Книги по тегу «нецензурная лексика»: ""
Если об измене мужа узнаёт жена — это драма. Порой криминальная, витиеватая, односложная или многогранная. Но если об измене узнают уже взрослые дети — это аттракцион!
— Ты мне соврал! — Олю злость и отчаяние разрывало на куски. — Папа!
— Оставь меня в покое! Не порть нам с мамой праздник! Поговорим позже.
— А со мной ты тоже поговоришь позже? — голос сына, прозвучавший с балкона, заставил Градова окаменеть. — С кем ты изменяешь маме?
— Ты мне соврал! — Олю злость и отчаяние разрывало на куски. — Папа!
— Оставь меня в покое! Не порть нам с мамой праздник! Поговорим позже.
— А со мной ты тоже поговоришь позже? — голос сына, прозвучавший с балкона, заставил Градова окаменеть. — С кем ты изменяешь маме?
Будучи маленькой девочкой, я решила отомстить тем, кто убил мою мать. Я решила во что бы то ни стало, пристрелить всех, кто имел к этому отношение. Но почему, зная о том мужчине всё... моё тело жаждет его прикосновений?
На моём пути появилась рыжая бестия, смотрящая на меня с ненавистью, но играющая роль невинного цветка. А может она и есть цветок, который нужно полюбить? А могу ли я?
На моём пути появилась рыжая бестия, смотрящая на меня с ненавистью, но играющая роль невинного цветка. А может она и есть цветок, который нужно полюбить? А могу ли я?
Келли Флоренс
Он обещал прийти за мной, и слово его стало проклятием, преследующим меня на каждом шагу. Сколько бы я ни бежала, сколько бы ни пряталась в тени, он находил меня – неумолимый, карающий. Я грезила, что смогу исцелить его, пробудить любовь в его черством сердце. Но стоило мне коснуться его, как маска благородства разлетелась вдребезги, обнажив бездну, где таился сам дьявол.
Джеф "Дьявол"
Я коллекционер. Моя страсть – не холсты и не старинные монеты, а сломанные души. Я выслеживаю девушек, чтобы, искусно терзая, превратить их в безмолвные экспонаты моей личной галереи. Но однажды я увидел её: изумрудные глаза, полные невинности, пленили меня с первого взгляда. Неистовое желание обладать ею захлестнуло меня, и я, как и обещал, пришел за ней. Она верила в любовь, мечтала о нежности, но, прости, принцесса, я жажду лишь запереть твою красоту в клетке моей коллекции. Дьявол не знает любви – он лишь берет, уничтожает, а затем убивает.
Он обещал прийти за мной, и слово его стало проклятием, преследующим меня на каждом шагу. Сколько бы я ни бежала, сколько бы ни пряталась в тени, он находил меня – неумолимый, карающий. Я грезила, что смогу исцелить его, пробудить любовь в его черством сердце. Но стоило мне коснуться его, как маска благородства разлетелась вдребезги, обнажив бездну, где таился сам дьявол.
Джеф "Дьявол"
Я коллекционер. Моя страсть – не холсты и не старинные монеты, а сломанные души. Я выслеживаю девушек, чтобы, искусно терзая, превратить их в безмолвные экспонаты моей личной галереи. Но однажды я увидел её: изумрудные глаза, полные невинности, пленили меня с первого взгляда. Неистовое желание обладать ею захлестнуло меня, и я, как и обещал, пришел за ней. Она верила в любовь, мечтала о нежности, но, прости, принцесса, я жажду лишь запереть твою красоту в клетке моей коллекции. Дьявол не знает любви – он лишь берет, уничтожает, а затем убивает.
Чёрт бы всё это побрал! Вот почему у такого мерзавца не могло оказаться какой-нибудь стервозной, злющей, противной, толстой и никчёмной жены?
— Я… — Алёна рвано выдохнула. — Я думаю, что это всё не моё. — сдалась она. — Как одноразовая акция, как опыт… Ну, ладно, почему бы и нет? Но ты планы особо не строй. Я бы хотела на выходных уже уехать.
— Куда? — Яся непонимающе моргнула.
— Домой.
— Но… — Хомова смутилась. Несмотря на то что они с Алёной нашли общий язык, говорить о личном было ещё неловко. — Ты же… ты к жениху сюда приехала. Разве нет?
