Подборка книг по тегу: "искусство"
В начале 2000-ых годов, в школу имени Пушкина внедряюх четверых роботов в виде Скелетов-подростков с советскими настройками, что приводит к настоящему столкновению эпох.
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Рассказ не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Рассказ не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".
Каково это? Встретить человека с двойным дном. Раздражающего этой чёртовой двойственностью. И с каким удовольствием сорвать все маски с его смазливого личика.
Вот только чем это обернётся?
Вот только чем это обернётся?
Когда циничный миллионер, скрывающийся от кредиторов под видом повара в дешевой столовой, встречает ту, чей обед он чуть не вылил в помойку, его план «не влюбляться до самой смерти» трещит по швам — особенно когда она требует, чтобы он научил её искусству соблазнения ради мести бывшему мужу.
Шале стояло в глуши, среди сосен и скал. Вечером Данила достал свою тату-машинку. Он сказал, что хочет оставить след на этой поездке.
— Садись сюда, — он указал на старый кожаный диван у камина.
Катя подчинилась. Он сел рядом, его пальцы, грубые и тёплые, провели по её ключице.
— Будет больно, — предупредил он. — Но ты не будёшь дёргаться. Ты будешь сидеть смирно. Поняла?
— Поняла, — прошептала она.
Жужжание машинки заполнило комнату. Игла коснулась её кожи. Катя вздрогнула, но Данила тут же положил свою тяжёлую ладонь ей на бедро, сжимая его так, что она не могла пошевелиться.
— Тише, — его голос был низким, вибрирующим рядом с её ухом. — Дыши ровно. Смотри на огонь.
Боль была острой, но странное чувство безопасности, которое исходило от него, заглушало её. Он делал ей маленького, изящного ворона на ключице.
Когда он закончил и вытер кровь, он наклонился и провёл языком по свежему, пульсирующему рисунку. Катя застонала, закрыв глаза.
— Садись сюда, — он указал на старый кожаный диван у камина.
Катя подчинилась. Он сел рядом, его пальцы, грубые и тёплые, провели по её ключице.
— Будет больно, — предупредил он. — Но ты не будёшь дёргаться. Ты будешь сидеть смирно. Поняла?
— Поняла, — прошептала она.
Жужжание машинки заполнило комнату. Игла коснулась её кожи. Катя вздрогнула, но Данила тут же положил свою тяжёлую ладонь ей на бедро, сжимая его так, что она не могла пошевелиться.
— Тише, — его голос был низким, вибрирующим рядом с её ухом. — Дыши ровно. Смотри на огонь.
Боль была острой, но странное чувство безопасности, которое исходило от него, заглушало её. Он делал ей маленького, изящного ворона на ключице.
Когда он закончил и вытер кровь, он наклонился и провёл языком по свежему, пульсирующему рисунку. Катя застонала, закрыв глаза.
Арина привыкла позировать обнажённой. Ее профессия - натурщица. Художника звали Пётр Иванович Тропилов. Он был, как это принято говорить, широко известен в узких кругах. В основном он писал обнажённую женскую натуру. Тропилова особо не жаловали в академиях по рисованию за его особую технику рисования, которая вобрала в себя что-то от реализма, что-то от экспрессионизма, а что-то – и от рококо... Но у него было много заказчиков, которые скупали его картины за огромные деньги. Вот только он рисовал не ради денег - а ради Поиска. Ее - своей музы, своей мечты. своей девушки...
Переехать в собственную квартиру — мечта для многих. Квартира. Дом. Место, которое ты называёшь своим. Место, где ты защищён ото всего. Кроме демонов, которые сводят с ума.
У творческих людей своя, отличная ото всех жизнь. И смерть. Каждый творец откуда-то начинается и где-то, в чём-то заканчивается.
Порой интересные люди вырастают отнюдь не на благодатной почве, цветут не в солнечных садах и умирают не от спокойной старости.
Как умер герой - осталось за кадром, зато читатель точно знает, ЧТО останется после героя.
Порой интересные люди вырастают отнюдь не на благодатной почве, цветут не в солнечных садах и умирают не от спокойной старости.
Как умер герой - осталось за кадром, зато читатель точно знает, ЧТО останется после героя.
Владимиру Александровичу, депутату в возрасте, руководство получило провести торжественное открытие галереи современного искусства. По началу нудное и бессмысленное мероприятие с каждой пройденной комнатой и с каждым новым экспонатом начинает казаться все более странным...
Америка в конце 1860-х зализывала раны, нанесенные штыками и револьверами гражданской войны. Но не успела земля впитать пролитую кровь, как мир погрузился в отчаянную Золотую лихорадку и индустриальную гонку.
С какими трудностями придется столкнуться Оливии – единственной леди на строительстве железнодорожного полотна? Смогут ли Уокеры остаться верны своим стремлениям, или то, с чем Уокерам предстоит столкнуться раз и навсегда изменит их цели и принципы? Чем закончится встреча с племенем коренных жителей, и какой отпечаток останется от последствий в судьбах героев?
С какими трудностями придется столкнуться Оливии – единственной леди на строительстве железнодорожного полотна? Смогут ли Уокеры остаться верны своим стремлениям, или то, с чем Уокерам предстоит столкнуться раз и навсегда изменит их цели и принципы? Чем закончится встреча с племенем коренных жителей, и какой отпечаток останется от последствий в судьбах героев?
Выберите полку для книги