Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»
- Ты с ума сошла?! - прошипел Виктор. - Что ты здесь делаешь?
- А я просто не хотела говорить такие новости по телефону, - начала Вика, поглаживая лацкан его пиджака. - У нас будет ребёнок, Витя.
- Ты говорила, что предохраняешься!
- А ты говорил, что любишь, - она усмехнулась.
- Вика... У меня семья. У меня дочь.
- Интересно, а твоя жена останется с тобой, если узнает твой маленький секрет? И я сейчас не о нашей интрижке, и даже не о ребенке... - усмехнулась Вика.
- Вика..., - сжав зубы прошипел Виктор, словно его прижали к стенке. - Мне надо всё обдумать.
- Думай, но не долго, иначе твоей жене все расскажу я.
Марта отступила в тень, не желая больше на это смотреть! Муж ей изменяет. Все. На этом точка.
Так полагала Марта пока не получила анонимное сообщение от «доброжелателя»:
«Измена твоего мужа не единственная тайна. Спроси, что его связывает с Викой помимо ребёнка».
- Ребенка?! - невольно прошептала вслух Марта, понимая, что это не последнее откровение на сегодня.
- А я просто не хотела говорить такие новости по телефону, - начала Вика, поглаживая лацкан его пиджака. - У нас будет ребёнок, Витя.
- Ты говорила, что предохраняешься!
- А ты говорил, что любишь, - она усмехнулась.
- Вика... У меня семья. У меня дочь.
- Интересно, а твоя жена останется с тобой, если узнает твой маленький секрет? И я сейчас не о нашей интрижке, и даже не о ребенке... - усмехнулась Вика.
- Вика..., - сжав зубы прошипел Виктор, словно его прижали к стенке. - Мне надо всё обдумать.
- Думай, но не долго, иначе твоей жене все расскажу я.
Марта отступила в тень, не желая больше на это смотреть! Муж ей изменяет. Все. На этом точка.
Так полагала Марта пока не получила анонимное сообщение от «доброжелателя»:
«Измена твоего мужа не единственная тайна. Спроси, что его связывает с Викой помимо ребёнка».
- Ребенка?! - невольно прошептала вслух Марта, понимая, что это не последнее откровение на сегодня.
Я толкаю дверь медленно и на том самом месте, где еще неделю назад спал я сам - теперь лежит чужой мужчина, а рядом с ним - она, обнаженная, любимая женщина.
Та, которую я все еще называю женой.
Я не сразу понимаю, что именно чувствую. Шок? Отвращение? Боль?
Инна приоткрывает глаза. Взгляд ее не дрожит. Ни страха, ни раскаяния, ни удивления. Только легкая тень усталости, и, возможно, раздражения.
— Ты должен был вернуться завтра, — произносит она спокойно, как будто упрекает меня за сорванный план.
Я даже не знаю, что ответить. Любое слово, сказанное в эту секунду, будет напрасным и глупым.
Макар, просыпаясь, садится на кровати, потягивается, будто просто выспался, и, заметив меня, нахмуривается.
— Черт... — выдыхает он, пряча глаза.
Я все так же стою и не могу пошелохнуться.
— Проваливайте отсюда, — наконец, говорю я чужим голосом.
— Леш... — Инна спускает ноги с кровати и делает шаг ко мне.
— Пошли вон отсюда! - рычу я.
Та, которую я все еще называю женой.
Я не сразу понимаю, что именно чувствую. Шок? Отвращение? Боль?
Инна приоткрывает глаза. Взгляд ее не дрожит. Ни страха, ни раскаяния, ни удивления. Только легкая тень усталости, и, возможно, раздражения.
— Ты должен был вернуться завтра, — произносит она спокойно, как будто упрекает меня за сорванный план.
Я даже не знаю, что ответить. Любое слово, сказанное в эту секунду, будет напрасным и глупым.
Макар, просыпаясь, садится на кровати, потягивается, будто просто выспался, и, заметив меня, нахмуривается.
— Черт... — выдыхает он, пряча глаза.
Я все так же стою и не могу пошелохнуться.
— Проваливайте отсюда, — наконец, говорю я чужим голосом.
