Книги в жанре «Эротическая комедия» по тегу «ochen-emotsionalno»

— Лизавета Богдановна... Ой, вы со студентом.
— Ничего, он уже уходит.
— Я, вообще-то, её любовник, — одновременно со мной выдаёт Алик.
Прямо чувствую, как краска сходит с лица, а в горле резко пересыхает.
— Вы простите, Арсений Викторович, — оправдываюсь я перед ошарашенным мужчиной. — Это родственник. С очень своеобразным чувством юмора.
— Ну какой я родственник? У нас же не одна кровь, — фыркает Алик, всем своим видом показывая, что он думает о нашем "родстве". — А вы по какому поводу к Лизе, уважаемый?
Арсений только растерянно таращит глаза, а я пытаюсь перед ним объясниться:
— Он у нас болезный, вы извините ради Бога, — причитаю я. — Просто мальчику не хватает внимания.
— Ну какой я тебе мальчик, тигрица? — бессовестным образом Али закидывает мне руку на плечо и прижимает к себе за шею.

— Куда смотрят наблюдатели? — шторка, закрывающая кабинку, с шумом отъезжает в сторону. — Быстро покиньте кабинку!
— Но я... — пытаюсь что-то возразить, но мужчина затыкает мой рот поцелуем.
Такой наглости я никак не ожидала, поэтому не сразу сообразила, что делать в такой ситуации.
— Совсем уже обнаглели! — в проеме за спиной незнакомца уже собралась целая толпа, даже девушка в полицейской форме с автоматом нарисовалась. — Здесь люди приходят свой гражданский долг исполнять, а эти...
— Да отцепись ты! — кричу я, отталкивая наглеца. — Я его не знаю! Уберите его отсюда!

— Этого просто не может быть, — всхлипываю от ужаса и тру заплаканные глаза.
Плотнее запахиваю махровый халатик и пячусь назад под пронизывающим взглядом мужчины.
— Не переживай, принцесса, — Камаль Георгович нежно гладит меня по щечке. — Ты просто не отличила прикосновения, — влажно шепчет на ушко, и меня дрожь берет. — Но главное, что тебе понравилось.
— Да что вы такое говорите!? — взрываюсь, как помпочка для ванной.
Задыхаюсь от гнева и дикого мужского запаха его тела.
А пахнет свекор ментоловой свежестью и распутством.
— Совсем с ума сошли?
— Сошёл. По тебе. — Пылко прижимает к своей мощной и горячей груди. — И очень хочу продолжения.

— Горько! — ору я.
Невольно снова гляжу на щегла, сцепляюсь с ним взглядами, и, пока все вопят “Горько”, я читаю по его губам: “Сладко”.
Срываюсь с места и скрываюсь в ближайшем коридоре. Всего несколько секунд, и он оказывается за моей спиной.
— Пойдём, нас ждёт машина, — низким, порочным голосом говорит стервец.
— Кого нас? — отхожу я от первого шока. — Ты совсем юродивый? Телефон мой верни!
— Телефон? — спрашивает он так, будто запамятовал о такой малости, как чужая вещь в кармане. — Этот? Я тут полистал... Что это за мужики на фотках? Ты с ними спишь?
— Тебе то что до моей постели?
— Я же сказал, нас ждёт машина. И я хочу забраться в твою постель. Или пригласить тебя в мою. Поехали?

— Где мой кофе?! — голос босса гремит так, что, кажется, трясутся даже папки на полках.
Я подскакиваю так резко, что мой внушительный бюст чуть не выпрыгивает из декольте.
— Но… вы же сказали, что не хотите кофе! — лепечу я, краснея, как школьница.
Его взгляд падает на меня, пытающуюся выбраться из-за стола. Именно в этот момент я задеваю стопку бумаг, которые веером разлетаются по полу.
— Боже мой! — ахаю я, опускаясь на колени и начиная собирать бумаги. — Простите, пожалуйста!
— Стой! — неожиданно спокойно произносит босс. — Не двигайся.
Я замираю как статуя.
— Не надевай такую обтягивающую юбку, — босс почесывает подбородок, не сводя с меня взгляда.
— Что?! — я моментально вскакиваю с пола и упираю руки в бока. — Знаете, что? Вы законченный самодур! То вам подавай юбку-карандаш, то не надевай такую обтягивающую юбку! Вы уж сами определитесь чего хотите!
— А я уже определился, — он плавно, как хищник, идет ко мне, и мне становится не по себе.

