Книги по тегу «мжмм»: ""
Я была удобной мебелью, которую муж променял на «огонь» в глазах моей подруги. Когда я узнала об этом, мой мир рухнул...
Но меня подобрал отчим мужа, предложив не утешение, а пламя. Я согласилась стать его игрушкой, потому что в унижении и боли впервые почувствовала себя живой, а не посредственной...
🔥 Строго 18+!!! 🔥 Осторожно: эта история обжигает 🔥
Но меня подобрал отчим мужа, предложив не утешение, а пламя. Я согласилась стать его игрушкой, потому что в унижении и боли впервые почувствовала себя живой, а не посредственной...
🔥 Строго 18+!!! 🔥 Осторожно: эта история обжигает 🔥
Говорила мне мама, что моя рассеянность до добра не доведет, но вот то, что могу схватить в руки опасный предмет, который выкинет меня в другой мир - она почему-то забыла дополнить!
А теперь я, как гусь на праздничном столе - одна на четверых «пирующих», которые смотрят голодными глазами...
«Мама дорогая, роди меня обратно!»
А теперь я, как гусь на праздничном столе - одна на четверых «пирующих», которые смотрят голодными глазами...
«Мама дорогая, роди меня обратно!»
Я уже привыкла к двум мужчинам, которые были моими боссами, моей слабостью и самым опасным искушением, от которого я больше не хотела бежать.
Но на отдалённом острове появился третий мужчина. Жёсткий, властный и слишком внимательный ко мне, чтобы я могла сделать вид, будто ничего не чувствую к нему.
Я боялась, что его присутствие разрушит хрупкое равновесие между нами, и ещё сильнее боялась признаться себе, что моё тело уже сделало выбор раньше разума.
Теперь рядом со мной трое мужчин, и привычные рамки морали стали для меня слишком тесными.
Но на отдалённом острове появился третий мужчина. Жёсткий, властный и слишком внимательный ко мне, чтобы я могла сделать вид, будто ничего не чувствую к нему.
Я боялась, что его присутствие разрушит хрупкое равновесие между нами, и ещё сильнее боялась признаться себе, что моё тело уже сделало выбор раньше разума.
Теперь рядом со мной трое мужчин, и привычные рамки морали стали для меня слишком тесными.
Эта поездка навсегда изменила меня. То, что началось как неожиданная игра по приказу моего босса, превратилось в запретное путешествие.
В тайском ресторане я пережила самый страшный и одновременно самый волнующий вечер в своей жизни, а встреча с владельцем заведения стала поворотным моментом, который лишил меня последних иллюзий.
🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥Элементы БДСМ
В тайском ресторане я пережила самый страшный и одновременно самый волнующий вечер в своей жизни, а встреча с владельцем заведения стала поворотным моментом, который лишил меня последних иллюзий.
🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥Элементы БДСМ
Каждый новый шаг мужчин заставлял меня чувствовать то, чего я никогда не испытывала: стыд, переходящий в оцепенение, и странное любопытство к собственной реакции.
Мне казалось, что я вот-вот сломаюсь, но вместо этого я всё глубже падала в неизведанное. Я боялась не их действий — я боялась, что начинаю узнавать себя с той стороны, о которой не подозревала.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
Мне казалось, что я вот-вот сломаюсь, но вместо этого я всё глубже падала в неизведанное. Я боялась не их действий — я боялась, что начинаю узнавать себя с той стороны, о которой не подозревала.
🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями
Тридцать восемь лет, лишний вес, мужчина, который в постели закрывает глаза. Ксения привыкла, что на неё смотрят как на диагноз в карточке. Но в кабинете 312 вместо усталого врача её ждут трое молодых интернов — и смотрят иначе.
— Ксения. Посмотри на меня.
Веки поднимаются сами.
— Ты красивая, — говорит он просто, без нажима. — Знаешь это?
Мотаю головой.
— Тогда покажу.
История о женщине, которая перестала прятаться от собственного тела и впервые за годы почувствовала себя желанной. Стыдно, опасно, невозможно. И невозможно остановиться.
— Ксения. Посмотри на меня.
Веки поднимаются сами.
— Ты красивая, — говорит он просто, без нажима. — Знаешь это?
Мотаю головой.
— Тогда покажу.
История о женщине, которая перестала прятаться от собственного тела и впервые за годы почувствовала себя желанной. Стыдно, опасно, невозможно. И невозможно остановиться.
