Подборка книг по тегу: "эмоции"

На роскошной яхте Тимур Громов собирается объявить гостям пол будущего ребёнка. Рядом с ним юная любовница, а в центре внимания торт, приготовленный лучшим кондитером города.
Только Тимур ещё не знает, что этот кондитер — его жена.
Василиса Громова двадцать лет была удобной: идеальной супругой, надёжным тылом и женщиной, которая отказалась от мечты ради ресторанной империи мужа. Но когда вместо командировки в Казань она находит Тимура на палубе, с рукой на беременном животе любовницы, боль быстро превращается в холодную ярость.
Он ждёт истерики, скандала и слёз.
А получает безупречный срез трёхъярусного торта, кислотно-синий бисквит и кусок десерта, припечатанный к дорогому итальянскому пиджаку.
Завтра Василиса подаст на развод. Сегодня она уходит из чужой жизни — с ножом шефа, прямой спиной и фразой, после которой гости ещё долго будут вспоминать этот праздник:
— Улыбайся, гад! У вас будет мальчик.

Она — полная девушка, давно привыкшая к тихой и одинокой жизни в маленькой деревне. Но всё меняется, когда на пороге внезапно появляется её бывший — страстный, горячий и такой знакомый. Несколько дней безудержной, жаркой страсти, долгих ночей и её возвращения к жизни… Давайте посмотрим, что из этого выйдет ?

Она переехала в новый дом, чтобы начать жизнь с чистого листа. Но вместо спокойствия получила невыносимого соседа, владельца кофейни напротив, который почему-то получает удовольствие от того, что выводит её из себя.
Зато по вечерам Варя разговаривает с Fox — незнакомцем из приложения для анонимных голосовых сообщений. Его голос успокаивает, его слова заставляют улыбаться, а рядом с ним она впервые за долгое время может быть собой.

Катерина Анатольевна считает себя серьезной девушкой, совершенно не совершающей глупости. На самом деле это немного странная, романтичная особа, хранящая свою девственность для одного-единственного. Она мечтает о большой семье, и отчаянно пытается обрести свое счастье. Вот только перед свадьбой ее бросает жених, ведь Катя бесплодна...
Девушка впадает в депрессию и решает, что не предназначена для любви и семьи. Катя начинает искать мужчину для встреч без обязательств.

- У вас паспорт с собой? - спросила Катя. - И справки. Ну... От врача.
- Прямо сейчас?
Девчонка странная, но симпатичная.
- Я обстоятельно подхожу к делу, - она сцепила пальцы, будто читала лекцию.
- Может, ещё справку с работы? Ну, что я ответственный работник?
- А у вас есть?
Чем дальше, тем интересней.
- Я так-то шутил...

БЕСПЛАТНО!
ОДНОТОМНИК
ХЭ

— Скажи, чтобы я остановился, — прохрипел он, вжимая меня в стол переговорной.
— Нет, — выдохнула я, царапая его спину до крови.

Шесть лет назад он бросил меня умирать.
Теперь он — царь и бог частной клиники, а я единственный хирург, способный спасти его дочь.
Я согласилась на операцию, но моя цена — ребёнок, его племянник, его кровь, мой сын.

Я хотела мести. Но ненависть вспыхнула таким пожаром, что задымились даже стерильные простыни.

Смотрю на шикарного альфача с модной стрижкой и медовым взглядом...
С вожделением думаю:"Вот это экземпляр!" Но…
Удивленное восклицание брутала: “Это ты?!” - леденит мою душу.
В голове, как пуля, пролетает мысль:
“Где, когда и при каких обстоятельствах мы могли познакомиться?
И если такое было, то почему он меня помнит, а я его нет?”
В этот момент я еще не знаю, что правда оглушит меня так же как и брутала…

— Это ваш лучший врач? — кокетливо улыбнулась она и закинула ногу на ногу. — Могу я с ним побеседовать?
Соблазнительно прикусывает нижнюю губу, откровенно показывая всем своим видом, что рада видеть перед собой мужчину.
Зрачки расширены. Даже слишком.
— Да она же под кайфом! — восклицаю я. — Почему она все ещё тут? И причём здесь я? Нарколога зовите — это по его части.
Поднимаюсь, чтобы пройти к выходу, но она хватает меня за рукав и дергает на себя. Потеряв равновесие, почти накрываю ее собой, уперевшись руками по обе стороны от ее головы.
Вот только…

- Катерина, брось биту! Не делай этого-го-о…
Крик мужа тонет в визге сигнализации ренджа.
Из окна ванной второго этажа раздается отборный русский мат.
- Ты тронулась умом! - орёт муж. - Прекрати крушить машину.
Показываю Петьке средний палец.
- Ну, зараза, ты у меня ещё поплачешь, - грозит кулаком голый муж.
- А вот это видал, - сгибаю руку в локте и поверх кладу биту. - Блондинки не плачут! Они мстят!
- Катюша, давай поговорим, как взрослые люди…
- Петюня, как взрослые люди мы встретимся в суде, - говоря, кидаю спичку на дорожку разлитого бензина рядом с мерседесом любовницы мужа.
Пока огненная змейка бежит к её авто, я выхожу из двора моего бывшего семейного гнездышка.
Сажусь в свой поршак и с мыслью: “В 45-ть жизнь только начинается!” - врубаю Рамштайн и вжимаю педаль газа в полик.

Он — поэт, который терпеть не может День поэзии. Она — пиарщица, обязанная сделать так, чтобы он его полюбил. Условия контракта: 21 день она его тень. Молчать. Слушать. Не задавать вопросов. Но когда в ночном трамвае под его голос у неё перехватило дыхание, а на крыше небоскрёба он коснулся её губ, правил больше не осталось. Есть только он и она. Поэт и его личный праздник, от которого невозможно оторваться. Честно, будоражит, трогает до мурашек — эта химия сильнее любых рифм.

— Красный цвет чертовски вам идет, Полина, — хрипло прошептал он, обжигая шею своим дыханием. — Вы в нем такая сочная. Но еще больше вам идет эта ваша растерянность.
Я почувствовала, как по телу пробежала волна бешеной дрожи. Сердце отчаянно колотилось в груди. Я была взрослой, уверенной в себе девушкой, но в руках этого мужчины я плавилась, как воск.
Страсть, вспыхнувшая между нами за эти несколько минут, была настолько осязаемой и плотной, что ее, казалось, можно было потрогать руками. И самое пугающее — я не хотела, чтобы этот танец заканчивался.