Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»
— Давно?
— Что?
— Пожалуйста, давай без этого... — мой голос предательски дрожал. — Мы обещали друг другу никогда не врать, помнишь?
— Родная…
— Как давно ты с ней спишь?
Повисла оглушающая тишина. Я ждала, что он засмеётся, начнёт оправдываться, скажет, что я всё не так поняла, что это ошибка, нелепость… Но он вдруг тяжело вздохнул и опустил голову. В этот момент осознание накрыло меня, словно тяжёлой плитой, и сердце забилось с такой скоростью, что стало больно дышать.
— Почти три года, — его слова прозвучали как приговор.
Спустя пару несколько месяцев после свадьбы, я узнала об измене мужа, которую он даже не пытается отрицать!
— Что?
— Пожалуйста, давай без этого... — мой голос предательски дрожал. — Мы обещали друг другу никогда не врать, помнишь?
— Родная…
— Как давно ты с ней спишь?
Повисла оглушающая тишина. Я ждала, что он засмеётся, начнёт оправдываться, скажет, что я всё не так поняла, что это ошибка, нелепость… Но он вдруг тяжело вздохнул и опустил голову. В этот момент осознание накрыло меня, словно тяжёлой плитой, и сердце забилось с такой скоростью, что стало больно дышать.
— Почти три года, — его слова прозвучали как приговор.
Спустя пару несколько месяцев после свадьбы, я узнала об измене мужа, которую он даже не пытается отрицать!
– Нужно поговорить. – Железным, не терпящим возражения голосом заявила я.
Игорь, уже практически бывший муж, на мгновение застыл в дверном проёме прихожей, но опомнился:
– Тяжёлый день был, дай хоть умоюсь.
– Деньги. Два миллиона. Ты использовал мою фирму, чтобы переводить деньги со своих левых схем. Грязные деньги, Игорь, через мою фирму, у меня за спиной! Как ты мог? – я перехожу на шепот от подступающих слез обиды.
– Деньги. Да. деньги, хм. Налоговый вычет. Хм. – Строит из себя забывчивого дурика.
– Ублюдок! Ты даже сейчас лжёшь! Меня же посадят, Игорь... Как я смогу объяснить эти два миллиона?! Ты вечно меня обманывал, пользовался моей доверчивостью, а сам кувыркался с грязными шлюхами в "Ирбисе"... Но тебе и этого было мало, ты решил ещё испачкать мой бизнес. Мало измен, решил подставить меня! – Моё лицо налилось кровью и от злости, ненависти, горечи накативших воспоминаний.
Игорь, уже практически бывший муж, на мгновение застыл в дверном проёме прихожей, но опомнился:
– Тяжёлый день был, дай хоть умоюсь.
– Деньги. Два миллиона. Ты использовал мою фирму, чтобы переводить деньги со своих левых схем. Грязные деньги, Игорь, через мою фирму, у меня за спиной! Как ты мог? – я перехожу на шепот от подступающих слез обиды.
– Деньги. Да. деньги, хм. Налоговый вычет. Хм. – Строит из себя забывчивого дурика.
– Ублюдок! Ты даже сейчас лжёшь! Меня же посадят, Игорь... Как я смогу объяснить эти два миллиона?! Ты вечно меня обманывал, пользовался моей доверчивостью, а сам кувыркался с грязными шлюхами в "Ирбисе"... Но тебе и этого было мало, ты решил ещё испачкать мой бизнес. Мало измен, решил подставить меня! – Моё лицо налилось кровью и от злости, ненависти, горечи накативших воспоминаний.
— Ты любишь её? — никогда не думала, что задам этот вопрос собственному мужу.
Дыхание спирает. Смотрю в голубые глаза мужа, которые всегда напоминали мне бездонный океан.
А теперь мне кажется, что в его взгляде два ледяных озера.
— Наверное, — Андрей неуверенно пожимает плечами.
— Она же моя сестра, как ты мог... — комок из слез встает в горле.
— Надя, обойдемся без нравоучений. Твоя сестра молодая и красивая женщина. Это нормально, что на нее обращают внимание мужчины, — резко перебивает меня муж.
— Не нормально, что с моей сестрой спит мой муж! — зло парирую я.
— Не нормально... — соглашается Андрей. — Не нормально, Надюш, так запускать себя, что я захотел другую!
Дыхание спирает. Смотрю в голубые глаза мужа, которые всегда напоминали мне бездонный океан.
А теперь мне кажется, что в его взгляде два ледяных озера.
