Книги в жанре «Драма» по тегу «slozhnye-otnosheniya»
— Вероятность того, что Поляков Михаил Анатольевич является отцом Арсения и Арины Поляковых, равна нулю процентов, — растерянно оглашает судья.
— Шалава! — орет на весь зал суда мой бывший муж.
— Но как это возможно? — я в полной растерянности смотрю на судью, а потом на бывшего мужа.
— Светлана Александровна, а у вас было естественное зачатие? — немного смутившись, спрашивает судья.
— Нет, ЭКО, — я вопросительно смотрю на судью. — И донорский материал должен был быть мой и мужа.
— Ну, тогда я вам рекомендую обратиться в клинику, где вам делали ЭКО, и узнать, кто отец ваших детей.
— Шалава! — орет на весь зал суда мой бывший муж.
— Но как это возможно? — я в полной растерянности смотрю на судью, а потом на бывшего мужа.
— Светлана Александровна, а у вас было естественное зачатие? — немного смутившись, спрашивает судья.
— Нет, ЭКО, — я вопросительно смотрю на судью. — И донорский материал должен был быть мой и мужа.
— Ну, тогда я вам рекомендую обратиться в клинику, где вам делали ЭКО, и узнать, кто отец ваших детей.
– Римма – дизайнер, и она уже уходит, - продолжает настаивать на своем Виталик.
Все-таки он туповат, сколько я ни убеждала себя в обратном.
– Да нет, вы продолжайте. Отлично друг другу подходите, особенно в интеллектуальном плане, - благословляю любовников. – Лучше я уйду. Насовсем.
Разворачиваюсь и иду к лифту.
– Старуха, не горячись, – прилетает мне в спину. – Римма мне никто, а ты дорога…
– Как память, – заканчиваю за мужа, горько усмехаясь, и давлю на кнопку первого этажа.
___
Много лет я помогала делать карьеру мужу, не заботясь о собственном будущем. Но защищать тыл того, кто променял меня на молодую пустышку, я не согласилась – и осталась ни с чем.
Единственный ценный подарок бывшего мужа я ношу под сердцем, но он не знает об этом.
Рядом же постоянно маячит импозантный мужчина. Впрочем, у него тоже все сложно. Нужны ли мне его проблемы или стоит простить оступившегося супруга? Или лучше вообще послать мужчин лесом и растить ребенка одной?
Все-таки он туповат, сколько я ни убеждала себя в обратном.
– Да нет, вы продолжайте. Отлично друг другу подходите, особенно в интеллектуальном плане, - благословляю любовников. – Лучше я уйду. Насовсем.
Разворачиваюсь и иду к лифту.
– Старуха, не горячись, – прилетает мне в спину. – Римма мне никто, а ты дорога…
– Как память, – заканчиваю за мужа, горько усмехаясь, и давлю на кнопку первого этажа.
___
Много лет я помогала делать карьеру мужу, не заботясь о собственном будущем. Но защищать тыл того, кто променял меня на молодую пустышку, я не согласилась – и осталась ни с чем.
Единственный ценный подарок бывшего мужа я ношу под сердцем, но он не знает об этом.
Рядом же постоянно маячит импозантный мужчина. Впрочем, у него тоже все сложно. Нужны ли мне его проблемы или стоит простить оступившегося супруга? Или лучше вообще послать мужчин лесом и растить ребенка одной?
— Вера, мы должны вместе решить эту проблему. Он ненормальный, больной. Мне такой ребёнок не нужен. Просто сделай аборт и проблема решится.
Свекр и свекровь кивают головой в поддержку сына.
— Это вы все больные на голову, — вскрикиваю в слезах. — Говорите так, будто ребенка уже нет. А он есть! У него сердечко бьётся, он шевелится внутри...
— Раз так, то убирайся из моего дома! Мне дефектный ребёнок не нужен. Завтра подам на развод. И если всё же родишь этого урода, на алименты не рассчитывай!
* * *
Моя жизнь рушится, когда врачи ставят моему ещё нерожденному ребёнку страшный диагноз... Я думала, у меня есть крепкая опора в виде мужа, пока он не заявил, что такой малыш ему не нужен...
Свекр и свекровь кивают головой в поддержку сына.
— Это вы все больные на голову, — вскрикиваю в слезах. — Говорите так, будто ребенка уже нет. А он есть! У него сердечко бьётся, он шевелится внутри...
