Подборка книг по тегу: "эмоции"

Смотрю на шикарного альфача с модной стрижкой и медовым взглядом...
С вожделением думаю:"Вот это экземпляр!" Но…
Удивленное восклицание брутала: “Это ты?!” - леденит мою душу.
В голове, как пуля, пролетает мысль:
“Где, когда и при каких обстоятельствах мы могли познакомиться?
И если такое было, то почему он меня помнит, а я его нет?”
В этот момент я еще не знаю, что правда оглушит меня так же как и брутала…

- Катерина, брось биту! Не делай этого-го-о…
Крик мужа тонет в визге сигнализации ренджа.
Из окна ванной второго этажа раздается отборный русский мат.
- Ты тронулась умом! - орёт муж. - Прекрати крушить машину.
Показываю Петьке средний палец.
- Ну, зараза, ты у меня ещё поплачешь, - грозит кулаком голый муж.
- А вот это видал, - сгибаю руку в локте и поверх кладу биту. - Блондинки не плачут! Они мстят!
- Катюша, давай поговорим, как взрослые люди…
- Петюня, как взрослые люди мы встретимся в суде, - говоря, кидаю спичку на дорожку разлитого бензина рядом с мерседесом любовницы мужа.
Пока огненная змейка бежит к её авто, я выхожу из двора моего бывшего семейного гнездышка.
Сажусь в свой поршак и с мыслью: “В 45-ть жизнь только начинается!” - врубаю Рамштайн и вжимаю педаль газа в полик.

— Скажи, чтобы я остановился, — прохрипел он, вжимая меня в стол переговорной.
— Нет, — выдохнула я, царапая его спину до крови.

Шесть лет назад он бросил меня умирать.
Теперь он — царь и бог частной клиники, а я единственный хирург, способный спасти его дочь.
Я согласилась на операцию, но моя цена — ребёнок, его племянник, его кровь, мой сын.

Я хотела мести. Но ненависть вспыхнула таким пожаром, что задымились даже стерильные простыни.

"Хочу наблюдать за окнами Стервы, которые зажглись совсем недавно, видимо только вернулась домой.
Хочу подняться к ней, но не спешу, я ведь свалил с вечеринки и на самом деле бродил по городу, пока не забрёл сюда. Ноги сами к ней несут, я уже с этим не справляюсь.
Ещё две затяжки и бычок летит на тротуар.
Пошло оно всё.
Пора признаться себе, что я – это я. Артём Юринов никогда никого не слушает. Он делает то, что хочет.
А сейчас я хочу её."

На роскошной яхте Тимур Громов собирается объявить гостям пол будущего ребёнка. Рядом с ним юная любовница, а в центре внимания торт, приготовленный лучшим кондитером города.
Только Тимур ещё не знает, что этот кондитер — его жена.
Василиса Громова двадцать лет была удобной: идеальной супругой, надёжным тылом и женщиной, которая отказалась от мечты ради ресторанной империи мужа. Но когда вместо командировки в Казань она находит Тимура на палубе, с рукой на беременном животе любовницы, боль быстро превращается в холодную ярость.
Он ждёт истерики, скандала и слёз.
А получает безупречный срез трёхъярусного торта, кислотно-синий бисквит и кусок десерта, припечатанный к дорогому итальянскому пиджаку.
Завтра Василиса подаст на развод. Сегодня она уходит из чужой жизни — с ножом шефа, прямой спиной и фразой, после которой гости ещё долго будут вспоминать этот праздник:
— Улыбайся, гад! У вас будет мальчик.

Борьба характеров продолжается и впереди ещё много испытаний для наследников клана. Смогут ли они выдержать или клан рухнет, чтобы больше никогда не возродиться?

Станислава не представляла, чем окажется для неё исполнение мечты детства стать хирургом-ортопедом. В итоге, уничтоженную морально и лишённую всего, её вышвыривает на улицу сестра, и ничего не остаётся, кроме как переехать в деревню.
Равнодушно проживая день за днём, Стася неожиданно встречает того, чья судьба нисколько не легче её собственной. Кому, однажды, сможет сказать:
в твоих руках моё спасение.

– Как вы знаете, у нас с вашим мужем… хм… как это сказать…
– Связь? Интрижка? Адюльтер? – подсказываю я.
– Роман… – она всё-таки подбирает нейтральное словечко. – И у нас все очень серьезно, а тут вы...
Меня накрывает злость. Ее послушать, так я самым бессовестным образом мешаю несчастным влюбленным наслаждаться жизнью.
– Ах, вы любите друг друга? Прекрасно! Я здесь при чем?..
– Я прошу не препятствовать нашим чувствам и отойти в сторону… Отпустите его, дайте нам счастья!
– Да забирайте! Мне такого добра не надо! Только вот объясните, если у вас такая большая любовь, почему Сергей уговаривал меня остаться и называл ваш роман недоразумением?..
– Серж не мог такого сказать!
Серж?
Божечки, как же это вульгарно и пошло звучит.
– Но именно так он и сказал вчера.
– Вчера?.. Вчера вечером Серж был со мной… Могу показать нашу переписку… – она открывает телефон.
Я стараюсь не смотреть, но все же замечаю аватарку мужа и одно-единственное слово «еду».
В сердце будто нож воткнули.

Она не говорит. Он не слышит. Их диалог — только стук мяча. Ника потеряла голос после трагедии, Матвей оглох после операции. В полуподвальном клубе он видит её игру — и впервые за годы слышит музыку. Пари: он создаст нейросеть для её ударов, она научит его чувствовать теннис телом. Но когда тактильные подсказки становятся опаснее любого касания, в их безмолвном мире рождается чувство, для которого слова не нужны. Честно, трогает до слёз, будоражит — не оторваться.

Он — поэт, который терпеть не может День поэзии. Она — пиарщица, обязанная сделать так, чтобы он его полюбил. Условия контракта: 21 день она его тень. Молчать. Слушать. Не задавать вопросов. Но когда в ночном трамвае под его голос у неё перехватило дыхание, а на крыше небоскрёба он коснулся её губ, правил больше не осталось. Есть только он и она. Поэт и его личный праздник, от которого невозможно оторваться. Честно, будоражит, трогает до мурашек — эта химия сильнее любых рифм.