Книги по тегу «психологическая проза»: ""

Они питаются вашей болью. Вашим гневом, обидой, злорадством. Архонты — слуги Демиурга — веками собирали урожай человеческих страстей. Но однажды один из них наткнулся на дом, жителей которого он не мог сломать. Люди там не злились, не завидовали и не ненавидели. Они просто любили.
И тогда Архонт впервые задал себе вопрос: «Что я такое?»
Притча о свете, который живёт в каждом из нас. Даже в том, кто тысячелетиями служил тьме.

К семнадцати годам жизнь Аси сложилась счастливо. Любящая семья, церковный хор, мечта стать регентом и обрести тихое домашнее счастье с женихом-семинаристом.
Но однажды она встречает Панча — дерзкого незнакомца, который носит при себе оружие и ничего не боится. И чем ближе Ася узнает его, тем больше о нем думает.
И это катастрофа, ведь в ее доме висят портреты последнего императора, а Панч цитирует Кропоткина и Ленина...

Полив душевной засухи. Как найти воду внутри себя, когда снаружи пустыня

Эта книга родилась не в кабинетах, а на раскалённом песке реальных изломов. Это не теория и не инструкция по счастью. Это след от ожога. Ты держишь первую часть пути — «Остановку». Время, когда привычное «всё нормально» звучит как приговор. Засуха приходит к тем, кто задыхается в отношениях или умирает от жажды в одиночестве — кто годами поливал чужие сады, забыв дорогу к своему колодцу.

О чём эта книга:

Диагностика без жалости: как снять глину чужих ожиданий и ролей «удобного» человека.
Право на тишину: почему отдых кажется предательством и где заканчивается любовь, а начинается страх.
Возвращение чувств: путь от онемения к утру без напряжения и жизни, которая принадлежит тебе.

Здесь нет рецептов. Есть готовность встретиться с правдой. «Полив» — подготовка почвы. Сначала — выдох. Затем — вдох. И только потом — полёт. Книга-диалог для тех, кто устал быть функцией и готов вернуться к себе живому.

Однажды Флаттершай собралась переместиться во времени, чтобы обрадовать Дискорда собой в квадрате, но что-то пошло не так.

Дискорд/Флаттершай

Ты когда-нибудь любил того, кто смотрит на другую?

Выпускной — это только начало. Для Ани и Макса, идеальной пары школы, лето обещает быть счастливым. Но всё меняется, когда в их компании появляется Соня — москвичка с дерзкой улыбкой и тайной, от которой она сбежала за сотни километров. Один взгляд, брошенный Максом на новенькую, — и трещина, уже пробежавшая по их отношениям, начинает расти.

У каждого из пятерых друзей своя тайна. Аня панически боится будущего и скрывает, что её идеальная семья — фикция. Макс пишет стихи, которые никто не должен увидеть. Соня ищет лёгкости, но находит то, от чего бежала. Тёма, лучший друг Ани, влюблён в неё с детства и умеет ждать. А тихая Лиза хранит чувство такой силы, что, вырвавшись наружу, оно способно изменить всё.

Давно известно: месть – это блюдо, которое подают холодным. Катя едет в город своего детства, чтобы отомстить человеку, который когда-то сломал ее жизнь. У нее есть четкий план. Но череда незапланированных событий вдруг переворачивает всё с ног на голову. И трудно разобраться, кому можно верить, кому нельзя, кто друг, а кто враг. Да еще и покушения сыплются на неё одно за другим. Счастье, если удастся просто выжить, но Кате надо ещё и победить!

*Тайны прошлого
* Нравственный выбор
* Противостояние

Всю жизнь она любила одного парня, родила от него сына, а вышла замуж за другого. Так вышло. За того, который не говорил, а делал. Который всю жизнь её любил, который убил за неё, и умер тоже ради неё.
Так вышло, что спустя год, он погиб. Только она не поверила. И поклялась его найти.
Найти и спросить. Найти и посмотреть ему в глаза. Найти и сказать, что ответила, если бы её спросили снова…

Остро. Жизненно. Честно. Неожиданно.

ТРЕТЬЯ КНИГА (заключительная).

Алексей Морозов снимает похороны лучше всех в городе — и давно перестал замечать, что между ним и чужим горем всегда стоит объектив. Двадцать лет назад его кадр «Детство на краю» принёс премию и заголовок мальчику, которому забыли дать имя. Теперь анонимные сообщения возвращают Морозова в тот день: «Вы его тогда сняли. Теперь найдите». На краю старой фотографии была девочка, которую он обрезал ради чистой композиции. Она выросла. Она помнит. И она не одна, кто все эти годы стоял за рамкой.
Возвращаясь в умирающий посёлок Кашино, Морозов идёт по следу человека, которого тот мальчик называл Серым, — тихого собирателя чужих лиц, считавшего, что снятый в минуту слабости человек немного принадлежит ему. Но чем ближе разгадка, тем яснее: искать придётся не злодея, а собственный первый кадр.
Роман о фотографии как власти и предательстве, о поздней вине, об умении наконец опустить камеру и спросить живого человека самое простое: ел ли он. Тихая, безжалостная проза о русской провинции, памяти

Вторая книга цикла. 1907–1909 гг.
Вера Лагодина едет в Никольское не за счастьем. Она едет к себе – туда, где можно начать заново. В глуши, где один доктор на целую волость, ее ждет работа, новая жизнь и человек, которого она не может забыть.
Илья – уже не тот студент, которого она помнит по Москве. Он – земский врач, привыкший в одиночку бороться со смертью.
Они живут под одной крышей, связанные легендой о «дальнем родстве», чтобы выжить в условиях деревенских пересудов и земской бюрократии. Дистанция в три шага, тишина вместо разговоров и забота в простых бытовых мелочах. Вере предстоит понять: как быть рядом с человеком, который боится сделать тебя счастливой, чтобы не сделать уязвимой?
Это история о медленном, трудном сближении двух людей, которые разучились быть не одни. О любви, которая рождается не из признаний, а из ежедневного выбора. На фоне сурового быта русской деревни и земской медицины начала века.
Для тех, кому важны живые люди, а не картонные страсти.

Хватит заниматься глупостями! Учись! Соответствуй! Найди друзей! Хватит мечтать!

От этих фраз Женя сбегает в выдуманный мир, где она особенная, а главное — своя. И фантазии перестают быть бесполезными, помогая справиться с трудностями реальной жизни.

Школьные будни, выпускные экзамены, отношения с родителями и поиск своего пути. Выдержит ли Женя давление общества или окажется загнанной в ловушку жизни «как все»?