыми рельсами и правом двери не открыться.
Так начинается дело Сиверги - исчезнувшего населённого пункта, старого маршрута, мокрого моста и свидетельств, которые когда-то признали опасными. У Есении есть только уценённые вещи, карточки прежней заведующей, колючая Смеяна, сухой Радим Шеров и Контур тишины, который умеет защищать так хорошо, что защита становится стиранием.
Это история о городе, где документы могут быть оружием, вещи помнят больше людей, а дракон под улицами отвечает не огнём, а стуком батарей, мокрыми рельсами и правом двери не открыться.
В Лебграде уценяют не только вещи. Иногда в лавку попадают имена, которые не хотят возвращаться, и письма, которые нельзя вручить первому подходящему человеку.
Когда Есения Лек сталкивается с невыданным пакетом В. П. и вторым сообщением для загадочной П. К., дело быстро выходит за пределы одной карточки. Городские службы, школьные чаты, банковские кабинеты, домофоны и старые журналы начинают искать удобного получателя. Но удобный - ещё не значит настоящий.
Чтобы остановить Заполнитель, Есении приходится защищать не только имя, но и право не быть подменённым. Ника не должна становиться чужой П. К., Смеяна - пустым конвертом, Валерий - владельцем чужого письма по вине и жалости. А старый маршрут из архива в общежитие и госпитальную комнату ожидания нужно превратить не в доставку, а в право ждать.
Когда Есения Лек сталкивается с невыданным пакетом В. П. и вторым сообщением для загадочной П. К., дело быстро выходит за пределы одной карточки. Городские службы, школьные чаты, банковские кабинеты, домофоны и старые журналы начинают искать удобного получателя. Но удобный - ещё не значит настоящий.
Чтобы остановить Заполнитель, Есении приходится защищать не только имя, но и право не быть подменённым. Ника не должна становиться чужой П. К., Смеяна - пустым конвертом, Валерий - владельцем чужого письма по вине и жалости. А старый маршрут из архива в общежитие и госпитальную комнату ожидания нужно превратить не в доставку, а в право ждать.
В Лебграде уценяют не только вещи. Иногда город отдаёт человеку чужое не навсегда, а «до уточнения» - и это оказывается опаснее любой прямой подмены.
После дела с россыпью имён лавка Есении Лек получила новое правило: невыданное нельзя распределять, пустое нельзя заполнять, подходящее не является правом. Но городские контуры быстро находят обход. Теперь они не присваивают чужое окончательно. Они назначают временно.
Ольга Крапивина узнаёт, что стала временным получателем личных вещей незнакомого гражданина М. Отказ принят, но статус не снят. Ключи, шарф, старый телефон и конверт начинают вести себя так, будто чужая утрата уже нашла удобное место. Есении придётся доказать: временное назначение не создаёт родства, временное получение не создаёт владения, а живой отказ нельзя превращать в новую обязанность.
После дела с россыпью имён лавка Есении Лек получила новое правило: невыданное нельзя распределять, пустое нельзя заполнять, подходящее не является правом. Но городские контуры быстро находят обход. Теперь они не присваивают чужое окончательно. Они назначают временно.
Ольга Крапивина узнаёт, что стала временным получателем личных вещей незнакомого гражданина М. Отказ принят, но статус не снят. Ключи, шарф, старый телефон и конверт начинают вести себя так, будто чужая утрата уже нашла удобное место. Есении придётся доказать: временное назначение не создаёт родства, временное получение не создаёт владения, а живой отказ нельзя превращать в новую обязанность.
В Лебграде опасны не только чужие имена и невыданные письма. Иногда опаснее всего адрес, который продолжает ждать.
После событий первых трёх книг лавка научилась удерживать невыданное, снимать временные назначения и защищать отказ. Но город находит новый путь: прежние адреса начинают требовать возвращения. Ключи открывают двери, которых больше нет. Старые квартиры числят людей жильцами, хотя они давно ушли. Снесённые дома сохраняют комнаты, где кто-то был временно оставлен.
Смерть Агафьи Меркушевой становится началом новой дуги. Её прежний адрес в Ольховом логу внезапно оживает в документах, а ключ без двери оказывается в лавке. Ирина Бессонова приносит след квартиры, которой нет, и выходит к истории Маши - девочки, когда-то оставленной «пока». Смеяна сталкивается с собственным прежним адресом и впервые должна произнести отказ, который город не имеет права требовать с объяснением.
После событий первых трёх книг лавка научилась удерживать невыданное, снимать временные назначения и защищать отказ. Но город находит новый путь: прежние адреса начинают требовать возвращения. Ключи открывают двери, которых больше нет. Старые квартиры числят людей жильцами, хотя они давно ушли. Снесённые дома сохраняют комнаты, где кто-то был временно оставлен.
Смерть Агафьи Меркушевой становится началом новой дуги. Её прежний адрес в Ольховом логу внезапно оживает в документах, а ключ без двери оказывается в лавке. Ирина Бессонова приносит след квартиры, которой нет, и выходит к истории Маши - девочки, когда-то оставленной «пока». Смеяна сталкивается с собственным прежним адресом и впервые должна произнести отказ, который город не имеет права требовать с объяснением.
Лебград научился быть осторожным. Спорные имена больше нельзя возвращать первому подходящему, невыданные письма нельзя распределять, временные роли нельзя навешивать без отказа, прежние адреса нельзя заставлять звать человека обратно. Тогда город находит последний способ защиты: стереть всё неподтверждённое.
Карточки начинают гаснуть. Оставленное имя Ники, отказ Жени от чужого обращения, невыданный пакет В. П., ожидание П. К., Машино «не обратно», свидетельство Агафьи, пустое поле Смеяны - всё, что когда-то удалось удержать от присвоения, теперь хотят снять с оборота ради безопасности.
Есения Лек понимает: след может быть опасным, но его исчезновение становится второй смертью. Лавке предстоит найти последнюю форму удержания - свидетельство. Без владения, без возврата, без подмены. Только право сказать: это было.
Карточки начинают гаснуть. Оставленное имя Ники, отказ Жени от чужого обращения, невыданный пакет В. П., ожидание П. К., Машино «не обратно», свидетельство Агафьи, пустое поле Смеяны - всё, что когда-то удалось удержать от присвоения, теперь хотят снять с оборота ради безопасности.
Есения Лек понимает: след может быть опасным, но его исчезновение становится второй смертью. Лавке предстоит найти последнюю форму удержания - свидетельство. Без владения, без возврата, без подмены. Только право сказать: это было.
Я застукала мужа с моей клиенткой, сорвалась в ближайший бар и встретила Его, кого весь город обходит стороной.
АННОТАЦИЯ:
Я думала, что свобода — это развод. Но истинная свобода оказалась в объятиях одноклассника, который превращается в зверя. Наш первый танец был десять лет назад. Наша первая ночь — только начало. И когда бывший муж переходит черту, я понимаю: ради любви готова сама стать хищницей.
Я думала, что свобода — это развод. Но истинная свобода оказалась в объятиях одноклассника, который превращается в зверя. Наш первый танец был десять лет назад. Наша первая ночь — только начало. И когда бывший муж переходит черту, я понимаю: ради любви готова сама стать хищницей.
Выберите полку для книги