Книги по тегу «запретные чувства»: ""
Мне было пять, когда моего отца казнили за измену. Теперь я - дочь предателя, заклейменная позором. Мой мир - разрушенный замок на краю света, нищета и забвение. Я мечтала вырваться из мрачной обители, и увы - желание исполнилось. В стране зреет заговор, в котором мне уготована роль пешки без права отказаться.
Я оказалась в игре, где единственный приз - собственная жизнь, но не собираюсь становиться марионеткой. У меня свой план, и своя игра. Я должна влюбить в себя заклятого врага, и при этом не влюбиться самой
Я оказалась в игре, где единственный приз - собственная жизнь, но не собираюсь становиться марионеткой. У меня свой план, и своя игра. Я должна влюбить в себя заклятого врага, и при этом не влюбиться самой
— Из моего сейфа пропала вся наличка! — Амелин наступает на меня грозовой тучей. От него пахнет штормом, дождём и наказанием. — Это очень большая сумма, Фиса! — раскатывает на языке мой вкус, и меня знобит.
— Владислав Дмитриевич, вы что? Я ничего не брала... Только то, что Лерка одолжила мне на учёбу.
Амелин кривит губы в ухмылке, и вся моя жизнь летит к чертям под взглядом карих омутов.
— А остаток ты решила прибрать без моей дочери! — язвительно скалится и уничтожает расстояние между нами. Губами вскользь касается скулы. И мне хочется расплакаться.
— Нет, клянусь вам, нет! — меня колотит в истерике. — Я верну то, что взяла!
Большего у меня никогда и не было!
— А остальное будешь отрабатывать: долго и качественно, — влажное дыхание ласкает ушко, и я совсем контроль теряю.
— Но мне не чем! — безвольно пищу. Даже отступить на шаг не смею.
— Не говори так про свое прекрасное тело, Фиса!
— Владислав Дмитриевич, вы что? Я ничего не брала... Только то, что Лерка одолжила мне на учёбу.
Амелин кривит губы в ухмылке, и вся моя жизнь летит к чертям под взглядом карих омутов.
— А остаток ты решила прибрать без моей дочери! — язвительно скалится и уничтожает расстояние между нами. Губами вскользь касается скулы. И мне хочется расплакаться.
— Нет, клянусь вам, нет! — меня колотит в истерике. — Я верну то, что взяла!
Большего у меня никогда и не было!
— А остальное будешь отрабатывать: долго и качественно, — влажное дыхание ласкает ушко, и я совсем контроль теряю.
— Но мне не чем! — безвольно пищу. Даже отступить на шаг не смею.
— Не говори так про свое прекрасное тело, Фиса!
— Собирайся и пошли, — чеканит Кирилл грозно.
— Куда?
— Ко мне.
— Но я живу с твоим братом… — лепечу растерянно.
— Уже нет, — произносит тоном, который не терпит возражений. — Или хочешь остаться здесь, чтобы тебя еще под кого-то подложили?
Мои отношения с Матвеем Новиковым со стороны казались идеальными, но в реальности давно прогнили. И то, что он предложил мне разделить постель с ним и его братом окончательно убедило меня в необходимости бежать. Проблема лишь в том, что Кирилл Новиков, тот самый старший брат, который меня спас, кажется… не собирается меня отпускать.
— Куда?
— Ко мне.
— Но я живу с твоим братом… — лепечу растерянно.
— Уже нет, — произносит тоном, который не терпит возражений. — Или хочешь остаться здесь, чтобы тебя еще под кого-то подложили?
Мои отношения с Матвеем Новиковым со стороны казались идеальными, но в реальности давно прогнили. И то, что он предложил мне разделить постель с ним и его братом окончательно убедило меня в необходимости бежать. Проблема лишь в том, что Кирилл Новиков, тот самый старший брат, который меня спас, кажется… не собирается меня отпускать.
Я пришла к нему просить о помощи, понимая, что все может зайти слишком далекою.
Так и вышло.
Он лучший мужчина, которого я когда-либо встречала, он сильный, он уверенный и влиятельный.
Я была влюблена в него когда-то.
Он мой отчим.
Так и вышло.
