Подборка книг по тегу: "духи и призраки"

— Че за горе у тебя, Марина? — сделав «хоба» задней лапой, стал вылизываться, внутренне понимая, что вредные кошачьи повадки берут свое.
— Меня парень бросил, Сережа. А я его… его лю-ю-блу-у-у! — завыла, во всю варежку.
— За что любишь? — деловито спросил Кот, отвлекшись от важного дела, и облизнул розовым шершавым языком нос.
— Он такой красивый и…и…и
— Заело? Красивый, а дальше что? Подарки дарил, цветочки там всякие, ну что вы, бабы, любите? Стихи тебе читал, песни посвящал в лунную ночь? Подвиг совершил?
— Не-е-ет, — Марина призадумалась.

Алиса Ветрова реставрирует старые иконы и двадцать лет делает одно и то же: не видит. Не видит теней с лицами, рун на стенах города, трещин в лаке, сквозь которые смотрит другой мир.
Но когда на старом мосту падает Первая Печать и из разрыва лезет тварь, «не видеть» становится невозможно.
Дамиан Кэрр собран из пепла сгоревшего города триста лет назад. Ему дали форму, клятву и приказ: держи. Он не помнит, каково это — хотеть. Не помнит, каково это — быть живым. Не помнит даже собственного имени.
Алиса — потомок Ткачихи, создавшей Семь Печатей. Её кровь — ключ, за которым охотится тот, кто методично разрушает Печати и выпивает их силу. Следующая сгорит Третья. Печать Дамиана. Его существование.
Он встанет между ней и тьмой.
Она — первая за триста лет, кто не отвела взгляд.
«Пепел на твоей коже» — книга первая цикла «Семь Печатей». Городское фэнтези на грани любви и тьмы: расследование, древнее зло, вынужденная близость и герой, который учится быть живым.

Есть другая Россия. Не городов и дорог, а тайги, болот и гор. Здесь не ловит сотовая связь, но ловит душу нечто иное — древнее, незримое. Эта книга — не сборник сказок. Это следственная папка, заведённая на другую реальность.

Вы проедете с геологами по таёжному бездорожью и посреди гнуса и грязи встретите человека в идеально чистом костюме, которого не видит собака. Вы отправитесь в сплав по реке и будете петь песни у костра с призраком в спортивном костюме, которого не зафиксирует ни один фотоаппарат. Вы услышите, как ночью на глухом блокпосту кто-то поднимается по железной лестнице, оставляя снег нетронутым.

Вы зададите вопросы, на которые у науки нет ответов.

Настоящий сборник— это шокирующие свидетельства от людей трезвого ума: геологов, охотников, туристов, Это путешествие на край карты, а затем — на еще один шаг за её пределы, туда, где рушатся законы физики и вступают в силу древние, неписаные правила.

Эта книга, после которой вы не сможете спокойно смотреть на знако

Тайга не прощает глупостей и самоуверенности. И хранит много тайн и загадок. В этом сборнике — не выдумки, а хроники столкновений с тем, чему часто нет названия. Геологи, охотники, туристы, грибники — люди трезвого ума — рассказывают непостижимые вещи. Например, о том, как просека исчезала вместе с трактором, а следы вели в никуда. Как компас водил по кругу, пока не поняли: пространство согнулось в петлю. Здесь есть истории о «провалах» во времени, о призрачных голосах в радиоэфире из заброшенного посёлка, о старике без следов, уводящем за собой в чащобу на шесть часов. О дубовых листьях, принесённых из несуществующего леса. О ползущем живом камне. О том, что происходит, когда человек забывает поздороваться с Лесом, и Лес наглядно и доходчиво напоминает о себе.

Вы держите в руках не книгу страшилок. Вы держитесь за ручку двери. За ней — безлюдная глушь, в которой прячется неведомое. Непредсказуемое. Жуткое. Добро пожаловать. Обратной дороги нет.

Принято считать, что люди хозяева на своей земле. В доме, в лесу, на работе. Это самоуверенное заблуждение.