«Ага, к жениху. Чего уж там. Сразу к мужу. К твоему.» — забилось в мыслях у Алёны.
— Я… — Алёна рвано выдохнула. — Я думаю, что это всё не моё. — сдалась она. — Как одноразовая акция, как опыт… Ну, ладно, почему бы и нет? Но ты планы особо не строй. Я бы хотела на выходных уже уехать.
— Куда? — Яся непонимающе моргнула.
— Домой.
— Но… — Хомова смутилась. Несмотря на то что они с Алёной нашли общий язык, говорить о личном было ещё неловко. — Ты же… ты к жениху сюда приехала. Разве нет?
«Ага, к жениху. Чего уж там. Сразу к мужу. К твоему.» — забилось в мыслях у Алёны.
— Выбирай! Или я, или работа! — маниакально требовал муж.
Я скользнула взглядом по нашей кухне. Пакеты с продуктами, которые я притащила, потратив лишь четверть аванса, радовали глаз. Горделиво сверкающий бликами на пузатых боках новенький чайник, только-только вытащенный из коробки, чуть ли не подмигивал мне открытой крышкой.
— Слав, идиотом не будь. — увиденное мне понравилось. — Я не должна выбирать. Это абсурд.
— Должна! Я твой муж! Ты нужна мне дома! И мать без тебя не справляется.
Наша любовь преодолела не одно препятствие. Но я никогда не могла и представить, что моя работа станет одним из них. Моего мужа, как подменили, а всегда улыбчивые соседи стали смотреть с жалостью. С чего бы? Только одна соседка смотрит с превосходством, с презрением, держа руку пятилетней дочери, лопающей конфеты. Мои конфеты!
Я скользнула взглядом по нашей кухне. Пакеты с продуктами, которые я притащила, потратив лишь четверть аванса, радовали глаз. Горделиво сверкающий бликами на пузатых боках новенький чайник, только-только вытащенный из коробки, чуть ли не подмигивал мне открытой крышкой.
— Слав, идиотом не будь. — увиденное мне понравилось. — Я не должна выбирать. Это абсурд.
— Должна! Я твой муж! Ты нужна мне дома! И мать без тебя не справляется.
Наша любовь преодолела не одно препятствие. Но я никогда не могла и представить, что моя работа станет одним из них. Моего мужа, как подменили, а всегда улыбчивые соседи стали смотреть с жалостью. С чего бы? Только одна соседка смотрит с превосходством, с презрением, держа руку пятилетней дочери, лопающей конфеты. Мои конфеты!
Вера:
Я думала, что наконец-то научилась жить без любви. Убежала от всего — от боли, от прошлого, от него. Построила тихую жизнь у моря. Никаких привязанностей. Никаких чувств. Я почти поверила, что мне так лучше. Что я свободна и счастлива в своём одиночестве. Но всё рушится в один миг.
Снова появившись в моей жизни Артем Макаров требует ответов, а я прячу правду глубоко внутри.
Артём:
Я искал её полтора года. Перерыл десятки городов и в конце-концов потерял надежду. И начал жить дальше — новая работа, новая женщина. Я думал, что справился. Что она осталась в прошлом. Но судьба решает иначе.
Вера Смирнов построила новую жизнь без меня и притворяется, что счастлива. Я не готов отпустить ее снова и хочу вернуть нас Даже если придётся разрушить всё, что она выстроила.
Между нами — старые раны, новая ложь и то, что мы так и не научились признавать вслух. Разрешение на счастье ещё нужно заслужить. И мы оба знаем, что это будет больно.
Я думала, что наконец-то научилась жить без любви. Убежала от всего — от боли, от прошлого, от него. Построила тихую жизнь у моря. Никаких привязанностей. Никаких чувств. Я почти поверила, что мне так лучше. Что я свободна и счастлива в своём одиночестве. Но всё рушится в один миг.
Снова появившись в моей жизни Артем Макаров требует ответов, а я прячу правду глубоко внутри.
Артём:
Я искал её полтора года. Перерыл десятки городов и в конце-концов потерял надежду. И начал жить дальше — новая работа, новая женщина. Я думал, что справился. Что она осталась в прошлом. Но судьба решает иначе.
Вера Смирнов построила новую жизнь без меня и притворяется, что счастлива. Я не готов отпустить ее снова и хочу вернуть нас Даже если придётся разрушить всё, что она выстроила.
