Книги в жанре «Романы о молодых героях»
В Донецке странная эпидемия амнезии. По городу все больше ходит беспамятных – людей, не помнящих ни своего имени, ни адреса. Одновременно власти начинают компанию по сносу памятников героям войны. Ребята из организации «Бессмертный полк» пытаются разобраться в этой странной цепи событий, и следы ведут… в прошлое, в страшные годы немецко-фашистской оккупации.
-Раз уж так принципиально, в какой день она должна помереть, то, возможно, если уберечь её от всех опасностей, смерть от неё отстанет. Пока, вроде, получается. А значит, я должен продолжать. Нельзя упустить хотя бы такой возможности! Нужно просто довести её до границы следующего дня. Не дать ей умереть до полуночи. Должно сработать!
-«Должно»? – Руби начал заливаться смехом, но резко оборвавшись, задумался и обратился к Роме. – А знаешь, я никогда не думал об этом в таком ключе. Кто знает, что из этого выйдет? Но погоди, правильно ли я тебя понял? Ты хочешь поспорить с самой Судьбой?
-Да, хочу! – Рома набрал воздуха в грудь и поправил себя: - Нет, я СДЕЛАЮ это! Раз уж так, я поспорю с Судьбой! Смейся, сколько влезет. Мне плевать, насколько глупо это звучит. Мне плевать, слышит ли меня твоя «Судьба» или нет, разумна ли она и существует ли вообще. Я сделаю всё, что в моих силах! И раз уж она так настойчива, я брошу ей вызов! Я буду с ней спорить снова и снова. Я заставлю её уступить!
-«Должно»? – Руби начал заливаться смехом, но резко оборвавшись, задумался и обратился к Роме. – А знаешь, я никогда не думал об этом в таком ключе. Кто знает, что из этого выйдет? Но погоди, правильно ли я тебя понял? Ты хочешь поспорить с самой Судьбой?
-Да, хочу! – Рома набрал воздуха в грудь и поправил себя: - Нет, я СДЕЛАЮ это! Раз уж так, я поспорю с Судьбой! Смейся, сколько влезет. Мне плевать, насколько глупо это звучит. Мне плевать, слышит ли меня твоя «Судьба» или нет, разумна ли она и существует ли вообще. Я сделаю всё, что в моих силах! И раз уж она так настойчива, я брошу ей вызов! Я буду с ней спорить снова и снова. Я заставлю её уступить!
Практически сразу вслед за мной вышел и Павел. Остановился плечом к плечу со мной и, прикурив сигарету, закрыл глаза.
– Ты же не куришь?! – в удивлении воскликнула я.
– Не курю, – спокойно подтвердил Неверов, так и не открывая глаз. – Но когда нервы шалят, могу себе позволить.
– И как? Помогает?
– Не сказал бы, чтобы очень помогало, но отвлекает, – наконец-то открыв свои омуты, и внимательно посмотрев на меня, ответил сосед, делая очередную затяжку.
– Поделишься?
– Еще чего? Самому мало. К тому же, я не люблю курящих девушек.
– Так и я не твоя девушка, – парировала я.
– Эту оплошность можно легко исправить, – с легкой улыбкой отбил мужчина.
– Уверен, что тебе такое «счастье» надо? – принимая правила его игры, спросила я.
Я ведь действительно тогда подумала, что он шутит!
– Уверен.
– А вот я – нет.
– Обоснуй, почему нет?
– Потому что ты для меня слишком заурядный! – с улыбкой ответила я и зашагала обратно в клуб.
– Ты же не куришь?! – в удивлении воскликнула я.
– Не курю, – спокойно подтвердил Неверов, так и не открывая глаз. – Но когда нервы шалят, могу себе позволить.
– И как? Помогает?
– Не сказал бы, чтобы очень помогало, но отвлекает, – наконец-то открыв свои омуты, и внимательно посмотрев на меня, ответил сосед, делая очередную затяжку.
– Поделишься?
– Еще чего? Самому мало. К тому же, я не люблю курящих девушек.
– Так и я не твоя девушка, – парировала я.
– Эту оплошность можно легко исправить, – с легкой улыбкой отбил мужчина.
– Уверен, что тебе такое «счастье» надо? – принимая правила его игры, спросила я.
Я ведь действительно тогда подумала, что он шутит!
– Уверен.
– А вот я – нет.
– Обоснуй, почему нет?
– Потому что ты для меня слишком заурядный! – с улыбкой ответила я и зашагала обратно в клуб.
— Это все, — произнес он спокойно и сухо, будто сообщал о сломанном карандаше, а не о конце двухлетней истории. — Нас больше нет. И никогда не будет.
Но Олегу, видимо, было мало просто растоптать мое сердце. Ему нужно было втоптать меня в грязь. Унизить перед всеми.
И он выбрал для этого самый подходящий момент и место. Людную университетскую столовую. Где каждый мог стать свидетелем моей боли.
— Ты что думала? Что я буду любить тебя вечно? — с издевательской насмешкой спросил Олег. Каждое его слово впивалось в меня, как осколок стекла. — Малышка, я не собираюсь связывать себя этими вечными узами любви. Я хочу развлекаться. Жить на полную катушку, — продолжал он, смак каждое унижение, наслаждаясь моей агонией.
