Подборка книг по тегу: "вампиры среди людей"
Клим... самый надменный вампир в Ведборне. Сломленный, разрывающийся от контрастов: вседозволенность и неспособность влиять на свою судьбу, власть и полное подчинение собственному создателю, запредельная сила и абсолютная беспомощность, когда нужно защитить тех, кто особенно дорог.
Нас тянет друг к другу так, что разум не в силах противиться страсти. И пусть мы сгорим в этом пламени. Я попробую его на вкус.
Нас тянет друг к другу так, что разум не в силах противиться страсти. И пусть мы сгорим в этом пламени. Я попробую его на вкус.
Я поцеловала его по ошибке, не зная, кто он. Даже не могла представить последствия своего поступка! Теперь он одержим мной, ищет меня и жаждет сделать своей. Я же разрываюсь между желаниями сдаться на его милость или бежать от него на край света. Кто он, загадочный незнакомец? Почему его тайна смертельно опасна для меня?
Я надеялась, что новые союзники и альянсы облегчат мою жизнь. Как бы не так. Возвращение предстоит не из легких, врагов всё больше, предатели среди своих - обычное дело. Верить ли друзьям? Что делать дальше? Когда конец очевиден. Не сдаваться, бороться, идти напролом. Что бы не произошло со всем можно справиться...
В Городе о нём ходит дурная слава. Его боятся, ему стремятся угодить, его ненавидят. Он избалован женским вниманием и испорчен деньгами. А ещё он хам, любящий эпатировать публику. Я бы ни за что с ним не связалась! Но обстоятельства вынудили просить его помощи.
Спасение, на которое я не рассчитывала. Свобода, которую я почти заработала. Хочу ли я продолжать? Есть ли ради чего мне оставаться? Нет. Я должна уйти, пока никто не заметил моего присутствия. Должна... таков был план. Смогу ли я его осуществить? Если только всё действительно так, как мне представляется...
Опасные враги всё ещё рядом, но я по-прежнему не собираюсь сдаваться. Я - Эйприл Макуин, и в моем лексиконе нет слова "поражение".
Опасные враги всё ещё рядом, но я по-прежнему не собираюсь сдаваться. Я - Эйприл Макуин, и в моем лексиконе нет слова "поражение".
Путешествия между мирами отличное развлечение и прибыльный бизнес для долгоживущих существ. Портал для перемещений может быть спрятан в обычной кофейне. Туристы обязаны вести себя благообразно и соблюдать жёсткие правила: не шалить, не пугать, людей не воровать и уж тем более не убивать.
Но что же произойдёт, если кто-то нарушит эти правила? Что будут делать сотрудники портала - кофейни "Лунный свет", когда обнаружат следы преступления буквально у себя на пороге?
Но что же произойдёт, если кто-то нарушит эти правила? Что будут делать сотрудники портала - кофейни "Лунный свет", когда обнаружат следы преступления буквально у себя на пороге?
Лондон давно принадлежит не людям. Под глянцем новых законов, донорских программ и научных открытий скрывается власть тех, кто пьёт кровь и называет это порядком.
Доктор Альберт Бранаган Риц, талантливый гематолог и ихор, покидает Лондон, чтобы найти Эрмена Маккарти — бывшего главу охотников на вампиров, в прошлом самого ставшего бессмертным.
Эрмен скрывается в Ирландии и давно отрёкся от прошлого. Но когда на побережье начинают находить изуродованные тела, а тьма шепчет древнее пророчество, ему приходится вновь взять в руки меч. Существо, вышедшее на охоту, не похоже ни на одного из вампиров, с которыми он сталкивался прежде. И его появление становится первым знаком: грядёт Ненависть.
Доктор Альберт Бранаган Риц, талантливый гематолог и ихор, покидает Лондон, чтобы найти Эрмена Маккарти — бывшего главу охотников на вампиров, в прошлом самого ставшего бессмертным.
