Книги в жанре «Романтическая эротика. ФЛР» по тегу «elfy»

Эсмеральда давно встала завсегдатаем дома удовольствий под названием "Двор Оберона". Но сколько времени потребуется, чтобы её присутствие начало вызывать беспокойство? Сотрудникам "Двора" - нельзя влюбляться. И эльф-раб по имени Радравэль - не исключение.

Я всего лишь устроила маленький шабаш с подругами-ведьмами, и хотела забыть о работе хотя бы на один вечер. Кто же знал, что утром я проснусь с чудовищным похмельем, пустой шкатулкой и полуголым эльфом на своём диване?

Как выяснилось, ночью я купила красавчика с лазурными глазами на десять дней, оплатила поездку на курорт «Ласковая устрица» и забронировала для нас домик для новобрачных. С одной большой кроватью. И программой «Любовная лихорадка без ограничений».

Вернуть деньги невозможно. Отменить договор тоже. Поэтому мне придётся провести отпуск с наглым эльфом, который спит исключительно голышом, без приглашения заходит ко мне в душ и называет своей сладкой ведьмочкой.

Ничего страшного. Я взрослая, разумная девушка и прекрасно умею держать себя в руках.

Главное — не смотреть ниже его пояса.

И ни в коем случае не влюбиться!

Милена обычная мошенница, притворяющаяся ведьмой, у которой иногда просыпается совесть.
В последнее время она очень популярна и из-за большого притока клиентов почувствовала опустошение.
Ей на почту пришло письмо с предложением отдохнуть на курорте «Эльфийские ласки».
Милену позабавила эта шутка, конечна она написала свои ненастоящие «ведьменские данные» и подтвердила свою поездку.
Всё равно ведьм не существует, магии нет, а пранк ей понравился.
К тому же оплату с неё попросили смехотворную — ведьменские оргазмы.
Только вот курорт оказался настоящим. Как и эльфы. Как и другой мир.
И платить тоже придётся.

Он — генерал, убийца её отца, холодный монстр с серыми глазами.
Она — его пленница, дочь врага, единственная, кого он не может убить.
Между ними ненависть, острая как клинок.
Но в темноте подземелья ненависть становится телом, становится прикосновением, становится тем, что нельзя назвать ничем, кроме как: одержимость.
Пять лет он смотрел издалека. Теперь он обладает ею.

Она сбежала из тьмы, чтобы стать добычей в ещё более тёмной игре.

Меня похитили и продали в Подземье — мир вечного сумрака, где правят жестокие дроу. Мне удалось сбежать из дворца, миновав ужасной участи стать жертвой ритуала. Но в светящихся лесах подземного мира меня уже ждали. Охотник. Безжалостный, опасный и пугающе красивый дроу, для которого я — всего лишь ценная добыча.

АННОТАЦИЯ:
Узнать об измене прямо во время отпуска — хуже некуда. Нырнуть в бассейн и вынырнуть в другом мире — похоже на бред. Но для меня это реальность. Трое братьев-эльфов, красавцев до дрожи, смотрят на меня так, будто я — их последняя надежда.

Королевская кровь призвала меня по древнему ритуалу. Цена вопроса: родить наследника от каждого из них, чтобы сохранить угасающий род.

Только я — не вещь. Я фельдшер, привыкла принимать решения сама и спасать жизни, а не быть инкубатором. Я не верю ни в судьбу, ни в предсказания. Но магия источника уже действует, и моё тело предаёт разум, отзываясь на их прикосновения. А они — трое разных, опасных и невыносимо притягательных мужчин — уверены, что я соглашусь.

Они ошибаются. Или нет?

Что может быть опаснее, чем носить в себе ребёнка, чьё происхождение оспаривают два безжалостных владыки тёмных эльфов?

Лилия — всего лишь пленница в роскошной клетке из кристаллов и лжи, живой приз в жестоком пари. Для них она — всего лишь сосуд, который разобьют, как только выполнит своё предназначение.

Запертая в сверкающих покоях, Лилия обнаруживает, что магия, вплетённая в самое её существо, начинает отзываться на её эмоции. Кристаллы, источник силы её тюремщиков, поют её болью и горят её яростью.

Чтобы выжить, ей придётся научиться лгать так искусно, чтобы её ложь стала правдой в глазах владык, и манипулировать так тонко, чтобы чужая ненависть стала её главным оружием.Готова ли она сыграть в эту игру, где проигрыш равен смерти, а победа может потребовать стать тем, кого она больше всего боится?

Я поймала грозу трех королевств, черного мага, от которого дрожат поджилки у всего совета. А папочка-король что сказал?
- Теперь он твой. Приручи мага. Ну или казни завтра.
Я точно не палач.
А мой ручной дроу язвительный, красивый, притягательный... истинный? Постойте, убийца и разрушитель?
Вы же что-то напутали, да?

В тексте есть:
❤️ - язвительный дроу, не теряющий присутствия духа даже если завтра казнят, но и если просто накормят, тоже ничего
🔥 - горячие сцены
🎁- драконица, которая присвоит себе этого мага, если раньше не лопнет от досады, конечно

Мы вышли к озеру. Вода в нём была тёмной, почти чёрной, и в ней отражались звёзды, которых в небе было втрое больше, чем я привыкла видеть. На берегу стоял второй эльф.
Он отличался от Кайлена, как ночь отличается от сумерек. Светлые, почти белые волосы падали ему на плечи свободными прядями. Телосложение было более плотным, плечи — шире, а в движениях чувствовалась сдержанная сила хищника. Глаза его оказались серо-голубыми, холодными, как зимнее небо, но когда он посмотрел на меня, в них мелькнуло что-то живое и голодное.
— Финаэ́ль, — представился он. Голос его был ниже, чем у Кайлена, с металлическим оттенком. — Я тоже ждал.
— Оба ждали? — я переводила взгляд с одного на другого, чувствуя себя нелепо в своём походном свитере и потёртых джинсах.
Финаэль усмехнулся:
— В Эльдарионе, когда душа зовёт двоих, это значит лишь одно. Ты — наша. А мы — твои.

Дом Тэвиона был сплетён из живых ветвей цветущего дерева. Внутри пахло жасмином и тёплым деревом. Он усадил меня на мягкое ложе, принёс воду в резной чаше, фрукты, хлеб. Я ела жадно, а он сидел напротив и просто смотрел. Не с осуждением. С нежностью. С тихим, терпеливым восхищением.
Я успела умыться, переодеться в чистую рубашку, которую он мне дал, — тонкую, шёлковую, пахнущую цветами, — когда дверь открылась.
Вошёл второй эльф. И если Тэвион был похож на музыку, то этот был похож на тишину после грозы. Серебристо-белые волосы, коротко остриженные. Резкие, точёные скулы. Глаза — глубокого фиалкового цвета, с тёмной каймой вокруг радужки. Тело — крепкое, подтянутое, с широкими плечами и длинными руками. На предплечье — тонкий шрам. Ему было тридцать лет.
— Аэрон, — представился он. Голос низкий, ровный, с хрипотцой. Страж Садов.
Он посмотрел на меня. Долго. Внимательно. Потом перевёл взгляд на Тэвиона, и между ними прошёл безмолвный разговор — быстрый, тёплый, привычный.
— Это она