Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «slushat-fentezi&page=3187»
— Зачем ты это делаешь? — спросила я.
— Потому что вы устали.
— Но ты не обязан.
Он поднял голову. В его аметистовых глазах не было ни покорности, ни страха. Только что-то, от чего мое сердце забилось быстрее.
— Я делаю это не потому, что обязан, — сказал он. — А потому, что вижу, как вам тяжело. Как вы несете все на себе. И я хочу помочь.
Я молчала, глядя на него. Его руки снова коснулись моей ноги, и по телу побежали мурашки.
— Аэрион...
— Да?
— А если я скажу, что не заслуживаю такой заботы?
Он наклонился и коснулся губами моего колена. Легко, невесомо, как касаются молитвы.
— Тогда я проведу остаток жизни, доказывая, что вы ошибаетесь.
Я выиграла его в споре — и не знала, что делать с живым трофеем. Но он опустился передо мной на колени не потому, что был рабом. А потому, что видел мою усталость, мою боль, мое одиночество — и хотел забрать их. Его прикосновения исцеляли. Его забота стала моим воздухом.
— Потому что вы устали.
— Но ты не обязан.
Он поднял голову. В его аметистовых глазах не было ни покорности, ни страха. Только что-то, от чего мое сердце забилось быстрее.
— Я делаю это не потому, что обязан, — сказал он. — А потому, что вижу, как вам тяжело. Как вы несете все на себе. И я хочу помочь.
Я молчала, глядя на него. Его руки снова коснулись моей ноги, и по телу побежали мурашки.
— Аэрион...
— Да?
— А если я скажу, что не заслуживаю такой заботы?
Он наклонился и коснулся губами моего колена. Легко, невесомо, как касаются молитвы.
— Тогда я проведу остаток жизни, доказывая, что вы ошибаетесь.
Я выиграла его в споре — и не знала, что делать с живым трофеем. Но он опустился передо мной на колени не потому, что был рабом. А потому, что видел мою усталость, мою боль, мое одиночество — и хотел забрать их. Его прикосновения исцеляли. Его забота стала моим воздухом.
Когда к тебе является сумасшедший тип, похожий на байкера, и рассказывает, что давно погибшая ученица на самом деле перенеслась в другой мир, стала там королевой и теперь нуждается в твоей помощи, вряд ли можно воспринять это всерьез. Жанна – таролог, ей вроде как по службе положено верить в сверхъестественное, но прогулки между мирами – это уже чересчур даже для нее. Или в словах этого психа все-таки есть доля правды?
Книгу можно читать отдельно от серии, но по порядку будет еще интереснее.
Книгу можно читать отдельно от серии, но по порядку будет еще интереснее.
За год я перевела двадцать восемь писем Сарека Тарна и ни разу не видела его лично. В двадцать девятом он выдвинул условие: переговоры о мире проведет только Найра Велин. То есть я.
До начала войны семь дней. Люди и орки делят одну реку, старый договор на двух языках обещает сторонам разное, а командиры уже получили боевые приказы. Моя задача — добиться, чтобы каждая строка имела один смысл и могла быть исполнена. Даже если ради этого придется спорить с собственным начальником, представителями шести орочьих кланов и вождем, который читает мои замечания внимательнее, чем придворные советники.
Сарек не просит меня стать удобной. Он защищает мое право говорить правду — пока эта правда не начинает стоить ему власти.
Одна неточная фраза сорвет переговоры. Один неверный приказ приведет армии к границе. А мне предстоит понять, можно ли доверить сердце мужчине, которому я пока не готова доверить ни единого слова без проверки.
До начала войны семь дней. Люди и орки делят одну реку, старый договор на двух языках обещает сторонам разное, а командиры уже получили боевые приказы. Моя задача — добиться, чтобы каждая строка имела один смысл и могла быть исполнена. Даже если ради этого придется спорить с собственным начальником, представителями шести орочьих кланов и вождем, который читает мои замечания внимательнее, чем придворные советники.