— Леш... — Инна спускает ноги с кровати и делает шаг ко мне.
— Пошли вон отсюда! - рычу я.
Он должен был получить всё. Она — исчезнуть навсегда.
Ильяс Чинхоев — успешный бизнесмен, наследник империи, привыкший побеждать. Когда оглашают завещание отца, в котором покойный ставит всем братьям Чинхоевым одно условие: «Женитесь и родите наследников не позже, чем через два года», Ильяс лишь смеется. У него уже есть идеальная жена — красавица Лала.
Но в день оглашения завещания Лала исчезает, оставив лишь обручальное кольцо... и положительный тест на беременность.
Теперь Ильясу предстоит:
* Выбрать между миллиардами и женой, которая не верит в его искренность.
* Разгадать игру серого кардинала, манипулирующего каждым членом семьи.
* Узнать страшный диагноз будущего ребенка... и решить, готов ли он остаться.
Ильяс Чинхоев — успешный бизнесмен, наследник империи, привыкший побеждать. Когда оглашают завещание отца, в котором покойный ставит всем братьям Чинхоевым одно условие: «Женитесь и родите наследников не позже, чем через два года», Ильяс лишь смеется. У него уже есть идеальная жена — красавица Лала.
Но в день оглашения завещания Лала исчезает, оставив лишь обручальное кольцо... и положительный тест на беременность.
Теперь Ильясу предстоит:
* Выбрать между миллиардами и женой, которая не верит в его искренность.
* Разгадать игру серого кардинала, манипулирующего каждым членом семьи.
* Узнать страшный диагноз будущего ребенка... и решить, готов ли он остаться.
— Какая телка! Третий размер?
— Четвертый, — бахвально произносит мой муж и добавляет, кайфуя от каждого произнесенного дальше слова. — А как скачет на мне!
Замираю, ошарашенная от услышанных фраз, и так и остаюсь на полпути на улицу в предбаннике ресторана.
— Крутая, — с завистью в голосе тянет его собеседник. — Ты серьезно с ней или как?
— Пока менять не планирую, — констатирует негодяй и продолжает показывать, видимо, фотографии своей шлюхи.
— О, а это кто?
— Не пялься. Это жена, — обрывает резко.
— А у тебя и жена зачетная.
— У меня все зачетное, — бросает самодовольно гад, которого еще пару минут назад я считала своим любимым мужчиной, своим мужем, и добавляет насмешливо. — Но знаешь, она уже выходит из строя, тюнинг, конечно, помогает, но это ненадолго. Старые только тачки котируются, а не жены.
— Может, мне ее отдашь?
— Четвертый, — бахвально произносит мой муж и добавляет, кайфуя от каждого произнесенного дальше слова. — А как скачет на мне!
Замираю, ошарашенная от услышанных фраз, и так и остаюсь на полпути на улицу в предбаннике ресторана.
— Крутая, — с завистью в голосе тянет его собеседник. — Ты серьезно с ней или как?
— Пока менять не планирую, — констатирует негодяй и продолжает показывать, видимо, фотографии своей шлюхи.
— О, а это кто?
— Не пялься. Это жена, — обрывает резко.
— А у тебя и жена зачетная.
— У меня все зачетное, — бросает самодовольно гад, которого еще пару минут назад я считала своим любимым мужчиной, своим мужем, и добавляет насмешливо. — Но знаешь, она уже выходит из строя, тюнинг, конечно, помогает, но это ненадолго. Старые только тачки котируются, а не жены.
— Может, мне ее отдашь?
- Ты уверен, что твоя не приедет? - промурлыкала Анжелика.
- Она слишком занята своими детьми, чтобы что-то заподозрить, - хмыкнул Артур, расстёгивая ещё одну пуговицу на её блузке.
Пятнадцать лет. Двое детей. Бесчисленные уступки и компромиссы.
- Своими детьми? - мой голос прозвучал пугающе спокойно.
Артур отпрянул от Анжелики так резко, что ударился о кресло.
- Галя? Что ты здесь... - начал он, лихорадочно поправляя галстук.
