Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «predatelstvo»
«Девочка моя… любимая. Не переживай ты так. Все наладится. Мы будем вместе. Пусть и не сейчас…»
«Моя девочка… Если ты решила ждать, пока Таня родит - так тому и быть. Но я уже мечтаю о тех днях, когда мы будем вместе».
Я читаю тайную переписку мужа и ужасаюсь.
Игорь мне изменяет. Но жутко мне совсем не от этого.
В этой переписке муж называет любимой девочкой…
… мою маму.
«Моя девочка… Если ты решила ждать, пока Таня родит - так тому и быть. Но я уже мечтаю о тех днях, когда мы будем вместе».
Я читаю тайную переписку мужа и ужасаюсь.
Игорь мне изменяет. Но жутко мне совсем не от этого.
В этой переписке муж называет любимой девочкой…
… мою маму.
– Чьи это дети? – пытливо смотрит мне в глаза тот, кого когда-то я больше жизни любила.
– Мои… – шепчу я в ответ.
«Наши…»
А сама сильнее прижимаю крошек к себе. Те вытягивают любопытные лица, во всю лупя глазами по незнакомому дяде.
– Сколько им лет?!
– Три… – прикусываю язык, осознав, что только что смертный приговор себе подписала.
– Снимай эту тряпку. – Кивает на свадебное платье, которое душит меня и словно под его взглядом жжет кожу. – Ты скажешь своему жениху «нет» прямо сейчас.
– Что?… Что ты несешь? Зачем ты вообще приехал сюда?! Между нами все кончено еще 3 года назад! Теперь ты для меня просто босс и не больше!
– А мне так не кажется… – отвечает мой «просто босс» и выразительно смотрит на двойняшек, которых три года назад я от него сохранила в секрете.
– Мои… – шепчу я в ответ.
«Наши…»
А сама сильнее прижимаю крошек к себе. Те вытягивают любопытные лица, во всю лупя глазами по незнакомому дяде.
– Сколько им лет?!
– Три… – прикусываю язык, осознав, что только что смертный приговор себе подписала.
– Снимай эту тряпку. – Кивает на свадебное платье, которое душит меня и словно под его взглядом жжет кожу. – Ты скажешь своему жениху «нет» прямо сейчас.
– Что?… Что ты несешь? Зачем ты вообще приехал сюда?! Между нами все кончено еще 3 года назад! Теперь ты для меня просто босс и не больше!
– А мне так не кажется… – отвечает мой «просто босс» и выразительно смотрит на двойняшек, которых три года назад я от него сохранила в секрете.
- Таня! Скажи! Говори, почему Вика меня избегает? Даже смены попросила нам поменять... Она нашла другого? Она мне изменяет? Скажи, наконец! Ты её лучшая подруга! – Авдей тихонько потряс меня, вцепившись в плечи.
Для него тихонько, а для меня – целое землетрясение. У меня задёргался глаз, закружилась голова. Сегодня охранник не в себе. Допросы его всё больше напоминают мужскую агрессивную истерию.
- Сам спро-си у не-ё, – отчеканила я.
- Игнорит она меня. Везде в ЧС кинула. Лично не могу встретиться. Ты знаешь, я две смены здесь, две на заводе. Ради неё впахиваю.
- Я тебе сто раз говорила, вот такая она, привыкла жить одна, всё.
- Нет, так не бывает, – Авдей отказывался верить, что девушка вот так запросто может бросить парня и дальше наслаждаться свободой.
Для него тихонько, а для меня – целое землетрясение. У меня задёргался глаз, закружилась голова. Сегодня охранник не в себе. Допросы его всё больше напоминают мужскую агрессивную истерию.
- Сам спро-си у не-ё, – отчеканила я.
- Игнорит она меня. Везде в ЧС кинула. Лично не могу встретиться. Ты знаешь, я две смены здесь, две на заводе. Ради неё впахиваю.
- Я тебе сто раз говорила, вот такая она, привыкла жить одна, всё.
- Нет, так не бывает, – Авдей отказывался верить, что девушка вот так запросто может бросить парня и дальше наслаждаться свободой.
«Иногда семья – крайне опасное место. Сначала тебе дают там в долг. А потом забирают всё в уплату процентов».
Роксана – мажорка. Дочь богатого отца. Студентка престижного университета. Разумеется, платного. Разумеется, дорогого. Всё, что у Роксаны есть, стоит очень дорого.
Всё, что ей дали временно поносить.
Когда речь идет о больших деньгах и больших проблемах, в уплату годится всё, что можно продать. В том числе, и сама Роксана.