Он лучший мужчина, которого я когда-либо встречала, он сильный, он уверенный и влиятельный.
Я была влюблена в него когда-то.
Он мой отчим.
— Привет! Узнала?
Поджимаю губы. Конечно я узнала голос Ирен, бывшей моего хозяина.
— Что тебе нужно?
— Дай угадаю, он привел тебя в «Магнолию» на двадцатом этаже?
Я ошарашено молчу, все слова исчезают. Откуда она…?
— Хочешь спросить откуда я это знаю? — продолжает бывшая Германа. — Он всем так говорит. Приводит в «Магнолию», снимает люкс в отеле, а после машет ручкой, оставляя на карте щедрую денежную благодарность. Месяц назад у нас было все тоже самое.
Я опускаю телефон и выключаю его. Стеклянным взглядом оглядываю зал.
— Все в порядке? Ты чего такая бледная? — спрашивает подошедший Герман.
— Что дальше? — спрашиваю я, выдавливая улыбку.
— Дальше? — прищуривается он. — Я снял для нас люкс.
Поджимаю губы. Конечно я узнала голос Ирен, бывшей моего хозяина.
— Что тебе нужно?
— Дай угадаю, он привел тебя в «Магнолию» на двадцатом этаже?
Я ошарашено молчу, все слова исчезают. Откуда она…?
— Хочешь спросить откуда я это знаю? — продолжает бывшая Германа. — Он всем так говорит. Приводит в «Магнолию», снимает люкс в отеле, а после машет ручкой, оставляя на карте щедрую денежную благодарность. Месяц назад у нас было все тоже самое.
Я опускаю телефон и выключаю его. Стеклянным взглядом оглядываю зал.
— Все в порядке? Ты чего такая бледная? — спрашивает подошедший Герман.
— Что дальше? — спрашиваю я, выдавливая улыбку.
— Дальше? — прищуривается он. — Я снял для нас люкс.
— Это неправильно, Сергей! — выкрикнула я.
— Неправильно? — он усмехнулся. — Что неправильно? Чувствовать? Искушаться?
Переполненная эмоциями, я не знала, как ответить. Он вновь шагнул ближе, и я уже не могла думать о том, что следует уйти прочь.
— Иногда нужно просто позволить себе быть свободной, — произнёс отец моего парня, и его тёплое дыхание коснулось моей щеки. — И делать то, чего желаешь сама.
Я совершила ошибку. Непоправимую. Влюбилась в отца своего парня и позволила ему любить себя. Теперь я на перепутье и не знаю, что делать дальше.
— Неправильно? — он усмехнулся. — Что неправильно? Чувствовать? Искушаться?
Переполненная эмоциями, я не знала, как ответить. Он вновь шагнул ближе, и я уже не могла думать о том, что следует уйти прочь.
— Иногда нужно просто позволить себе быть свободной, — произнёс отец моего парня, и его тёплое дыхание коснулось моей щеки. — И делать то, чего желаешь сама.
Я совершила ошибку. Непоправимую. Влюбилась в отца своего парня и позволила ему любить себя. Теперь я на перепутье и не знаю, что делать дальше.
Он – сущий дьявол во плоти, желающий превратить мою жизнь в ад. С ним мечтает быть каждая девчонка, а ему не нужны серьёзные отношения. Он друг и враг в одном лице, вызывающий во мне противоречия. Но любые чувства к нему для меня запретны. Ведь он - мой сводный брат.
***
— Ты что с ума сошёл? Ты вообще себя слышишь? Они ведь любят друг друга. Так зачем я буду пытаться разрушить их отношения только потому, что тебя в этом союзе что-то не устраивает?
— То есть ты уже смирилась с тем, что тебе придётся жить в роскоши, и не спешишь распрощаться с ней? Так я и думал. Ты такая же дешёвка, как и твой отец!
— Не смей так говорить о нём! Ты ничего о нас не знаешь! — кричу ему в ответ, испепеляя взглядом горящего пламени, рвущимся из груди.
— А мне и не нужно ничего знать! Решила строить из себя невинную овечку? Только на это ты и способна. Что ж. Наслаждайся жизнью, сестрёнка. Пока это ещё возможно. Потому что совсем скоро я превращу её в ад!