— Раз так, то убирайся из моего дома! Мне дефектный ребёнок не нужен. Завтра подам на развод. И если всё же родишь этого урода, на алименты не рассчитывай!
* * *
Моя жизнь рушится, когда врачи ставят моему ещё нерожденному ребёнку страшный диагноз... Я думала, у меня есть крепкая опора в виде мужа, пока он не заявил, что такой малыш ему не нужен...
— Алло, — голос мужа звучит недружелюбно.
— Лёшенька... Я...
— Ты что мне звонишь? — грубо перебивает он. — Тебе мать что-ли не сказала?
— О чём не сказала? — я стараюсь держаться спокойно, но голос предательски дрожит.
— О том, что я подал на развод. Мне уродина в качестве жены не нужна. Усекла? И не звони мне больше. Ты дура. Зачем в огонь полезла? Все выделывалась раньше, говорила, что меня в тебе только внешность привлекает... Доигралась. Ты без красивого личика ноль, никто, зеро.
* * *
Мы ехали с мужем на день рождение, когда увидели полыхающий в огне старый домик. В окне, я замечаю маленького мальчика и бросаюсь к нему на помощь... Не подозревая, что тем самым полностью переверну свою жизнь...
— Лёшенька... Я...
— Ты что мне звонишь? — грубо перебивает он. — Тебе мать что-ли не сказала?
— О чём не сказала? — я стараюсь держаться спокойно, но голос предательски дрожит.
— О том, что я подал на развод. Мне уродина в качестве жены не нужна. Усекла? И не звони мне больше. Ты дура. Зачем в огонь полезла? Все выделывалась раньше, говорила, что меня в тебе только внешность привлекает... Доигралась. Ты без красивого личика ноль, никто, зеро.
* * *
Мы ехали с мужем на день рождение, когда увидели полыхающий в огне старый домик. В окне, я замечаю маленького мальчика и бросаюсь к нему на помощь... Не подозревая, что тем самым полностью переверну свою жизнь...
— Что у вас с Таисией, сын?
— Ничего серьезного.
— Это безответственно. Полагаю, Валеевых не очень устраивает, что ты решил «поматросить и бросить» их единственную дочь.
Тая Валеева — как Барби. Охрененная, стройная блондинка с шелковистыми волосами до пояса. Её тело идеальное, мягкое и податливое, а что там внутри? Об этом не думал!..
— Ну, и что ты предлагаешь? — усмехаюсь. — Я её не люблю.
— Женись, а любовь придет…
— Отец… Помнишь, ты говорил, что просто физически не в силах полюбить другую женщину, кроме мамы?
— Помню, — он по-доброму улыбается. — Я однолюб.
В голове возникает образ красивой брюнетки. Запретный образ, мучительный. Потом снова Валееву представляю. Это как из огня в прохладную водичку окунуться.
— Я тоже однолюб, — киваю, поднимаясь. — Но, если это принципиально, могу жениться на Валеевой.
— Ничего серьезного.
— Это безответственно. Полагаю, Валеевых не очень устраивает, что ты решил «поматросить и бросить» их единственную дочь.
Тая Валеева — как Барби. Охрененная, стройная блондинка с шелковистыми волосами до пояса. Её тело идеальное, мягкое и податливое, а что там внутри? Об этом не думал!..
— Ну, и что ты предлагаешь? — усмехаюсь. — Я её не люблю.
— Женись, а любовь придет…
— Отец… Помнишь, ты говорил, что просто физически не в силах полюбить другую женщину, кроме мамы?
— Помню, — он по-доброму улыбается. — Я однолюб.
В голове возникает образ красивой брюнетки. Запретный образ, мучительный. Потом снова Валееву представляю. Это как из огня в прохладную водичку окунуться.
— Я тоже однолюб, — киваю, поднимаясь. — Но, если это принципиально, могу жениться на Валеевой.
– Уже передумала избавляться от гнёта отца? – спрашивает мужчина, приблизившись ко мне.
– А вы действительно можете помочь? – прижимаю к себе графин.
– Могу.
– А как именно? – спрашиваю осторожно.
– Заберу тебя к себе. Когда Громов угомонится, пойдешь куда захочешь.
Жить у незнакомца? Стрёмно. Но без решительных действий у меня ничего не изменится. Всё будет как всегда.
– А что вы хотите взамен?
– Родишь для меня ребёнка, – произносит небрежно, словно просит заказать бургер.