— Хватит! — закричала я, заглушая тихий всхлип и еле сдерживая вторую, еще более мощную волну накативших слез. Горло сдавило, словно стальным обручем.
— Я только разогрелся, — с гадкой ухмылкой на лице ответил он. Глядя на меня, как на надоедливую муху.
Но Олегу, видимо, было мало просто растоптать мое сердце. Ему нужно было втоптать меня в грязь. Унизить перед всеми.
И он выбрал для этого самый подходящий момент и место. Людную университетскую столовую. Где каждый мог стать свидетелем моей боли.
— Ты что думала? Что я буду любить тебя вечно? — с издевательской насмешкой спросил Олег. Каждое его слово впивалось в меня, как осколок стекла. — Малышка, я не собираюсь связывать себя этими вечными узами любви. Я хочу развлекаться. Жить на полную катушку, — продолжал он, смак каждое унижение, наслаждаясь моей агонией.
— Хватит! — закричала я, заглушая тихий всхлип и еле сдерживая вторую, еще более мощную волну накативших слез. Горло сдавило, словно стальным обручем.
— Я только разогрелся, — с гадкой ухмылкой на лице ответил он. Глядя на меня, как на надоедливую муху.
Останусь тенью, отголоском эха средь изящных сосен,
Когда падет завеса, вновь исчезнет страх.
Ведь я смогу рукой тебя коснуться,
Оставь же поцелуй на одиноких призрачных губах…
Когда падет завеса, вновь исчезнет страх.
Ведь я смогу рукой тебя коснуться,
Оставь же поцелуй на одиноких призрачных губах…
Участвует в конкурсе:
Я: Обычная девушка. Учусь. Люблю читать книги и слушать музыку. Тебе 22 или больше?
Он: Мне меньше, будет 21. А тебе? (только не говори, что у девушек не спрашивают).
Я: 20.
Он: Опиши себя.
Я: Серые глаза. Тёмно-русые волосы. Сейчас окрасилась в рыжий. Давай завтра поговорим. Мне рано вставать.
Он: Мое описание совпадает, только я не крашусь.
Он: Мне меньше, будет 21. А тебе? (только не говори, что у девушек не спрашивают).
Я: 20.
Он: Опиши себя.
Я: Серые глаза. Тёмно-русые волосы. Сейчас окрасилась в рыжий. Давай завтра поговорим. Мне рано вставать.
Он: Мое описание совпадает, только я не крашусь.
Он – непослушный, язвительный и малообщительный «дикий кот». Вечно ищет себе приключения на одно место.
Она – добра, оптимистична и терпелива по отношению к нему. Она – его опора и поддержка, а вдобавок первая любовь.
Они почти закончили десятый класс и одновременно с этим, их родители сообщают, что им придется жить в разных городах. Как быть? Что же будет с их дружбой? Какие шаги они предпримут?
Она – добра, оптимистична и терпелива по отношению к нему. Она – его опора и поддержка, а вдобавок первая любовь.
Они почти закончили десятый класс и одновременно с этим, их родители сообщают, что им придется жить в разных городах. Как быть? Что же будет с их дружбой? Какие шаги они предпримут?
Йольский кот хитёр, опасен и всегда голоден. Один раз в году он пересекает границу Чёрного Вереска и в самую долгую ночь выбирается к людям. Любит кот полакомиться бездельниками и непослушными детьми.
По дороге к бабушке Ника знакомится со странным парнем, который ходит зимой в тонкой рубашке, носит ободок с волчьими ушами, а ещё утверждает, что живёт по соседству и знает, как избежать проблем с Йольским котом.
По дороге к бабушке Ника знакомится со странным парнем, который ходит зимой в тонкой рубашке, носит ободок с волчьими ушами, а ещё утверждает, что живёт по соседству и знает, как избежать проблем с Йольским котом.
Участвует в конкурсе:
Внезапный звонок посреди лета меняет привычное течение событий, и вот уже пять лучших подруг вместо зубрежки к ЕГЭ едут учиться в Америку! Вот только школа оказывается у черта на рогах, а всю ответственность за подруг взрослые перевешивают на их одноклассников. И не все из них дружелюбные ребята из голливудских фильмов.
Что делать? Вернуться назад к комфорту и спокойствию, которые так нужны выпускницам? Или продолжать учиться и исследовать новую реальность вопреки всему? А, может, снять маски и узнать, что же не так с этими кураторами?
Что делать? Вернуться назад к комфорту и спокойствию, которые так нужны выпускницам? Или продолжать учиться и исследовать новую реальность вопреки всему? А, может, снять маски и узнать, что же не так с этими кураторами?
Вилке Сергеевне чуждо творчество и сострадание к студентам. Необходимость организовать бал-маскарад ставит её в неловкое положение. Зато удачно играет на руку музыканту Лексе Муратову, прогулявшему все пары грымзы в семестре.
Только дерзость не спрятать под маской. Вилка начинает выяснять личность обаятельного инкогнито и догадывается, что лицо — далеко не всё, что он скрывает.
С юмором о настоящей любви🌹
Только дерзость не спрятать под маской. Вилка начинает выяснять личность обаятельного инкогнито и догадывается, что лицо — далеко не всё, что он скрывает.
С юмором о настоящей любви🌹
Выберите полку для книги