Настоящий мужчина в любовных романах читать онлайн
— У нас будет ребёнок, Костя. Врачи не дают прогнозов. Я очень хочу его сохранить, но не знаю, получится ли. Я не могу решать одна…
— Не трудись.
Голос чужой и пустой, как гильза.
— Мне всё сообщили. Ты сделала аборт. Избавилась от моего ребёнка, а теперь врёшь про прогнозы.
— Я ничего не делала! Послушай меня, одну минуту.
— Наслушался. Я видел бумаги. Думал, тебе хватит совести хотя бы сейчас! Сюда не звони. Приедешь — не выйду.
Он бросил трубку.
Я осталась одна: с ребёнком под сердцем, которого никто, кроме меня, не ждал.
Никто из нас не знал, что спустя много лет я стану его единственным шансом снова встать на ноги.
Но захочу ли я помогать тому, кто вышвырнул меня из своей жизни?
— Не трудись.
Голос чужой и пустой, как гильза.
— Мне всё сообщили. Ты сделала аборт. Избавилась от моего ребёнка, а теперь врёшь про прогнозы.
— Я ничего не делала! Послушай меня, одну минуту.
— Наслушался. Я видел бумаги. Думал, тебе хватит совести хотя бы сейчас! Сюда не звони. Приедешь — не выйду.
Он бросил трубку.
Я осталась одна: с ребёнком под сердцем, которого никто, кроме меня, не ждал.
Никто из нас не знал, что спустя много лет я стану его единственным шансом снова встать на ноги.
Но захочу ли я помогать тому, кто вышвырнул меня из своей жизни?
– Я буду изменять тебе, Ева. Это не вопрос, заметь.
Слова мужа оглушают, я не сразу понимаю весь ужас сказанных им слов.
– Гриша… ты… что такое говоришь?!
– Все просто, маленькая моя, я – мужик и я устал от однообразия. В моей постели могут быть и другие женщины, это нормально.
– Карпатов. В смысле нормально, ты себя сам-то слышишь?!
У меня все внутри переворачивается, но муж продолжает смотреть на меня своими стальными глазами.
– То, что слышала. Я – мужчина и имею права на отношения на стороне.
– Тогда ты должен был предупредить меня заранее, что ты сторонник открытого брака.
Муж прищуривается и делает шаг вперед, нависает скалой и ловит меня за подбородок.
– Нет. Ева. Гульнуть могу только я, а ты, как моя примерная жена, будешь ждать меня дома с борщом и улыбкой на губах…
Муж предал, изменил, а я не стала мириться с его изменой, так и не сказала Карпатову, что я беременна. Но однажды Григорий вновь ворвался в мою жизнь, чтобы сказать уверенно:
– Ева. Я люблю и верну!
Слова мужа оглушают, я не сразу понимаю весь ужас сказанных им слов.
– Гриша… ты… что такое говоришь?!
– Все просто, маленькая моя, я – мужик и я устал от однообразия. В моей постели могут быть и другие женщины, это нормально.
– Карпатов. В смысле нормально, ты себя сам-то слышишь?!
У меня все внутри переворачивается, но муж продолжает смотреть на меня своими стальными глазами.
– То, что слышала. Я – мужчина и имею права на отношения на стороне.
– Тогда ты должен был предупредить меня заранее, что ты сторонник открытого брака.
Муж прищуривается и делает шаг вперед, нависает скалой и ловит меня за подбородок.
– Нет. Ева. Гульнуть могу только я, а ты, как моя примерная жена, будешь ждать меня дома с борщом и улыбкой на губах…
Муж предал, изменил, а я не стала мириться с его изменой, так и не сказала Карпатову, что я беременна. Но однажды Григорий вновь ворвался в мою жизнь, чтобы сказать уверенно:
– Ева. Я люблю и верну!
– Понравилось, как я тебя развлекла? – женский смех просачивается сквозь приоткрытую дверь нашей с мужем спальни.
Толкаю дверь и перешагиваю через порог…
На кровати лежит моя родная младшая сестра. Из одежды на ней только шёлковая сорочка, которую Глеб подарил мне на годовщину свадьбы…
Рука сестры по-хозяйски покоится на груди моего супруга, а его ладонь – на её заднице.
– Я вам не помешала?!
Муж резко оборачивается и смотрит на меня диким взглядом. Лицо сестры искажается в довольной ухмылке.
Она упивается своей победой…
Когда мне было двадцать лет, а Алёне десять, наши родители погибли в автокатастрофе. Кроме меня у несовершеннолетней сестры никого не осталось.
Я вырастила Алёну, заменила ей мать и отца…
И сегодня, спустя десять лет, застала её в одной постели с моим мужем…
Я не простила мужа и развелась с ним, не сказав ни слова о беременности. Пять лет спустя он угодил в мою больницу в состоянии на грани жизни и смерти…
Толкаю дверь и перешагиваю через порог…
На кровати лежит моя родная младшая сестра. Из одежды на ней только шёлковая сорочка, которую Глеб подарил мне на годовщину свадьбы…
Рука сестры по-хозяйски покоится на груди моего супруга, а его ладонь – на её заднице.
– Я вам не помешала?!
Муж резко оборачивается и смотрит на меня диким взглядом. Лицо сестры искажается в довольной ухмылке.
Она упивается своей победой…
Когда мне было двадцать лет, а Алёне десять, наши родители погибли в автокатастрофе. Кроме меня у несовершеннолетней сестры никого не осталось.
Я вырастила Алёну, заменила ей мать и отца…
И сегодня, спустя десять лет, застала её в одной постели с моим мужем…
Я не простила мужа и развелась с ним, не сказав ни слова о беременности. Пять лет спустя он угодил в мою больницу в состоянии на грани жизни и смерти…
– Два экстренных пациента! Вражеский дрон отработал по машине, в которой ехали наши хирурги! – кричит врач приёмного и зачитывает имена пострадавших.