Роксана – мажорка. Дочь богатого отца. Студентка престижного университета. Разумеется, платного. Разумеется, дорогого. Всё, что у Роксаны есть, стоит очень дорого.
Всё, что ей дали временно поносить.
Когда речь идет о больших деньгах и больших проблемах, в уплату годится всё, что можно продать. В том числе, и сама Роксана.
- Продай квартиру и уезжай. Поняла? - Раевский бесцеремонно открыл мою папку и сунул туда визитку. - Позвони риелтору, скажи, что от меня. Она продаст твою хрущевку быстро и дорого. Все будут в плюсе.
- Особенно вы? - не сдержалась я. - Всегда продавите любого человека ради своей выгоды. Хоть риелтора, хоть девчонку беременную.
Он закатил глаза, сбросил пепел мне под ноги и с насмешкой сказал:
- Я сделал тебе одолжение. Срок был маленький. Вряд ли ты успела прочувствовать себя мамочкой. Да и какая из тебя мать в восемнадцать лет? Только бы жизнь себе сломала. И ребенку заодно.
Пять лет назад Илья бросил меня. Его родители узнали, что я беременна. Отец Ильи велел избавиться от ребенка. Он угрожал, давил, подкупал. Я согласилась сделать аборт, взяла деньги и уехала, чтобы никогда не возвращаться в родной город. Потому что никто не должен знать, что у меня есть сын.
Но у судьбы совсем другие планы.
- Особенно вы? - не сдержалась я. - Всегда продавите любого человека ради своей выгоды. Хоть риелтора, хоть девчонку беременную.
Он закатил глаза, сбросил пепел мне под ноги и с насмешкой сказал:
- Я сделал тебе одолжение. Срок был маленький. Вряд ли ты успела прочувствовать себя мамочкой. Да и какая из тебя мать в восемнадцать лет? Только бы жизнь себе сломала. И ребенку заодно.
Пять лет назад Илья бросил меня. Его родители узнали, что я беременна. Отец Ильи велел избавиться от ребенка. Он угрожал, давил, подкупал. Я согласилась сделать аборт, взяла деньги и уехала, чтобы никогда не возвращаться в родной город. Потому что никто не должен знать, что у меня есть сын.
Но у судьбы совсем другие планы.
- Лиль, ну ты мужа-то чего не покормила даже? Не боишься, что окончательно сбежит? - пробасил наш с Сергеем приятель, к которому нас угораздило приехать в гости за город.
- В смысле - не покормила? С ложечки? - не удержалась я от язвительного уточнения.
- Да хоть бы еды положила, вилку подала. В бокал подлила, - вступила тут же его жена. - Не зря он от тебя к Нинке похаживает… ох не зря. Та Сережку с ног до головы облизывает, в прямом смысле этого слова.
Они захохотали, а я вся сжалась, как перед ударом.
Куда-куда похаживает мой муж?
- В смысле - не покормила? С ложечки? - не удержалась я от язвительного уточнения.
- Да хоть бы еды положила, вилку подала. В бокал подлила, - вступила тут же его жена. - Не зря он от тебя к Нинке похаживает… ох не зря. Та Сережку с ног до головы облизывает, в прямом смысле этого слова.
Они захохотали, а я вся сжалась, как перед ударом.
Куда-куда похаживает мой муж?
Лера вошла в дом, сняла перчатки и положила их на стол. Тренировка была тяжелой, натруженные мышцы болели. Молодой жеребец после заездки не особо поддавался воспитанию.
Но тут с верхнего этажа раздались характерные скрипы.
- Лерочка, ты так рано закончила! Давай выпьем чайку, - пролепетала мать, выскакивая с кухни.
Она знала! Знала обо всем!
Лера влетела на второй этаж и одним ударом распахнула старую дверь спальни. Там был ее муж. Не один…
----
Валерия – наследница знаменитого поместья «Вороново крыло». Она разводит уникальную породу лошадей по заветам прадеда, имеет деньги и связи.
Но все это не имеет значения, когда в ее дом приходит коварное предательство. Вот только Лера и не подозревает, что это только начало…
Но тут с верхнего этажа раздались характерные скрипы.
- Лерочка, ты так рано закончила! Давай выпьем чайку, - пролепетала мать, выскакивая с кухни.
Она знала! Знала обо всем!
Лера влетела на второй этаж и одним ударом распахнула старую дверь спальни. Там был ее муж. Не один…
----
Валерия – наследница знаменитого поместья «Вороново крыло». Она разводит уникальную породу лошадей по заветам прадеда, имеет деньги и связи.
