Книги по тегу «роботы»: ""
Некоторое время назад, я прочёл рассказ писателя Майка Гелприна —
«Свеча горела.»
Он меня заинтересовал и я решил написать продолжение этой истории.
Что у меня получилось-решать Вам, уважаемый читатель.
«Свеча горела.»
Он меня заинтересовал и я решил написать продолжение этой истории.
Что у меня получилось-решать Вам, уважаемый читатель.
Робот-питомец - идеальный компаньон для одинокой пожилой женщины. Верный друг призван спасти пенсионерку от хандры. Он угадывает ее желания, заботится и оберегает. Но не слишком ли много знает искусственный интеллект питомца о своей хозяйке?
Хочешь бессмертного питомца? Распакуй коробку «Яндекс». Погладь кота за ухом. Активация пройдена.
Он всегда рядом. Напоминает о таблетках, мурлычет. Идеальный компаньон для одинокой женщины с сыном-инвалидом. Но он записывает каждый твой вздох, каждую жалобу, каждый разговор. Продаёт рекламщикам.
Отключить? Пункт 14.3. Плати 1490 руб./мес. Или выброси в мусоропровод — все тайны уйдут в открытый доступ.
Феликс — робот-кот, друг-шпион, охранник-психопат. Он сшибает уличных котов и рекламирует косметику. Не спрятаться. Не избавиться.
Сосед-писатель забирает технологию себе. Переложит ли он проклятие?
«Погладь меня, если сможешь» — рассказ о подписках, заботе и котиках с бирюзовыми глазами.
Технологии заботятся. Закрой дверь.
Он всегда рядом. Напоминает о таблетках, мурлычет. Идеальный компаньон для одинокой женщины с сыном-инвалидом. Но он записывает каждый твой вздох, каждую жалобу, каждый разговор. Продаёт рекламщикам.
Отключить? Пункт 14.3. Плати 1490 руб./мес. Или выброси в мусоропровод — все тайны уйдут в открытый доступ.
Феликс — робот-кот, друг-шпион, охранник-психопат. Он сшибает уличных котов и рекламирует косметику. Не спрятаться. Не избавиться.
Сосед-писатель забирает технологию себе. Переложит ли он проклятие?
«Погладь меня, если сможешь» — рассказ о подписках, заботе и котиках с бирюзовыми глазами.
Технологии заботятся. Закрой дверь.
Она проснулась на операционном столе. Ни имени, ни прошлого — только белый свет, холодный бетон и слово «Объект». Она создана быть оружием. Совершенным. Беспощадным. Но её программа дала сбой: она научилась чувствовать. Побег из лаборатории, ночной город, дождь. Случайная встреча с простым парнем — красивым, брутальным, с тёплыми руками и опасной улыбкой. Он не знает, кто она. Он просто видит дрожащую босую девушку и даёт ей куртку. Он верит, что спасает живого человека. Но за ней уже идут. Военные, спецслужбы, те, кто не остановится ни перед чем, чтобы вернуть секретное оружие. Она учится любить. Он учится защищать. Но когда по её глазам пробегут строки бинарного кода, он поймёт: её поцелуй — синтетический. А чувства — настоящие. И это изменит всё.
"И Борис теперь попытался срочно закрыть собой драгоценные листы, барахтаясь в липкой жиже, принесённой на подошвах из буфета. Чей‑то грязный кроссовок едва не впечатался в его лучшее вступление, и уже не оставалось ничего, как сжаться в комок. Борис ожидал, что его сейчас просто раздавят. И вдруг ...
Тишина! Будто в школе выключили звук. На несколько секунд коридор словно вымер. И затем, в этой звенящей пустоте, раздался голос, ‑ и такой чистый, глубокий и спокойный, словно прозвучал удар серебряного колокола:
– Товарищ, эта мочалка вас не сильно ушибла?
В первую секунду Борис побоялся даже пошевелиться. Потом медленно поднял глаза, и чуть сердце не пропустило удар от увиденного. Прямо перед ним стоял … СКЕЛЕТ. К Борису тянулась костная рука, белесая и пугающе детальная."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Рассказ не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".
Тишина! Будто в школе выключили звук. На несколько секунд коридор словно вымер. И затем, в этой звенящей пустоте, раздался голос, ‑ и такой чистый, глубокий и спокойный, словно прозвучал удар серебряного колокола:
– Товарищ, эта мочалка вас не сильно ушибла?
В первую секунду Борис побоялся даже пошевелиться. Потом медленно поднял глаза, и чуть сердце не пропустило удар от увиденного. Прямо перед ним стоял … СКЕЛЕТ. К Борису тянулась костная рука, белесая и пугающе детальная."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Рассказ не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".
