Книги по тегу «ссср»: ""
1960 год. Освоение целины. Комсомолка Зина Громова приезжает на поля, где вместо обещанных морей кукурузы — только выжженная земля. Но на самом дальнем участке, у старого оврага, она находит клочок живой зелени. И там же, в полуденный зной, встречает Полуденника — духа ветра с глазами, светящимися золотом.
Он предлагает ей договор: урожай для всего поля в обмен на её самый дорогой час. Зина соглашается, ещё не зная, что степь умеет хранить тайны — но однажды потребует своё.
Он предлагает ей договор: урожай для всего поля в обмен на её самый дорогой час. Зина соглашается, ещё не зная, что степь умеет хранить тайны — но однажды потребует своё.
Москва.
Фестиваль молодёжи и студентов перевернул город. Москва гудела, как растревоженный улей. На улицах — африканцы в пёстрых одеждах, кубинцы с сигарами, француженки в коротких платьях. Мы, студенты филфака, бегали за ними с блокнотами, практиковали английский, француз, какой могли.
Я познакомилась с ним в кафе на Арбате. Лёша — высокий, худой, в очках в роговой оправе, с вечно растрёпанными волосами. Он говорил по-английски лучше всех нас, и именно к нему подошла девушка из Бразилии с огромными карими глазами. Они разговорились, а я сидела рядом и пила тёплый кофе из гранёного стакана, и сердце у меня сжималось от какой-то странной, кислой тоски.
У меня была комната в общежитии на Ленинских горах, крошечная, на двоих, но соседка уехала к родителям на выходные. Я сказала ему: «Пойдём ко мне»...
Фестиваль молодёжи и студентов перевернул город. Москва гудела, как растревоженный улей. На улицах — африканцы в пёстрых одеждах, кубинцы с сигарами, француженки в коротких платьях. Мы, студенты филфака, бегали за ними с блокнотами, практиковали английский, француз, какой могли.
Я познакомилась с ним в кафе на Арбате. Лёша — высокий, худой, в очках в роговой оправе, с вечно растрёпанными волосами. Он говорил по-английски лучше всех нас, и именно к нему подошла девушка из Бразилии с огромными карими глазами. Они разговорились, а я сидела рядом и пила тёплый кофе из гранёного стакана, и сердце у меня сжималось от какой-то странной, кислой тоски.
У меня была комната в общежитии на Ленинских горах, крошечная, на двоих, но соседка уехала к родителям на выходные. Я сказала ему: «Пойдём ко мне»...
Магическая школа "Доверие", расположенная на огромной космической станции, продолжает свой бесконечный путь через галактики. Она набирает новых учеников и преподавателей в разных мирах, исследует и изобретает. Но само ее существование бесит силы, стоявшие за Конклавом Магов, низводящие магию до балаганных фокусов во многих вселенных. Ведь кто-то осмелился пойти против их воли! И землянам придется бороться за свое существование - впереди их ждут новые сражения и новые находки.
В высокоразвитом СССР далёкого будущего находят попаданца из 1941 года параллельного мира с фотокопиями документов, подтверждающих намерение Германии напасть на Советский Союз 22 июня. Как помочь руководству этого государства отодвинуть агрессию, чтобы завершить подготовку страны к большой войне? Для решения проблемы в прошлом оказываются участники Первой межзвёздной экспедиции и офицер сухопутных сил. Героям везёт, двигаясь в поезде на Москву, они задерживают матёрого уголовника, тяжело ранившего ординарца, армейского комиссара 1-го ранга Л. З. Мехлиса. Этот влиятельный человек обеспечивает им встречу с самим Сталиным, чтобы попытаться изменить ход исторических событий и пустить в нужном направлении. Вместе с тем, лидер советского государства просит командира группы генерала Долгорукова выполнить ряд очень трудных и ответственных поручений. По плечу ли всё окажется явившимся в этот мир?
Главные герои: советские учителя и школьники, жители советского городка в Подмосковье; в конце книги – бывшие одноклассники, выросшие и изменившиеся, встретившиеся через много лет в изменившейся стране.
Место и время действия: СССР, 80-е годы XX века; США (одна глава); Россия, 90-е годы XX века (последние главы).
Место и время действия: СССР, 80-е годы XX века; США (одна глава); Россия, 90-е годы XX века (последние главы).
Обычная жизнь в таежном поселке течет размеренно, пока однажды в ней не появляется чужак. Слесарь Михаил Волгин давно бежит от своего прошлого, сменив удостоверение следователя на гаечный ключ. Но когда он случайно становится свидетелем преступной схемы, в которую втянута наивная девушка-диспетчер, его профессиональная хватка берет верх над желанием оставаться в тени. Он знает, чем заканчиваются такие истории. И он не может пройти мимо.
Дмитрий Ковалёв — 34-летний программист из XXI века. После авиакатастрофы он приходит в себя в июне 1979 года в теле двадцатидвухлетнего колхозника.
Никакого интернета, смартфона и привычных технологий. Зато у Дмитрия есть то, чего нет ни у кого вокруг, — знания будущего.
Получив доступ к советской ЭВМ, он решает применить опыт программиста для автоматизации колхоза. Но очень скоро понимает: создать программу проще, чем заставить работать советскую бюрократию.