– А вы действительно можете помочь? – прижимаю к себе графин.
– Могу.
– А как именно? – спрашиваю осторожно.
– Заберу тебя к себе. Когда Громов угомонится, пойдешь куда захочешь.
Жить у незнакомца? Стрёмно. Но без решительных действий у меня ничего не изменится. Всё будет как всегда.
– А что вы хотите взамен?
– Родишь для меня ребёнка, – произносит небрежно, словно просит заказать бургер.
Мои руки дрожат. Глаза не верят в то, что видят. Две полоски. В третий раз! В третий раз я залетаю от него! Мало мне дочки, растущей без отца? А ведь в субботу состоится его свадьба. Его большая свадьба, которую я сама организовала для Кирилла и его невесты.
-Я ухожу, Мика! - дергаюсь от неожиданности, щипцы которыми я переворачивала мясо на сковороде с грохотом падают на пол, оставляя жирные пятна на паркете.
-Даже не поужинаешь? - напускаю на себя огорченный вид, - когда вернешься? - вижу что вид у него серьезный. Может на фирме что стряслось?
-Я ухожу навсегда, эту квартиру можешь оставить себе, - глупо хлопаю ресницами, в попытке переварить сказанное. Это шутка? Очень не похоже на то, но надежда, как говорится умирает последней.
-Ладно, - облизываю пересохшие губы, и отворачиваюсь, чтобы скрыть бурю внутри.
Я не ожидала, что муж меня предаст, и найдет на стороне то, что так хотел со мной. Он не думал, что я так просто отпущу его, но я не держала.
И никто из нас не представлял, что через пару лет нам снова предстоит встретиться в новых реалиях. С тайнами, с болезненной правдой, и опасными поворотами судьбы.
-Даже не поужинаешь? - напускаю на себя огорченный вид, - когда вернешься? - вижу что вид у него серьезный. Может на фирме что стряслось?
-Я ухожу навсегда, эту квартиру можешь оставить себе, - глупо хлопаю ресницами, в попытке переварить сказанное. Это шутка? Очень не похоже на то, но надежда, как говорится умирает последней.
-Ладно, - облизываю пересохшие губы, и отворачиваюсь, чтобы скрыть бурю внутри.
Я не ожидала, что муж меня предаст, и найдет на стороне то, что так хотел со мной. Он не думал, что я так просто отпущу его, но я не держала.
И никто из нас не представлял, что через пару лет нам снова предстоит встретиться в новых реалиях. С тайнами, с болезненной правдой, и опасными поворотами судьбы.
Я сижу в клубе с подругами. Обсуждаю очередное провальное свидание. Уже седьмое за месяц!
– Кристин, ты же самая Горячая Штучка на районе! – говорят подруги. – Может… свидания не клеятся, потому что ты влюблена в Матвея?
– Матвея?! Что за ерунда? – возмущаюсь я.
Упоминание лучшего друга коробит меня. Я жутко злюсь.
Матвей – мой давний дружище. И всё!
Да. Он – парень. И что?
К тому же… красавчик, богач и джентльмен.
– Тебе нужно встряхнуться, – советуют подруги. – Поцелуй взасос первого парня, который войдет в клуб! Слабо?
– Не слабо! Вот и поцелую! – отвечаю я с вызовом.
Кто же знал, что первым парнем, который войдёт в дверь, будет именно Матвей?!
Но спор есть спор!
Я жарко целую лучшего друга. И поцелуй меняет наши отношения навсегда.
– Кристин, ты же самая Горячая Штучка на районе! – говорят подруги. – Может… свидания не клеятся, потому что ты влюблена в Матвея?
– Матвея?! Что за ерунда? – возмущаюсь я.
Упоминание лучшего друга коробит меня. Я жутко злюсь.
Матвей – мой давний дружище. И всё!
Да. Он – парень. И что?
К тому же… красавчик, богач и джентльмен.
– Тебе нужно встряхнуться, – советуют подруги. – Поцелуй взасос первого парня, который войдет в клуб! Слабо?
– Не слабо! Вот и поцелую! – отвечаю я с вызовом.
Кто же знал, что первым парнем, который войдёт в дверь, будет именно Матвей?!
Но спор есть спор!
Я жарко целую лучшего друга. И поцелуй меняет наши отношения навсегда.
Подборка драм о сложных отношениях
Выберите полку для книги