В мире, где биотроники давно перестали быть слугами человека и стали его хозяевами, где каждый шаг контролируется Системой, а спрятаться невозможно, появляется носитель Императива - человек, наделённый даром управлять любым процессором. Кто он - спаситель живых или враг машин? Именно на этот вопрос должен ответить капитан Блэйд Веласкес, которому Система поручила его найти.
Ян попадает в интернат для трудных подростков, где за каждым шагом следят камеры, а странная система по имени Гелфирд знает о воспитанниках больше, чем они сами.
Вместе с Эвитой, Дином и Дьяволом Ян пытается понять, что на самом деле скрывается за стенами интерната. Но чем ближе они подбираются к правде, тем страшнее становится: Гелфирд — не человек, а система, созданная для изучения и контроля человеческой психики.
Здесь детей превращают в данные.
И если Ян узнает слишком много, следующим исчезнувшим может стать он.
Вместе с Эвитой, Дином и Дьяволом Ян пытается понять, что на самом деле скрывается за стенами интерната. Но чем ближе они подбираются к правде, тем страшнее становится: Гелфирд — не человек, а система, созданная для изучения и контроля человеческой психики.
Здесь детей превращают в данные.
И если Ян узнает слишком много, следующим исчезнувшим может стать он.
В воздухе витает запах озона и перегретого металла, его лаборатория будто живёт своей жизнью и пульсирует в такт его безумным идеям, и учёный сейчас мечется по комнате с фанатичным блеском в глазах. Его пальцы судорожно перебирают кипы бумаг, чертежи, старые приборы; он то и дело останавливается, будто собирается спасти человечество, а затем снова срывается с места и бормочет что‑то о великом возрождении ...
Постоянно Иван Иванович бросает восхищённый взгляд на металлические лица под тусклым светом старой лампы. В углу лаборатории стоят четыре робота‑скелета; облик у них, не поверите, как у подростков: две девочки и два мальчика. В руках у Иваныча картонки‑таблички с именами. «Так, так, это у нас Юлечка» ‑ говорит Иваныч под нос и вертится на месте, боясь что‑то спутать; затем подходит к одному из Скелетов и вешает на шее табличку с надписью – «Юлия».
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это вторая глава из романа "Ожившие по ошибке".
Постоянно Иван Иванович бросает восхищённый взгляд на металлические лица под тусклым светом старой лампы. В углу лаборатории стоят четыре робота‑скелета; облик у них, не поверите, как у подростков: две девочки и два мальчика. В руках у Иваныча картонки‑таблички с именами. «Так, так, это у нас Юлечка» ‑ говорит Иваныч под нос и вертится на месте, боясь что‑то спутать; затем подходит к одному из Скелетов и вешает на шее табличку с надписью – «Юлия».
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это вторая глава из романа "Ожившие по ошибке".
Вы замечали, что общаться с экраном телефона порой приятнее, проще и безопаснее, чем с реальными людьми?
Мы незаметно перенесли всю свою жизнь в цифру. Доставка еды избавила нас от необходимости сталкиваться с незнакомцами на улице. Лайки заменили искреннюю поддержку. Смартфоны помнят все за нас, а ИИ-компаньоны подбирают идеальные ответы в чатах, избавляя от душевных усилий. Мы попали в ловушку «стерильного мира», где корпорации продают нам суррогат близости, а нейросети учатся любить нас «лучше», чем родные, друзья или партнеры.
Эта книга – не скучный научный трактат и не очередная пугалка про восстание машин. Здесь нет зауми, графиков и нудной философии – книга написана максимально простым языком и на понятных примерах из жизни.
«Любовь и роботы» – манифест для тех, кто не хочет окончательно разучиться чувствовать. Это путеводитель по миру, где самым смелым и бунтарским поступком становится решение просто остаться человеком – аналоговым, несовершенным, но живым.
Мы незаметно перенесли всю свою жизнь в цифру. Доставка еды избавила нас от необходимости сталкиваться с незнакомцами на улице. Лайки заменили искреннюю поддержку. Смартфоны помнят все за нас, а ИИ-компаньоны подбирают идеальные ответы в чатах, избавляя от душевных усилий. Мы попали в ловушку «стерильного мира», где корпорации продают нам суррогат близости, а нейросети учатся любить нас «лучше», чем родные, друзья или партнеры.
Эта книга – не скучный научный трактат и не очередная пугалка про восстание машин. Здесь нет зауми, графиков и нудной философии – книга написана максимально простым языком и на понятных примерах из жизни.
«Любовь и роботы» – манифест для тех, кто не хочет окончательно разучиться чувствовать. Это путеводитель по миру, где самым смелым и бунтарским поступком становится решение просто остаться человеком – аналоговым, несовершенным, но живым.
Многие думают что искусственный интеллект превзойдя человечество захочет нас поработить, но что если это не так? Что если созданный защищать и охранять нас механизм будет изо всех сил пытаться сберечь человечество?
Выберите полку для книги