Но все это не имеет значения, когда в ее дом приходит коварное предательство. Вот только Лера и не подозревает, что это только начало…
– Доброе утро, доктор Исаев, – радостно произнесла я, ожидая увидеть любимого, но это оказался не он.
Конева. Инна.
Ленточка выскользнула из рук, и розовый шарик полетел к потолку.
Мой взгляд пробежался по высокой, с рыжей взлохмаченной головой, бывшей девушке моего парня, одетой в его футболку, и остановился на голых бедрах.
В горле пересохло. Перед глазами помутнело.
Они и впрямь уехали на такси вместе. И место назначения у них одно – дом Артема. Его квартира. Его постель.
Не могу поверить, что это происходит наяву.
– Тимофеева, чего приперлась? – довольно проговорила Инна.
Я приблизилась и посмотрела в ее глаза.
– Что ты тут делаешь? – спросила, заметив на шее крупный засос.
От ужасной догадки, кто мог ей его поставить, слезы проступили на глазах.
– Сегодня ночью мы с Артемом помирились. А это значит, что ты, курица, в пролете...
Исаев изменил мне, и мы расстались. И вот спустя пять лет, он становится лечащим врачом моей… Нашей дочери, не зная, что является ее отцом.
Конева. Инна.
Ленточка выскользнула из рук, и розовый шарик полетел к потолку.
Мой взгляд пробежался по высокой, с рыжей взлохмаченной головой, бывшей девушке моего парня, одетой в его футболку, и остановился на голых бедрах.
В горле пересохло. Перед глазами помутнело.
Они и впрямь уехали на такси вместе. И место назначения у них одно – дом Артема. Его квартира. Его постель.
Не могу поверить, что это происходит наяву.
– Тимофеева, чего приперлась? – довольно проговорила Инна.
Я приблизилась и посмотрела в ее глаза.
– Что ты тут делаешь? – спросила, заметив на шее крупный засос.
От ужасной догадки, кто мог ей его поставить, слезы проступили на глазах.
– Сегодня ночью мы с Артемом помирились. А это значит, что ты, курица, в пролете...
Исаев изменил мне, и мы расстались. И вот спустя пять лет, он становится лечащим врачом моей… Нашей дочери, не зная, что является ее отцом.
- Ты хоть сознаешь, что ты делаешь?! С кем ты мне изменяешь?! У тебя совсем стыда нет, если ты с ней спишь?!
Я ору на мужа, срывая голос. Пытаясь заглушить криком боль в душе. И отвращение, горящее внутри пожаром.
Но его ответные слова мгновенно превращают это пламя в лед.
- Я с ней не просто сплю! Я её люблю – всю свою жизнь! Её, а не тебя!
У каждого человека есть свои тайны, порой весьма постыдные.
Тайна моего мужа оказалась в том, что он годами изменял мне…
С женой своего родного брата.
И не просто изменял – прямо на моих глазах у них, как оказалось, росла дочь.
Я ору на мужа, срывая голос. Пытаясь заглушить криком боль в душе. И отвращение, горящее внутри пожаром.
Но его ответные слова мгновенно превращают это пламя в лед.
- Я с ней не просто сплю! Я её люблю – всю свою жизнь! Её, а не тебя!
У каждого человека есть свои тайны, порой весьма постыдные.
Тайна моего мужа оказалась в том, что он годами изменял мне…
С женой своего родного брата.
И не просто изменял – прямо на моих глазах у них, как оказалось, росла дочь.
— Она для меня уже ничего не значит… Давно.
— Так разведись. Это же ничего не стоит. А мы наконец перестанем скрываться по углам как школьники, — замурлыкал женский голос.
В нашем доме, в кабинете моего мужа, прямо в эту самую минуту находится женщина, пока я должна быть на работе, а наша дочь в детском саду!
Как он мог? Любимый муж, самый родной человек и… предатель. Я зажимаю рот рукой, чтобы не заорать во весь голос от понимания катастрофы.
Я ухожу... ухожу!
— Так разведись. Это же ничего не стоит. А мы наконец перестанем скрываться по углам как школьники, — замурлыкал женский голос.
В нашем доме, в кабинете моего мужа, прямо в эту самую минуту находится женщина, пока я должна быть на работе, а наша дочь в детском саду!
Как он мог? Любимый муж, самый родной человек и… предатель. Я зажимаю рот рукой, чтобы не заорать во весь голос от понимания катастрофы.
Я ухожу... ухожу!
Подборка любовных романов о предательстве
Выберите полку для книги