- Она слишком занята своими детьми, чтобы что-то заподозрить, - хмыкнул Артур, расстёгивая ещё одну пуговицу на её блузке.
Пятнадцать лет. Двое детей. Бесчисленные уступки и компромиссы.
- Своими детьми? - мой голос прозвучал пугающе спокойно.
Артур отпрянул от Анжелики так резко, что ударился о кресло.
- Галя? Что ты здесь... - начал он, лихорадочно поправляя галстук.
— Кто она?
— Не начинай, Катя. Я устал. Понимаешь? Ус-тал.
— Я видела сообщение, — прошептала я, с трудом сглотнув ком в горле. — "Любимый, не могу дождаться встречи". Ты уходишь к ней? — задала я вопрос, зная, что ответ может убить меня окончательно.
Олег шумно выдохнул, разминая шею.
— С тобой невозможно жить! Постоянные сопли, орущий младенец, вечная усталость. Ты перестала быть женщиной, Катя. Ты — серая тень.
— Это твой сын, — прошептала я. — ТВОЙ сын, Олег.
Он засмеялся — коротко, без радости.
— Сын? Это какая-то вечно орущая личинка! А кто будет терпеть этот адский визг каждую ночь? Ты? Так и терпи. А я хочу жить, слышишь? Нормально жить!
Мой муж нашел себе другую женщину,а семья и ребенок для него теперь обуза.
Для меня это конец всего... или нет?
— Не начинай, Катя. Я устал. Понимаешь? Ус-тал.
— Я видела сообщение, — прошептала я, с трудом сглотнув ком в горле. — "Любимый, не могу дождаться встречи". Ты уходишь к ней? — задала я вопрос, зная, что ответ может убить меня окончательно.
Олег шумно выдохнул, разминая шею.
— С тобой невозможно жить! Постоянные сопли, орущий младенец, вечная усталость. Ты перестала быть женщиной, Катя. Ты — серая тень.
— Это твой сын, — прошептала я. — ТВОЙ сын, Олег.
Он засмеялся — коротко, без радости.
— Сын? Это какая-то вечно орущая личинка! А кто будет терпеть этот адский визг каждую ночь? Ты? Так и терпи. А я хочу жить, слышишь? Нормально жить!
Мой муж нашел себе другую женщину,а семья и ребенок для него теперь обуза.
Для меня это конец всего... или нет?
Марк вскочил, прикрываясь чем попало.
– Лу... – его голос звучал хрипло, чужеродно.
Да он для меня теперь действительно чужой. Не за такого него я замуж выходила.
На его шее следы от помады, на запястье царапины от ее ногтей.
Повернулась и молча пошла на кухню. Будто пыльным мешком по голове огретая. Каждый шаг отдавался в висках как бой по наковальне, будто я шла по тоннелю. Притом босая и словно по битому стеклу.
Руки сами налили воду. Пила жадными глотками, пытаясь протолкнуть застрявший ком в горле.
Марк ворвался на кухню следом. Весь взъерошенный. Уже успел надеть джинсы.
– Это ничего не значит! – он схватил меня за запястье, и бокал с недопитой водой со звоном разбился.
Символично. Прямо как и наш брак.
Мой муж мне изменил. Прямо в нашей квартире, на нашей постели. И я его не прощу… и плевать, что он считает иначе.
– Лу... – его голос звучал хрипло, чужеродно.
Да он для меня теперь действительно чужой. Не за такого него я замуж выходила.
На его шее следы от помады, на запястье царапины от ее ногтей.
Повернулась и молча пошла на кухню. Будто пыльным мешком по голове огретая. Каждый шаг отдавался в висках как бой по наковальне, будто я шла по тоннелю. Притом босая и словно по битому стеклу.
Руки сами налили воду. Пила жадными глотками, пытаясь протолкнуть застрявший ком в горле.
Марк ворвался на кухню следом. Весь взъерошенный. Уже успел надеть джинсы.
– Это ничего не значит! – он схватил меня за запястье, и бокал с недопитой водой со звоном разбился.
Символично. Прямо как и наш брак.
Мой муж мне изменил. Прямо в нашей квартире, на нашей постели. И я его не прощу… и плевать, что он считает иначе.