Сарек не просит меня стать удобной. Он защищает мое право говорить правду — пока эта правда не начинает стоить ему власти.
Одна неточная фраза сорвет переговоры. Один неверный приказ приведет армии к границе. А мне предстоит понять, можно ли доверить сердце мужчине, которому я пока не готова доверить ни единого слова без проверки.
Всю жизнь Ирена поступала правильно. Вышла замуж по большой любви, посвятила себя семье, мечтала о сыне... Но муж оказался подлецом, семья - обманом, а долгожданный сын так и не родился. А потом Ирена погибла. И вернулась в собственное прошлое, на двадцать лет назад. Судьба подарила Ирене шанс прожить свою жизнь еще раз, и она этот шанс использует на все сто.
Говорят, что женщина не может работать детективом? Ирена будет расследовать преступления! Говорят, что девице не пристало спорить? Ирена будет стоять на своем! Говорят, что главное в жизни – это любовь? Ну нет, один раз Ирена уже наступила на эти грабли.
Говорят, что женщина не может работать детективом? Ирена будет расследовать преступления! Говорят, что девице не пристало спорить? Ирена будет стоять на своем! Говорят, что главное в жизни – это любовь? Ну нет, один раз Ирена уже наступила на эти грабли.
Он появлялся снова и снова.
— Вы следите за мной? — спросила я однажды.
— Нет. — Он шагнул ближе, и воздух между нами стал горячим. — Я просто не могу держаться от вас подальше.
Его пальцы коснулись моего запястья — едва, невесомо, но по коже словно прошел разряд. Я не отстранилась.
— Вы играете со мной, — прошептала я.
— А вы со мной, — ответил он, наклоняясь так близко, что его дыхание коснулось моих губ. — Но вы не знаете, с кем решили играть.
Он улыбнулся уголком губ, и я поняла, что пропала: этот мужчина был опасен, как клинок, спрятанный в бархате, и притягателен, как бездна. Я видела его ложь, но всё равно позволила его рукам коснуться меня — потому что его грация обещала то, чего я не находила ни в одном другом. И я хотела узнать, что скрывается за этой соблазнительной маской.
— Вы следите за мной? — спросила я однажды.
— Нет. — Он шагнул ближе, и воздух между нами стал горячим. — Я просто не могу держаться от вас подальше.
Его пальцы коснулись моего запястья — едва, невесомо, но по коже словно прошел разряд. Я не отстранилась.
— Вы играете со мной, — прошептала я.
— А вы со мной, — ответил он, наклоняясь так близко, что его дыхание коснулось моих губ. — Но вы не знаете, с кем решили играть.
Он улыбнулся уголком губ, и я поняла, что пропала: этот мужчина был опасен, как клинок, спрятанный в бархате, и притягателен, как бездна. Я видела его ложь, но всё равно позволила его рукам коснуться меня — потому что его грация обещала то, чего я не находила ни в одном другом. И я хотела узнать, что скрывается за этой соблазнительной маской.
Говорят, пышные формы — это магия. Проверено. Я, Марта Вельская, вдова и артефактор-сенсорик, явилась в эльфийское поместье, чтобы выполнить заказ и сбежать. Но мой наниматель, лорд Элиан, оказался не просто снобом, а живой тюрьмой для древнего дракона, пожирающего радость.
Он не терпит прикосновений, я читаю желания. Он мечтает о покое, я торгую чувственностью. И в его присутствии руны вспыхивают ярче, стоит мне подойти ближе.
Теперь нужно либо создать артефакт, способный обойти проклятие, либо вытащить из льда живое сердце. Лёд уже треснул. Осталось выяснить, что проснётся первым: любовь или дракон.
Он не терпит прикосновений, я читаю желания. Он мечтает о покое, я торгую чувственностью. И в его присутствии руны вспыхивают ярче, стоит мне подойти ближе.