***
— Ты что с ума сошёл? Ты вообще себя слышишь? Они ведь любят друг друга. Так зачем я буду пытаться разрушить их отношения только потому, что тебя в этом союзе что-то не устраивает?
— То есть ты уже смирилась с тем, что тебе придётся жить в роскоши, и не спешишь распрощаться с ней? Так я и думал. Ты такая же дешёвка, как и твой отец!
— Не смей так говорить о нём! Ты ничего о нас не знаешь! — кричу ему в ответ, испепеляя взглядом горящего пламени, рвущимся из груди.
— А мне и не нужно ничего знать! Решила строить из себя невинную овечку? Только на это ты и способна. Что ж. Наслаждайся жизнью, сестрёнка. Пока это ещё возможно. Потому что совсем скоро я превращу её в ад!
Лёша Третьяков — ночной кошмар и просто высокомерный придурок, ворвавшийся в мою жизнь. После помолвки наших родителей, он вместе с отцом перебирается в нашу с мамой скромную квартиру и ведёт себя как наглый беспринципный король. Он хамит, без спроса съедает мои сладости, устраивает свои порядки и, как вишенка на торте, — выселяет меня из моей собственной комнаты.
Но в одном мы определённо нашли баланс — наша ненависть друг к другу взаимна. Кажется…
***
Диана Волкова — дочь той, на ком собирается жениться мой отец. Я делаю вид, что смирился с решением отца, но это далеко не так. Уверен, что сводная и ее мамаша — аферистки. И чтобы это доказать я пойду на все.
В книге есть:
💗бэд бой и хорошая девочка
💗запретные чувства
💗учеба, бокс, семейная драма и тайны прошлого
Но в одном мы определённо нашли баланс — наша ненависть друг к другу взаимна. Кажется…
***
Диана Волкова — дочь той, на ком собирается жениться мой отец. Я делаю вид, что смирился с решением отца, но это далеко не так. Уверен, что сводная и ее мамаша — аферистки. И чтобы это доказать я пойду на все.
В книге есть:
💗бэд бой и хорошая девочка
💗запретные чувства
💗учеба, бокс, семейная драма и тайны прошлого
Вот уже несколько лет я схожу по этой девочке с ума.
Она занимает все мои мысли, и все мои фантазии связаны только с ней.
Я грешен, я порочен, я должен находиться как можно дальше от нее, но я не могу.
Она будет моей, не смотря на то, что она дочь моего друга.
Она будет моей, не смотря ни на что.
Она занимает все мои мысли, и все мои фантазии связаны только с ней.
Я грешен, я порочен, я должен находиться как можно дальше от нее, но я не могу.
Она будет моей, не смотря на то, что она дочь моего друга.
Она будет моей, не смотря ни на что.
В клубе Парадайс я застала отчима выходящего из ВИП-комнаты после ВИП-обслуживания. Он же смог запечатлеть мой изысканный стриптиз для десятков мужиков.
Кажется у нас обоих будут неприятности.
- Ты играешь с огнем, деточка, - говорит он строго, но глаза скользят по моему телу не оставляя никаких сомнений.
- Мне все равно, - дерзко бросаю вызов возможно самому опасному и самому желанному мужчине.
- Я тебя накажу, - хищно, безжалостно.
- Накажи, папочка. Я давно об этом мечтаю.
Игорь Покровский невозможный хам, истиный зануда, взрослый и упертый душнила. А еще муж моей матери.
Он - мое проклятье и мой недоступный запретный плод. Но я знаю как поставить его на колени.
Кажется у нас обоих будут неприятности.
- Ты играешь с огнем, деточка, - говорит он строго, но глаза скользят по моему телу не оставляя никаких сомнений.
- Мне все равно, - дерзко бросаю вызов возможно самому опасному и самому желанному мужчине.
- Я тебя накажу, - хищно, безжалостно.
- Накажи, папочка. Я давно об этом мечтаю.
Игорь Покровский невозможный хам, истиный зануда, взрослый и упертый душнила. А еще муж моей матери.
Он - мое проклятье и мой недоступный запретный плод. Но я знаю как поставить его на колени.
Выберите полку для книги