Подборка книг по тегу: "нецензурная лексика"

- В следующий раз я не остановлюсь, и мы оба об этом пожалеем, — сводный смотрит мне в глаза, чеканя каждое своё слово. – Заканчивай свои глупые шутки, Стефания. – специально называет меня полным именем, зная, как меня это бесит. Но именно сейчас мне на это наплевать. Я как заворожённая смотрю в его глаза разного цвета, которые Миша раньше скрывал под цветными линзами.
Не дожидаясь моего ответа, Гросс резко встаёт с кровати и сваливает из своей комнаты, велев мне больше в ней не появляться.
Что делать, если моя игра в соблазнение сводного, с целью вывести его из себя, перестала быть игрой?
Теперь я окончательно могу в этом признаться, хотя бы себе.
И что делать, если этот идиот отказывается воспринимать меня как взрослую девушку?
Правильно. Доказать и показать, что я уже не та малявка в глупых очках и в футболке с Егором Кридом.
Всем разойтись, Стеша выходит на охоту!

- Ты идиот! – не сдерживая эмоций, кричу на Волкова, который подобно грозовой туче, склоняется надо мной. С вызовом смотрю в его почерневшие от злости глаза. – Человека покалечил!
- Всего-то нос сломал. – хмыкает. – Всё?— спрашивает обманчиво спокойно.
- Что всё?— теряюсь на миг, но ему достаточно. Слава откидывает в сторону стол, который служил преградой между нами, и прижимается ко мне, впечатывая в стену.
- Закончила свою истерику?— взгляд его горящих чёрных глаз блуждает по моему лицу. Он медленно склоняется и словно хищник, ведёт носом по моей щеке, говоря очевидное. – Я же сказал, что ни один мужик не подойдёт к тебе. – дёргаюсь. — А там, в Вегасе, всё было по-настоящему. И я докажу, что ты до сих пор, также отчаянно хочешь меня, — обещает он мне на ухо. Медлит секунды и уходит, сползаю вниз по стене, понимая, какую безумную ошибку я там совершила…
Как раньше у нас с ним уже не будет. Хищник по натуре и по жизни.
Слава Волков — моё наказание и мой личный порок.

Поверить не могу, что эта рыжеволосая милаха с самыми красивыми глазами, которые я видел; действительно проделывала все те жуткие вещи, о которых все в моей новой группе говорят. Но дыма без огня не бывает, а девчонка держится ото всех особняком и явно скрывает что-то мрачное.
У меня тоже есть свои тайны. Я привык уважать чужие. Но с ней почему-то это не работает. С ней вообще всё сыпется, сам себя не узнаю. 
У неё на лице читается: «не подходи, убью», но когда меня останавливали трудности?

Я ненавижу своего однокурсника, и не без причин. У него тоже есть свои как минимум недолюбливать меня.
Игнорировать друг друга — идеальный расклад, раз уж мы вынуждены терпеть необходимость быть в одном коллективе. Но почему вдруг Котов решает иначе? Смотрит на меня всё более горячо, всё чаще заговаривает и бросает мне новые и новые вызовы. Он так издевается? Или...

— Ты обещал помочь! А сам похитил меня! Это разве помощь?!
Тамерлан оборачивается, прожигая меня взглядом, от которого по телу пробегает озноб.
— Помощь. Спасение от Батыра. Теперь ты здесь, под моей защитой.
— Под защитой?! Я в заложниках!
— Ты мой трофей в этой войне, докторша. Батыр хотел тебя? Получил отказ. Я тебя забрал! Показал, кто настоящий хозяин этих земель. И теперь ты станешь моей женой. Хочешь ты того или нет.
— Не стану! Я не вещь! Не трофей!
— Смирись и будь послушной, тогда не пострадаешь. Станешь моей женой по-хорошему, будешь жить в достатке, никто тебя не тронет. Будешь сопротивляться – научишься жить по законам гор. А они суровы, докторша. Очень суровы.
— Ты мне отвратителен! Вы оба звери, которые считают, что можно просто взять женщину силой!
— Ошибаешься! Я беру тебя, чтобы сделать своей. Навсегда. И дам тебе выбор: покорись добровольно, и я буду мужем, а не хозяином. Или сопротивляйся, и узнаешь, что значит быть женой горца, взятой силой.

Новенький в нашей группе. В таких, как он, не влюбляются хорошие девочки вроде меня. С такими даже не заговаривают, таких сторонятся. Грубоватый, наглый, нелюдимый, с мрачным прошлым и сомнительным будущим.
Как меня угораздило зацепить его?

Зависнуть на целый месяц в одной квартире с самым дерзким из моих однокурсников? Я уж точно и представить себе не могла такой расклад. Но выясняется, что у наших отцов свои разборки: мой задолжал отцу Руслана крупную сумму. И пока папа добывает способы закрыть долг, я не смогу к нему вернуться.

— На спор! — тут же встревает Леха, — Приносишь справку и месяц живешь как обычный трудяга без своих этих тачек, таунхаусов, слабо?
— Это еще зачем? — какой-то червячок сомнения все еще трезв в моей голове.
— Чтобы хандра тебя отпустила, — ржет Игорь, — Это ты, Леха, здорово придумал. А что, побудешь без своих золотых карт, водителей, секретарей и поймешь, что всё это приносило тебе радость!

— Ты не должна была узнать… вот так, — сказала Ирка.
— А как? Как я должна была узнать? — закричала я. — Вы собирались прислать мне уведомление на Госуслугах?!

Я поймала мужа со своей лучшей подругой.
Вычеркнула обоих из своей жизни. Осталась наедине с болью и обидой.
Могла ли я подумать, что найду утешение и истинное счастье в объятиях ее двадцатилетнего сына?

…Полгода сплошных придирок ко мне, нервных срывов и вечно плохого настроения…я думала, что это на фоне того, что в постели у нас с мужем полный штиль…, ну вообще никак…, я уже и так, и эдак…ноль! Ничего не получается, ничего не выходит...
Успокаиваю себя, успокаиваю мужа…, ну и ладно, обойдёмся без сексу…, но тут вмешался его величество случай…
Поймав мужа на измене, кардинально меняю свою жизнь!
Ура! Свобода! Долой грязные носки, готовку и вечно недовольного брюзгу!
Держитесь, мужики! Теперь я живу по вашим правилам! И никто больше хомут семейный на шею мне не набросит, знаю…плавала…