Теперь ему предстоит изменить не только сельское хозяйство, но и сам ход истории.
Прошлое уже написано. Но у Дмитрия есть шанс переписать его.
Никакого интернета, смартфона и привычных технологий. Зато у Дмитрия есть то, чего нет ни у кого вокруг, — знания будущего.
Получив доступ к советской ЭВМ, он решает применить опыт программиста для автоматизации колхоза. Но очень скоро понимает: создать программу проще, чем заставить работать советскую бюрократию.
Теперь ему предстоит изменить не только сельское хозяйство, но и сам ход истории.
Прошлое уже написано. Но у Дмитрия есть шанс переписать его.
Вы думаете, герой остановится только на Олимпиаде-56 в Кортине-д'Ампеццо?
Вы думаете, его холодный тренерский мозг ограничится спортом?
Вы ошибаетесь.
Лёд растаял. Но игра только начинается.
Теперь ставки выше. Противники опаснее. А поле битвы — не каток, а весь мир.
Что задумал читинский гений на этот раз? Какие козыри он вытащит из рукава? И готов ли Запад к тому, что Советский Союз снова сыграет на опережение?
Шахматы. Только теперь фигурами двигают не на доске, а в реальности.
Вы думаете, его холодный тренерский мозг ограничится спортом?
Вы ошибаетесь.
Лёд растаял. Но игра только начинается.
Теперь ставки выше. Противники опаснее. А поле битвы — не каток, а весь мир.
Что задумал читинский гений на этот раз? Какие козыри он вытащит из рукава? И готов ли Запад к тому, что Советский Союз снова сыграет на опережение?
Шахматы. Только теперь фигурами двигают не на доске, а в реальности.
1986 год. Чернобыль. Советский Союз ещё кажется вечным.
Эраст Мартвили уже знает, что это не так.
Потому что однажды он прожил эту жизнь до конца.
Теперь ему снова двадцать три. Его товарищи, которых он когда-то потерял, снова живы. У него снова есть семья, молодость и страна, которой ещё только предстоит пройти через перестройку, распад, войны и девяностые.
Но за второй шанс приходится платить.
Спасая экипаж, Эраст теряет небо. Медицинская комиссия навсегда закрывает ему дорогу в кабину, и бывшему военному лётчику приходится заново решать, кем быть.
Он не собирается спасать Советский Союз.
Не собирается становиться политиком.
И уж точно не собирается строить промышленную империю.
Эраст хочет одного — на этот раз прожить свою жизнь правильно.
Сначала это означает несколько тонн старого немецкого оборудования, собранного по закрывающимся мастерским ГДР.
Потом — маленький автосервис в Тбилиси.
Потом — разбитая Toyota Celsior, которую он собирался всего лишь восстановить для с
Эраст Мартвили уже знает, что это не так.
Потому что однажды он прожил эту жизнь до конца.
Теперь ему снова двадцать три. Его товарищи, которых он когда-то потерял, снова живы. У него снова есть семья, молодость и страна, которой ещё только предстоит пройти через перестройку, распад, войны и девяностые.
Но за второй шанс приходится платить.
Спасая экипаж, Эраст теряет небо. Медицинская комиссия навсегда закрывает ему дорогу в кабину, и бывшему военному лётчику приходится заново решать, кем быть.
Он не собирается спасать Советский Союз.
Не собирается становиться политиком.
И уж точно не собирается строить промышленную империю.
Эраст хочет одного — на этот раз прожить свою жизнь правильно.
Сначала это означает несколько тонн старого немецкого оборудования, собранного по закрывающимся мастерским ГДР.
Потом — маленький автосервис в Тбилиси.
Потом — разбитая Toyota Celsior, которую он собирался всего лишь восстановить для с
"Скелет‑Дмитрий всё ещё смотрел на Мишу, а затем прогремел его голос:
– Позор!
Металлический палец вождя медленно поднялся, указывая на Мишу.
– Позор! – повторил он, и его голос зазвучал с новой силой, усиленный эхом двора.
И тут же, как по команде, десятки рук взметнулись вверх. И теперь десятки пальцев указывали на дрожащего мальчика. Для Миши пальцев было бесконечное число. И грянул громкий хор голосов:
– Позор! Позор! Позор!
Хор был ритмичный, синхронный, беспощадный.
С каждым звуком Миша дрожал ещё сильнее, как лист на ветру, и его колени подкосились.
А потом, слеза скатилась по его щеке."
Примечания автора: "Дружина Иваныча" - не самостоятельное произведение, а часть романа "Ожившие по ошибке".
– Позор!
Металлический палец вождя медленно поднялся, указывая на Мишу.
– Позор! – повторил он, и его голос зазвучал с новой силой, усиленный эхом двора.
И тут же, как по команде, десятки рук взметнулись вверх. И теперь десятки пальцев указывали на дрожащего мальчика. Для Миши пальцев было бесконечное число. И грянул громкий хор голосов:
– Позор! Позор! Позор!
Хор был ритмичный, синхронный, беспощадный.
С каждым звуком Миша дрожал ещё сильнее, как лист на ветру, и его колени подкосились.
А потом, слеза скатилась по его щеке."
Примечания автора: "Дружина Иваныча" - не самостоятельное произведение, а часть романа "Ожившие по ошибке".
Выберите полку для книги