— Отец тебя сдал на перевоспитание! — отрывисто чеканит этот огромный бугай, сжирающий моё ничтожное личное пространство. — Мне! — хищно скалится и губами ведёт по моей бьющей жилке на шее.
У меня аж пульс подскакивает!
— Да что вы несёте? Как это сдал? — всю трясет. Только не ясно: от злости или тотального перевозбуждения.
Ходячий тестостерон плохо влияет на мою падкую душу!
— Всё очень просто, птенчик, — нежно костяшками пальцев гладит по скуле. — Я сделаю из тебя послушную, — и жестко сминает мои губы в страстном поцелуе.
***
Мне, взрослой девушке, отец нашёл няньку. В лице своего сексапильного друга, который слюни на меня пускает, а я его ненавижу. Или уже нет...

Шаг, два... А на третий я застряла... Господи, я застряла, как Винни-Пух в норе у кролика. Ни туда и ни сюда.
— Красивый ракурс, — низкий, бархатный голос раздается очень неожиданно. 
Я с диким визгом дергаюсь и понимаю, что застряла еще плотнее в этой кроличьей норе. 
— Лучше не дергайся. Сейчас попробую тебя оттуда вытащить.
— Не подходите ко мне! — истерично кричу я. — Не прикасайтесь ко мне! Я буду кричать!
— Да на здоровье, — смеется незнакомец. — Будешь ждать, пока похудеешь, чтобы выбраться?
Чьи-то руки прикасаются к моей пятой точке, потому что только ее и видно из щели. 
— Руки вверх подними и не мотыляй ими, — слышу указания. — Чувствую себя бурлаком на Волге, которые тянут баржу.
— Вот и бросьте меня! Что вы ко мне привязались? — огрызаюсь я, но руки вверх поднимаю. — Может, я тут отдыхаю.
Да силища у моего неожиданного спасителя недюжинная. Пару рывков, и я оказываюсь в крепких объятиях очередного красавца. И откуда они берутся на мою голову?

— На сегодня клуб наш, Влад. Можете все быть свободны, — говорит Самаров.
— А чего ты такой охреневший, Игорь Маркович? — вскидываю бровь я.
— А ты забавная, Лера, — смеётся он.
— И ты забавный, — фыркаю, уперев руки в боки. — Ты думаешь, если у меня не получилось с одним мужиком, я должна сразу прыгать в постель другого? Губозакаточную машинку не принести?
— Ты нравишься мне всё больше, — хмыкает мужчина.
— У тебя странный вкус, — складываю руки на груди. — Не падаю ниц, минимум на сорок килограммов тяжелее, чем твои модели.
— Мой вкус никто не посмеет осудить. И если я хочу, чтобы ты была моей женщиной, ты ею будешь, — насмешливо смотрит на меня Самаров, и я понимаю, что попала.

Алиса влюбилась в мужчину своей мечты. Есть только одна проблема: он — отец её лучшей подруги. Теперь их ждёт набор неловких ошибок, жаркие тайные встречи и большой риск всё потерять. Страсть, против которой нет правил.

— Удалишь все фотографии из сети, — зло шипит Игнат Вересов, прижав меня к стене. — Если не дура, то ты сделаешь это.
Мне нечем дышать, но я из вредности продолжаю вырываться.
— Если вы согласитесь на мои условия, — сдавленно говорю я. — Никаких фотографий не будет.
— Ты бессмертная? — удивленно спрашивает мужчина, немного отодвигаясь и давая вздохнуть. — Ты мне выдвигаешь какие-то условия?
— Ну, вы же не хотите, чтобы вашим знакомством с Бесом заинтересовались правоохранительные органы? — распрямляю плечи и смотрю прямо в глаза владельцу сети ночных клубов, ресторанов.
Игнат смотрит на меня с интересом, а потом резко дергает меня на себя. Его горячие губы прикасаются к уху, а дыхание обжигает кожу.
— Хорошо, — шепчет он, вызывая неконтролируемый забег мурашек. — Поговорим об этом в другом месте.
Вздрагиваю, когда он слегка прикусывает мочку, и хватаюсь за лацканы пиджака Вересова, чтобы не свалиться в обморок.