— Я вас с ребенком не брошу, — слова мужа прозвучали твердо.
От неожиданности, увидев сцену предательства, мои лёгкие свело резкой болью, словно нож вонзился в самое сердце.
— Но что скажет о нашем малыше твоя жена, когда узнает? — спросила любовница мужа, даже не подозревая, что я стояла прямо за дверью кабинета и слышала каждое их слово.
— Думаю, она обрадуется.
Мой муж предал меня. Завел на стороне любовницу и вместе с ней ждет рождение их малыша. Я хотела развода и уйти вместе с сыном, но муж и не думает нас отпускать. И я не знаю, что мне теперь делать!
От неожиданности, увидев сцену предательства, мои лёгкие свело резкой болью, словно нож вонзился в самое сердце.
— Но что скажет о нашем малыше твоя жена, когда узнает? — спросила любовница мужа, даже не подозревая, что я стояла прямо за дверью кабинета и слышала каждое их слово.
— Думаю, она обрадуется.
Мой муж предал меня. Завел на стороне любовницу и вместе с ней ждет рождение их малыша. Я хотела развода и уйти вместе с сыном, но муж и не думает нас отпускать. И я не знаю, что мне теперь делать!
– Обещаю, я сделаю всё, чтобы ты был счастлив, – сладко протянула Леся, положив голову на грудь моего мужа.
– А я сделаю всё, чтобы ты плакал крокодильими слезами, скотина! – угрожающе произнесла, распахнув дверь спальни и войдя в комнату.
Не успел Серёжа осознать, что ему пришёл трындец, а Лесе спрятаться, как я налетела на эту сладкую, невзаимно влюблённую парочку, сначала схватив мужа за волосы, стащив его с кровати, а потом проделав то же самое и с влюблённой дурой.
Я кричала, кидалась вещами, превратившись в какую-то фурию, которую уже ничто не могло успокоить.
– Алиса, ты с ума сошла? Хватит! Обещаю, тронешь меня ещё раз, и я ударю в ответ, – прикрывая одной рукой своего дружка, а второй пытаясь перехватить мои запястья, Серёжа представлял собой жалкое, смешное зрелище.
Не мужчина, а какая-то пародия!
– А я сделаю всё, чтобы ты плакал крокодильими слезами, скотина! – угрожающе произнесла, распахнув дверь спальни и войдя в комнату.
Не успел Серёжа осознать, что ему пришёл трындец, а Лесе спрятаться, как я налетела на эту сладкую, невзаимно влюблённую парочку, сначала схватив мужа за волосы, стащив его с кровати, а потом проделав то же самое и с влюблённой дурой.
Я кричала, кидалась вещами, превратившись в какую-то фурию, которую уже ничто не могло успокоить.
– Алиса, ты с ума сошла? Хватит! Обещаю, тронешь меня ещё раз, и я ударю в ответ, – прикрывая одной рукой своего дружка, а второй пытаясь перехватить мои запястья, Серёжа представлял собой жалкое, смешное зрелище.
Не мужчина, а какая-то пародия!
– Я знаю про твою измену и беременную любовницу, – говорю мужу спокойным голосом.
– И что? – Он даже не смотрит на меня, – ты думаешь я не в курсе, что ты как ищейка вынюхиваешь последние дни? Прекрати тратить энергию, никуда ты не уйдешь, и разводиться не будем. Ты пустое место без меня! Ты никто, Нина!
Муж резко разворачивается и уходит, а я улыбаюсь.
Он даже не представляет что я для него приготовила.
Пустым местом будет он.
Я отомщу ему, его любовнице и всем кто меня предал.
– И что? – Он даже не смотрит на меня, – ты думаешь я не в курсе, что ты как ищейка вынюхиваешь последние дни? Прекрати тратить энергию, никуда ты не уйдешь, и разводиться не будем. Ты пустое место без меня! Ты никто, Нина!
Муж резко разворачивается и уходит, а я улыбаюсь.
Он даже не представляет что я для него приготовила.
Пустым местом будет он.
Я отомщу ему, его любовнице и всем кто меня предал.
Подборка мелодрам об измене
Выберите полку для книги