Эрмен скрывается в Ирландии и давно отрёкся от прошлого. Но когда на побережье начинают находить изуродованные тела, а тьма шепчет древнее пророчество, ему приходится вновь взять в руки меч. Существо, вышедшее на охоту, не похоже ни на одного из вампиров, с которыми он сталкивался прежде. И его появление становится первым знаком: грядёт Ненависть.
Раз в десять лет клан собирался на Стрелке Васильевского острова, у Ростральных колонн. Это было место силы — здесь, где Нева разделялась на два рукава, где вода была самой холодной и самой чистой, здесь давали самые важные клятвы.
Николай стоял у подножия одной из колонн, и ветер трепал его длинный плащ. Ему было четыреста двадцать лет, и он был старейшиной клана. Именно он обратил Константина, именно он привёл в клан большинство из тех, кто сейчас стоял вокруг него.
Рядом с ним стояла его жена — Татьяна. Ей было четыреста, и они были вместе с тех пор, как этот город только начинал строиться. Они помнили, как рубили лес для первых домов, как закладывали Петропавловский собор, как город рос и менялся вокруг них.
— Сегодня мы собираем новых, — произнёс Николай, и его голос был слышен каждому, хотя он не повышал его. — Сегодня мы принимаем тех, кто готов к вечности.
Перед ним стояли трое. Молодые вампиры, которым исполнилось десять лет в обращении. Они прошли испытание...
Николай стоял у подножия одной из колонн, и ветер трепал его длинный плащ. Ему было четыреста двадцать лет, и он был старейшиной клана. Именно он обратил Константина, именно он привёл в клан большинство из тех, кто сейчас стоял вокруг него.
Рядом с ним стояла его жена — Татьяна. Ей было четыреста, и они были вместе с тех пор, как этот город только начинал строиться. Они помнили, как рубили лес для первых домов, как закладывали Петропавловский собор, как город рос и менялся вокруг них.
— Сегодня мы собираем новых, — произнёс Николай, и его голос был слышен каждому, хотя он не повышал его. — Сегодня мы принимаем тех, кто готов к вечности.
Перед ним стояли трое. Молодые вампиры, которым исполнилось десять лет в обращении. Они прошли испытание...
Говорят, хуже смерти ничего нет. Дан выяснил, что это ложь, когда услышал влажный хруст собственных позвонков — а затем открыл глаза.
Он выжил в бойне, где люди — лишь расходный материал. Но цена оказалась слишком высока. Теперь его плоть мгновенно исцеляет смертельные раны, а в подсознании пульсирует древний, чужой голод. Запертый в мире, где тысячелетние кукловоды играют жизнями, а кровавая магия прячется под масками корпоративного уюта, Дан теряет контроль над реальностью. Чтобы не стать марионеткой Совета бессмертных и не позволить «пассажиру» внутри сожрать свой рассудок, ему придется навсегда забыть о том, что значит быть человеком.
Он выжил в бойне, где люди — лишь расходный материал. Но цена оказалась слишком высока. Теперь его плоть мгновенно исцеляет смертельные раны, а в подсознании пульсирует древний, чужой голод. Запертый в мире, где тысячелетние кукловоды играют жизнями, а кровавая магия прячется под масками корпоративного уюта, Дан теряет контроль над реальностью. Чтобы не стать марионеткой Совета бессмертных и не позволить «пассажиру» внутри сожрать свой рассудок, ему придется навсегда забыть о том, что значит быть человеком.
В Лучезарске давно остановили АЭС, но город продолжает жить — медленно, душно и как будто немного в стороне от остального мира. Здесь вампиры стареют, тараканы хранят чужие тайны, а за дверцей обыкновенного холодильника может скрываться нечто, чего людям лучше не видеть.
Лешка всего лишь согласился помочь с уборкой. Но иногда даже простое желание не дать кому-то сгнить заживо требует гораздо больше сил, чем кажется.
Лешка всего лишь согласился помочь с уборкой. Но иногда даже простое желание не дать кому-то сгнить заживо требует гораздо больше сил, чем кажется.
Выберите полку для книги