— Наверное, — Андрей неуверенно пожимает плечами.
— Она же моя сестра, как ты мог... — комок из слез встает в горле.
— Надя, обойдемся без нравоучений. Твоя сестра молодая и красивая женщина. Это нормально, что на нее обращают внимание мужчины, — резко перебивает меня муж.
— Не нормально, что с моей сестрой спит мой муж! — зло парирую я.
— Не нормально... — соглашается Андрей. — Не нормально, Надюш, так запускать себя, что я захотел другую!
— Мам, смотри, — голос Кати доносился как сквозь толщу воды, приглушённый, искажённый нереальностью происходящего. — Это же папа, да?
— Да, — едва слышно выдохнула, наблюдая, как Андрей наклоняется к блондинке и легко целует её в щёку — тем самым жестом, каким ещё несколько дней назад целовал меня перед отъездом в мнимую командировку. Я видела, как его рука на мгновение задержалась на её животе — чужом животе, в котором рос чужой ребёнок. Его ребёнок. Они рассмеялись звонким смехом счастливых людей, довольных своей жизнью. Жизнью, в которой для нас с дочерью не было места.
— Мама! Что происходит? — настойчивый голос дочери ворвался в красную пелену, разрывая кокон ярости, в который я начала погружаться.
— Ничего, солнышко, — мой голос звучал странно, будто принадлежал кому-то другому — механический, бесцветный, как у автоответчика. — Просто... папа вернулся из командировки раньше, чем планировал. Иди в школу, я... я поговорю с ним.
— Да, — едва слышно выдохнула, наблюдая, как Андрей наклоняется к блондинке и легко целует её в щёку — тем самым жестом, каким ещё несколько дней назад целовал меня перед отъездом в мнимую командировку. Я видела, как его рука на мгновение задержалась на её животе — чужом животе, в котором рос чужой ребёнок. Его ребёнок. Они рассмеялись звонким смехом счастливых людей, довольных своей жизнью. Жизнью, в которой для нас с дочерью не было места.
— Мама! Что происходит? — настойчивый голос дочери ворвался в красную пелену, разрывая кокон ярости, в который я начала погружаться.
— Ничего, солнышко, — мой голос звучал странно, будто принадлежал кому-то другому — механический, бесцветный, как у автоответчика. — Просто... папа вернулся из командировки раньше, чем планировал. Иди в школу, я... я поговорю с ним.
– Где дети? – сквозь зубы спросил муж, сделав шаг ко мне, но больше не приближаясь.
– С моими родителями.
– Отлично. Тогда скажи, это того стоило?
– Ты о правде, которую я узнала? Или об осознании, что я девять лет прожила с неверным мужчиной, для которого верность это так, пустой звук?
– Оля, не прикидывайся дурой! Ты прекрасно знаешь о чём я говорю. Ты избила беременную женщину, лишь бы она отказалась от меня и...
– Что?! – Я невольно рассмеялась, но это был нервный смех. Как Денис мог поверить в такой бред? Он же знает меня куда дольше, чем свою любовницу. – Это тебе твоя блондинка сказала, что я её избила?
– С моими родителями.
– Отлично. Тогда скажи, это того стоило?
– Ты о правде, которую я узнала? Или об осознании, что я девять лет прожила с неверным мужчиной, для которого верность это так, пустой звук?
– Оля, не прикидывайся дурой! Ты прекрасно знаешь о чём я говорю. Ты избила беременную женщину, лишь бы она отказалась от меня и...
– Что?! – Я невольно рассмеялась, но это был нервный смех. Как Денис мог поверить в такой бред? Он же знает меня куда дольше, чем свою любовницу. – Это тебе твоя блондинка сказала, что я её избила?
— Мам, у меня скоро появится сестренка! Только это секрет! Папа просил не рассказывать. — Вдруг выдает моя шестилетняя дочь.
И вот, одна фраза — как нож в сердце. Случайно произнесенные слова раскрывают страшную правду: мой муж давно живет двойной жизнью, скрывая от меня вторую семью и ребенка, которого ждёт от другой женщины. Мой брак, казавшийся крепким и надежным, рушится под тяжестью лжи и предательства любимого.
Мне нужно собрать себя по кусочкам, начать новую жизнь, добиться развода и защитить свою кондитерскую, которую его любовница пытается закрыть, лишив меня заработка!
И вот, одна фраза — как нож в сердце. Случайно произнесенные слова раскрывают страшную правду: мой муж давно живет двойной жизнью, скрывая от меня вторую семью и ребенка, которого ждёт от другой женщины. Мой брак, казавшийся крепким и надежным, рушится под тяжестью лжи и предательства любимого.