Между нами — старые раны, новая ложь и то, что мы так и не научились признавать вслух. Разрешение на счастье ещё нужно заслужить. И мы оба знаем, что это будет больно.
Юля начинает новый год с переезда в съемную квартиру, но праздник быстро превращается в испытание — вместе с ней в доме появляется неожиданный «подарок» от Дедушки Мороза: обнажённый, дерзкий и бесконечно раздражающий мажор. И между ними вспыхивают настоящее пламя ненависти, такое, что сводит с ума, подталкивает их на безрассудные поступки…
Смогут ли они ужиться вместе, или ей придется сдаться и покинуть дом?
💥МАЖОР И ПРОДАВЩИЦА ИЗ "ПЯТЕРОЧКИ"
😈ЛЮТАЯ НЕНАВИСТЬ
🔥ПОД ОДНОЙ КРЫШЕЙ
🎄БЕЗУМНЫЙ НОВЫЙ ГОД
💞СТРАСТЬ. ИСКРА. БЕЗУМИЕ
Смогут ли они ужиться вместе, или ей придется сдаться и покинуть дом?
💥МАЖОР И ПРОДАВЩИЦА ИЗ "ПЯТЕРОЧКИ"
😈ЛЮТАЯ НЕНАВИСТЬ
🔥ПОД ОДНОЙ КРЫШЕЙ
🎄БЕЗУМНЫЙ НОВЫЙ ГОД
💞СТРАСТЬ. ИСКРА. БЕЗУМИЕ
Мне нужно просто организовать банкет. Идеальный новогодний вечер для важных клиентов в элитном ресторане . Но когда впервые встречаю владельца заведения — дерзкого, самоуверенного Максима — все идет не по плану.
— Давайте заключим пари, — предлагает Максим, и в его взгляде плещется что-то хищное. — Если на вашем банкете случится хоть один косяк — я выиграл.
— И что вы хотите? — спрашиваю я, хотя сердце уже колотится от предчувствия.
Он наклоняется так близко, что его дыхание обжигает кожу:
— Вас. В новогоднюю ночь. В этом ресторане. Всю ночь.
— Это... это неприлично!
— Боитесь проиграть? — усмехается он. — Тогда проведите мероприятие идеально. Если справитесь — получите всё, что захотите. Если нет...
Он не договаривает, но его взгляд обещает такое, от чего внизу живота разливается предательское тепло.
— Давайте заключим пари, — предлагает Максим, и в его взгляде плещется что-то хищное. — Если на вашем банкете случится хоть один косяк — я выиграл.
— И что вы хотите? — спрашиваю я, хотя сердце уже колотится от предчувствия.
Он наклоняется так близко, что его дыхание обжигает кожу:
— Вас. В новогоднюю ночь. В этом ресторане. Всю ночь.
— Это... это неприлично!
— Боитесь проиграть? — усмехается он. — Тогда проведите мероприятие идеально. Если справитесь — получите всё, что захотите. Если нет...
Он не договаривает, но его взгляд обещает такое, от чего внизу живота разливается предательское тепло.
Не всё так просто, как кажется на первый взгляд, да? Или как там говорят... Возможно ли, встретившись по разные стороны баррикад непримиримыми врагами, нащупать общую цель? Сработает ли правило ”враг моего врага - мой друг”? Возможно ли, пройдя точку невозврата, забыв, потеряв себя, вернуться назад? И главное — стоит ли? Людям, казалось бы ничем не связаным друг с другом, предстоит ответить на эти вопросы и умудриться не сдохнуть в процессе.
— Ты не должна была узнать… вот так, — сказала Ирка.
— А как? Как я должна была узнать? — закричала я. — Вы собирались прислать мне уведомление на Госуслугах?!
Я поймала мужа со своей лучшей подругой.
Вычеркнула обоих из своей жизни. Осталась наедине с болью и обидой.
Могла ли я подумать, что найду утешение и истинное счастье в объятиях ее двадцатилетнего сына?
— А как? Как я должна была узнать? — закричала я. — Вы собирались прислать мне уведомление на Госуслугах?!
Я поймала мужа со своей лучшей подругой.
Вычеркнула обоих из своей жизни. Осталась наедине с болью и обидой.
Могла ли я подумать, что найду утешение и истинное счастье в объятиях ее двадцатилетнего сына?
Выберите полку для книги