Теперь нужно либо создать артефакт, способный обойти проклятие, либо вытащить из льда живое сердце. Лёд уже треснул. Осталось выяснить, что проснётся первым: любовь или дракон.
Я очнулась в чужом теле — и узнала, что его хозяйку уже казнили за измену. Теперь мне придется жить во дворце князя, который подписал ее приговор, и носить имя женщины, которую он ненавидит. Я умею восстанавливать старые ткани, а здесь мне предлагают сшить чужую судьбу из лжи, страха и брачного договора. Но я не собираюсь второй раз идти на плаху. Даже если самое опасное во дворце — мужчина, к которому меня тянет.
Мне двадцать девять. Я родила сына, потеряла себя, поправилась и превратилась в загнанную домохозяйку, которую муж перестал замечать.
А потом застала его с секретаршей прямо на рабочем столе.
Он сказал, что я клуша, что на меня смотреть невозможно, но развода не будет — ему нужен статус.
Я сбежала. С ребёнком на руках, без денег, без работы.
И если бы не сестра, которая подставила плечо, я бы, наверное, просто сломалась.
И когда я думала, что всё кончено, появился Он. Тот, кто не просил разрешения, чтобы войти в мою жизнь. Тот, кто учуял меня раньше, чем увидел.
А потом застала его с секретаршей прямо на рабочем столе.
Он сказал, что я клуша, что на меня смотреть невозможно, но развода не будет — ему нужен статус.
Я сбежала. С ребёнком на руках, без денег, без работы.
И если бы не сестра, которая подставила плечо, я бы, наверное, просто сломалась.
И когда я думала, что всё кончено, появился Он. Тот, кто не просил разрешения, чтобы войти в мою жизнь. Тот, кто учуял меня раньше, чем увидел.
Говорят, цветы — это просто растения. Красивые, но безмолвные. Но что, если каждый лепесток хранит слово? Что, если бутон — это обещание, а увядший стебель — непроизнесённая боль?
Это история о двух людях, которых мир выбросил на обочину. Она — смертная, привыкшая быть незаметной в мире бессмертных. Он — эльф, чья душа была разбита задолго до того, как их пути пересеклись.
Но можно ли вылечить цветами то, что было сломано годами боли?
Это история о двух людях, которых мир выбросил на обочину. Она — смертная, привыкшая быть незаметной в мире бессмертных. Он — эльф, чья душа была разбита задолго до того, как их пути пересеклись.
Но можно ли вылечить цветами то, что было сломано годами боли?
Я привыкла жить по букве закона, строить жесткую карьеру на Петровке и ломать мужчин одним лишь холодным взглядом серых глаз. Но грязное предательство собственного руководства во время командировки в сибирскую тайгу превратило меня из охотника в раненую, загнанную свидетелями мишень.
В самом сердце непроходимого бурелома мою жизнь спас он — дикий, яростный Альфа, презирающий город и живущий по первобытным законам леса. Радмир запер меня на своей заимке, и в темной глубине подземного бетонного блиндажа, на грани жизни и смерти, магия истинной связи сорвала с нас все запреты и маски.
Теперь мне предстоит сделать самый страшный выбор в своей жизни: полностью раствориться в удушающей страсти этого лесного монстра или перегрызть себе лапу, чтобы сбежать обратно в свой асфальтовый ад с его клеймом на шее
В самом сердце непроходимого бурелома мою жизнь спас он — дикий, яростный Альфа, презирающий город и живущий по первобытным законам леса. Радмир запер меня на своей заимке, и в темной глубине подземного бетонного блиндажа, на грани жизни и смерти, магия истинной связи сорвала с нас все запреты и маски.
Теперь мне предстоит сделать самый страшный выбор в своей жизни: полностью раствориться в удушающей страсти этого лесного монстра или перегрызть себе лапу, чтобы сбежать обратно в свой асфальтовый ад с его клеймом на шее
Выберите полку для книги