— Ты прячешься. За мешковатой одеждой, за опущенными глазами, за своим «я не такая».
— Я просто знаю свое место. В тени. Так безопаснее.
— А если мы скажем, что твое место — здесь? У этого окна? Что мы не дадим тебе спрятаться?
— Я не привыкла быть нужной. Это больно. И непривычно.
— Больно? Возможно. Но ты уже дрожишь не от страха, а от того, что впервые тебя видят настоящую. Твою мягкость. Твою силу. Твою красоту.
— Я не знаю, как это — быть желанной. Любимой. Несмотря на…
— Несмотря ни на что. Останься. Позволь нам показать тебе, кто ты на самом деле. Просто перестань прятаться.
— Я просто знаю свое место. В тени. Так безопаснее.
— А если мы скажем, что твое место — здесь? У этого окна? Что мы не дадим тебе спрятаться?
— Я не привыкла быть нужной. Это больно. И непривычно.
— Больно? Возможно. Но ты уже дрожишь не от страха, а от того, что впервые тебя видят настоящую. Твою мягкость. Твою силу. Твою красоту.
— Я не знаю, как это — быть желанной. Любимой. Несмотря на…
— Несмотря ни на что. Останься. Позволь нам показать тебе, кто ты на самом деле. Просто перестань прятаться.
— Ты не бойся, — сказал он, и голос у него был низкий, спокойный, будто он говорил не в купе поезда, а у себя дома. — Мы не кусаемся. Разве что за компанию.
Я стояла в дверях купе с чемоданом, а напротив меня сидели трое. Загорелые, широкоплечие, с тёмными глазам.
Я ехала в Анапу одна — отдохнуть, забыть, выдохнуть. А попала в купе, где место было только одно, и оно оказалось между ними.
Они предложили вино. Я отказалась. Потом согласилась. А дальше ночь пошла не по расписанию.
Я стояла в дверях купе с чемоданом, а напротив меня сидели трое. Загорелые, широкоплечие, с тёмными глазам.
Я ехала в Анапу одна — отдохнуть, забыть, выдохнуть. А попала в купе, где место было только одно, и оно оказалось между ними.
Они предложили вино. Я отказалась. Потом согласилась. А дальше ночь пошла не по расписанию.
Я приехала к свекру, чтоб попросить денег, потому что мой муженек опять наделал долгов. Этот порочный и соблазнительный мужчина предложил мне сделать кое-что за миллион.
Нет, не безобидная услуга. Только мой свекор, большой дом и его младшие сыновья. Ночь будет бессонной.
***
– У нее есть я, – вмешивается свекор. Голос спокойный, но с металлом. – И вы оба будете вести себя прилично. Пока.
– Пока? – Темненький смотрит на отца. – То есть, потом можно?
Нет, не безобидная услуга. Только мой свекор, большой дом и его младшие сыновья. Ночь будет бессонной.
***
– У нее есть я, – вмешивается свекор. Голос спокойный, но с металлом. – И вы оба будете вести себя прилично. Пока.
– Пока? – Темненький смотрит на отца. – То есть, потом можно?
— Ты сломала моему сыну жизнь, — сказал он, глядя на меня с ненавистью.
— Нет, — ответила я. — Я дала ему то, что вы никогда не давали — причину жить.
Тридцать восемь против двадцати двух, двадцати трёх и двадцати одного.
Я старше каждого из них на пятнадцать лет. Я владелица клуба, бывшая жена авторитета, женщина с архивом, который может уничтожить полгорода.
Они — сыновья магнатов. Мажоры, которые никогда не работали, не страдали, не выбирали.
А потом мой бывший вышел из тюрьмы. И трое мажоров впервые в жизни приняли решение сами. Не ради денег. Ради меня.
— Нет, — ответила я. — Я дала ему то, что вы никогда не давали — причину жить.
Тридцать восемь против двадцати двух, двадцати трёх и двадцати одного.
Я старше каждого из них на пятнадцать лет. Я владелица клуба, бывшая жена авторитета, женщина с архивом, который может уничтожить полгорода.
Они — сыновья магнатов. Мажоры, которые никогда не работали, не страдали, не выбирали.
А потом мой бывший вышел из тюрьмы. И трое мажоров впервые в жизни приняли решение сами. Не ради денег. Ради меня.
Выберите полку для книги