Рядом с нами, за тонкой, как лезвие ножа, гранью, обитают ОНИ. Не призраки из дешёвых ужастиков, а существа из плоти нашего подсознания, из древней памяти наших предков. Домовые, которые могут приударить за хозяйкой, банники, не прощающие неуважения, лесные духи, способные закружить человека в своём хороводе на шесть часов, которые покажутся вечностью, ночные соблазнители, после чьих ласк остаётся смертельная пустота.
Эта книга хроника контактов с потусторонним. Здесь есть трагедии, страсти, попытки мирного сосуществования с неведомым. Вы узнаете, как договаривались с Юрасиком, как выгоняли похотливую нежить и что происходит, когда человек решает, что ему мало обычного мира, и открывает дверь для того, кому нужна его энергия, его душа и его жизнь.
Добро пожаловать в мир, где у каждого угла есть свой хозяин. И дай вам Бог с ним не поссориться, а в борьбе - победить.

Есть другая Россия. Не городов и дорог, а тайги, болот и гор. Здесь не ловит сотовая связь, но ловит душу нечто иное — древнее, незримое. Эта книга — не сборник сказок. Это следственная папка, заведённая на другую реальность.
Вы проедете с геологами по таёжному бездорожью и посреди гнуса и грязи встретите человека в идеально чистом костюме, которого не видит собака. Вы отправитесь в сплав по реке и будете петь песни у костра с призраком в спортивном костюме, которого не зафиксирует ни один фотоаппарат. Вы услышите, как ночью на глухом блокпосту кто-то поднимается по железной лестнице, оставляя снег нетронутым.
Вы зададите вопросы, на которые у науки нет ответов.
Настоящий сборник— это шокирующие свидетельства от людей трезвого ума: геологов, охотников, туристов, Это путешествие на край карты, а затем — на еще один шаг за её пределы, туда, где рушатся законы физики и вступают в силу древние, неписаные правила.
Эта книга, после которой вы не сможете спокойно смотреть на знакомый лес.

Сумерки опускались на город неохотно, будто цеплялись за крыши домов, за острые шпили, за последние отблески дня. Мия шла домой привычной дорогой — через старый парк, мимо обветшалой ограды и дальше, вдоль узкой улочки, где фонари зажигались не все, а через один, оставляя длинные полосы темноты.

Сегодня воздух был особенно тяжёлым, будто впитал в себя чьи‑то невысказанные слова, и даже ветер, который обычно весело гнал по тротуару сухие листья, теперь шевелил их лениво, почти беззвучно. Мия куталась в шарф и старалась не смотреть в сторону кладбища — она всегда обходила его стороной, но сегодня короткий путь манил: хотелось поскорее оказаться дома, в тепле, среди знакомых вещей, где нет места ни страхам, ни странным предчувствиям.

И всё же она свернула к узкой тропинке, что вела мимо кованых ворот. Над ними висела табличка с полустёртой надписью, а за оградой тянулись ряды старых надгробий, потемневших от времени и дождей.

Ян попадает в интернат для трудных подростков, где за каждым шагом следят камеры, а странная система по имени Гелфирд знает о воспитанниках больше, чем они сами.

Вместе с Эвитой, Дином и Дьяволом Ян пытается понять, что на самом деле скрывается за стенами интерната. Но чем ближе они подбираются к правде, тем страшнее становится: Гелфирд — не человек, а система, созданная для изучения и контроля человеческой психики.

Здесь детей превращают в данные.

И если Ян узнает слишком много, следующим исчезнувшим может стать он.

Марине двадцать девять, и у неё самая скучная работа на свете: приезжать в расселённые дома и подписывать акт, что квартира окончательно пуста. Свет отключён, вода перекрыта, жилец давно выписан — остаётся поставить подпись и уехать. Но в квартире, где месяц никто не живёт, на плите стоит тёплый чайник. Печать на двери цела. А календарь на стене оборван на число, которое ещё не наступило. Чем ближе снос последнего квартала к концу, тем чаще расселённые жильцы возвращаются туда, где по документам их давно нет. И чем глубже Марина копает архивы, тем яснее понимает: кто-то десятилетиями переписывал не адреса — переписывал саму судьбу. Артём приехал от застройщика, чтобы закрыть вопрос и подписать смету. Вместо этого он — единственный, кто не считает её сумасшедшей. Потому что пятнадцать лет назад он уже видел нечто похожее — в другом городе, в ночь, когда потерял мать, — и с тех пор ищет ответ. А потом в старом архиве Марина находит ордер на квартиру, где её семья никогда не жила.

Даже в самый светлый и уютный праздник случаются страшные вещи. Но пан Ярик и Чита смогут сделать этот день лучше для маленького призрака.