Мне нужно собрать себя по кусочкам, начать новую жизнь, добиться развода и защитить свою кондитерскую, которую его любовница пытается закрыть, лишив меня заработка!
— Тебе не противно от самой себя, а? Ты – на коленях, как жалкая неудачница. Ты всегда была гордой и сильной. А теперь что? Посмотри на себя, Вера. Ты сейчас как побитая псина. Старая и страшная.
Я снова упала на колени. Не от слабости. От отчаяния. Я больше не знала, как его остановить.
Но сказать о беременности язык не повернулся. Появился страх, что он может что-то сделать нехорошее.
Он открыл двери. Посмотрел на меня сверху вниз.
— Собери себя в целое, Вера. И живи дальше.
И ушёл. Оставил за собой тишину, в которой звенело каждое не сказанное мной слово.
🌷🌷🌷
Теперь — каждый её день как война.
С телом, которое предаёт.
С сердцем, которое всё ещё любит.
С прошлым, которое возвращается, когда меньше всего ждёшь.
❗️ХЭППИ ЭНД❗️
Я снова упала на колени. Не от слабости. От отчаяния. Я больше не знала, как его остановить.
Но сказать о беременности язык не повернулся. Появился страх, что он может что-то сделать нехорошее.
Он открыл двери. Посмотрел на меня сверху вниз.
— Собери себя в целое, Вера. И живи дальше.
И ушёл. Оставил за собой тишину, в которой звенело каждое не сказанное мной слово.
🌷🌷🌷
Теперь — каждый её день как война.
С телом, которое предаёт.
С сердцем, которое всё ещё любит.
С прошлым, которое возвращается, когда меньше всего ждёшь.
❗️ХЭППИ ЭНД❗️
- Мама... - наконец решился он. - Папа сделал что-то плохое?
Я вцепилась в руль. Костяшки пальцев побелели.
- Да, солнышко. Очень плохое.
- Он целовался с тётей Мариной? - неожиданно спросил он.
Я чуть не выехала на встречную. Господи. Что он видел? Что понял?
- Я видел, как они целовались в машине, когда ты болела, - продолжил Денис. - Папа сказал, это секрет. Что маме будет плохо, если она узнает.
Арина издала странный звук - что-то среднее между всхлипом и смешком.
- Как будто мы все не знали, - пробормотала она.
Я вцепилась в руль. Костяшки пальцев побелели.
- Да, солнышко. Очень плохое.
- Он целовался с тётей Мариной? - неожиданно спросил он.
Я чуть не выехала на встречную. Господи. Что он видел? Что понял?
- Я видел, как они целовались в машине, когда ты болела, - продолжил Денис. - Папа сказал, это секрет. Что маме будет плохо, если она узнает.
Арина издала странный звук - что-то среднее между всхлипом и смешком.
- Как будто мы все не знали, - пробормотала она.
– Что именно... она тебе рассказывала?
– О-о, много чего. – Я сделала шаг ближе, наблюдая, как он напрягся. – Например, что ты обещал ей повышение. И что ты ненавидишь, когда я готовлю брокколи. – Мои пальцы коснулись его воротника. – И что у тебя появилась новая родинка... здесь.
Я легко ткнула в место над его поясом.
Его лицо побелело. Он открыл рот, но я уже повернулась к двери.
– Я устала. Пойду спать.
– Лиля, подожди! – Он схватил меня за запястье. – Я могу объяснить…
Муж изменил и мне не нужны его объяснения.
Мне нужна только месть!
– О-о, много чего. – Я сделала шаг ближе, наблюдая, как он напрягся. – Например, что ты обещал ей повышение. И что ты ненавидишь, когда я готовлю брокколи. – Мои пальцы коснулись его воротника. – И что у тебя появилась новая родинка... здесь.
Я легко ткнула в место над его поясом.
Его лицо побелело. Он открыл рот, но я уже повернулась к двери.
– Я устала. Пойду спать.
– Лиля, подожди! – Он схватил меня за запястье. – Я могу объяснить…
Муж изменил и мне не нужны его объяснения.
Мне нужна только месть!
Получить в подарок от мужа на серебряную свадьбу киллера, нанятого убить меня? Я не умерла, а узнала много нового о своём благоверном и теперь точно заставлю предателя горько пожалеть о содеянном. Выживу и отомщу любой ценой.
Подборка мелодрам об измене
Выберите полку для книги