Внутри меня всё обрывается. Эти двое – мой муж и моя лучшая подруга. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром узнала о том, что они любовники…
– Их надо срочно оперировать, но в больнице остался только один хирург, – обращается ко мне. – Оперировать придётся тебе. Выбирай кого!
Мужчину, которого я любила больше жизни и который предал меня самым жестоким образом из всех возможных? Или девушку, которую я считала своей лучшей подругой и которая вытерла об меня ноги?
Жизнь одного из них сейчас зависит только от меня… Но только чья?
Я была замужем за военным хирургом пять лет, из которых четыре он провёл в командировках. И все эти годы он изменял мне с моей лучшей подругой. Я ехала к нему в часть, чтобы сообщить о беременности, но не успела. Теперь жизнь предателя находится в моих руках…
Внутри меня всё обрывается. Эти двое – мой муж и моя лучшая подруга. Обоих я любила до беспамятства, но сегодня утром узнала о том, что они любовники…
– Их надо срочно оперировать, но в больнице остался только один хирург, – обращается ко мне. – Оперировать придётся тебе. Выбирай кого!
Мужчину, которого я любила больше жизни и который предал меня самым жестоким образом из всех возможных? Или девушку, которую я считала своей лучшей подругой и которая вытерла об меня ноги?
Жизнь одного из них сейчас зависит только от меня… Но только чья?
Я была замужем за военным хирургом пять лет, из которых четыре он провёл в командировках. И все эти годы он изменял мне с моей лучшей подругой. Я ехала к нему в часть, чтобы сообщить о беременности, но не успела. Теперь жизнь предателя находится в моих руках…
— Я люблю другую женщину. Мы с Таней разводимся, — объявляет муж на семидесятилетии своего отца.
Первой начинает хлопать свекровь. В нескольких шагах от неё стоит наш пятилетний сын и смотрит на Рому.
— Ты мог хотя бы дождаться, пока Тим уйдёт, — говорю я мужу.
— Не втягивай сына в нашу ссору.
Девятнадцать лет брака Рома закончил при всех.
Мы учимся жить порознь. Рома приезжает к Тимоше, иногда опаздывает, иногда выполняет обещанное. Я почти начинаю верить, что хотя бы с сыном мы сумеем договориться.
А потом утром звонит свекровь.
— Таня, Тимофей… Он упал, Таня. Скорая уже едет…
Первой начинает хлопать свекровь. В нескольких шагах от неё стоит наш пятилетний сын и смотрит на Рому.
— Ты мог хотя бы дождаться, пока Тим уйдёт, — говорю я мужу.
— Не втягивай сына в нашу ссору.
Девятнадцать лет брака Рома закончил при всех.
Мы учимся жить порознь. Рома приезжает к Тимоше, иногда опаздывает, иногда выполняет обещанное. Я почти начинаю верить, что хотя бы с сыном мы сумеем договориться.
А потом утром звонит свекровь.
— Таня, Тимофей… Он упал, Таня. Скорая уже едет…
(2073)
– Ваш муж изменяет вам – говорит мне коллега. – Это неудивительно, Илья Борисович мужчина видный, статный. К тому же он хирург и владелец медицинского центра. Такие рано или поздно заводят любовницу, а то и двух…
Что за бред? Мы женаты двадцать лет, и за все годы мой муж ни разу не дал мне ни одного повода усомниться в его верности!
– Я не собираюсь обсуждать с вами моего мужа и нашу личную жизнь. Если у вас не осталось вопросов по ведению пациентки с эндометриозом, вы можете идти.
В дверях девушка останавливается и оборачивается снова.
– Я видела вашего мужа с любовницей. И я знаю, кто она. Не хотите – не верьте, но я вас предупредила. Не плачьте потом из-за того, как несправедливо обошлась с вами жизнь.
Когда я иду к супругу, чтобы обсудить слова этой мерзавки и открываю дверь в его кабинет, то замираю на месте.
Мой муж обнимает ту самую девушку, которая видела моего мужа с любовницей! Она говорила о себе…
– Раз ты всё знаешь, – говорит муж, – я и правда подаю на развод.
Что за бред? Мы женаты двадцать лет, и за все годы мой муж ни разу не дал мне ни одного повода усомниться в его верности!
– Я не собираюсь обсуждать с вами моего мужа и нашу личную жизнь. Если у вас не осталось вопросов по ведению пациентки с эндометриозом, вы можете идти.
В дверях девушка останавливается и оборачивается снова.
– Я видела вашего мужа с любовницей. И я знаю, кто она. Не хотите – не верьте, но я вас предупредила. Не плачьте потом из-за того, как несправедливо обошлась с вами жизнь.
Когда я иду к супругу, чтобы обсудить слова этой мерзавки и открываю дверь в его кабинет, то замираю на месте.
Мой муж обнимает ту самую девушку, которая видела моего мужа с любовницей! Она говорила о себе…
– Раз ты всё знаешь, – говорит муж, – я и правда подаю на развод.
Неудачное свидание, задыхающийся ребёнок на улице и подозрительный бизнесмен, уверенный, что обычная медсестра Лена — наёмный агент конкурентов.
Вечер, который начался с унижения, грозит обернуться чем-то совсем неожиданным, особенно когда выясняется, что мужчина, отвергший её сегодня утром, и красивый опасный незнакомец — родственники.
Вечер, который начался с унижения, грозит обернуться чем-то совсем неожиданным, особенно когда выясняется, что мужчина, отвергший её сегодня утром, и красивый опасный незнакомец — родственники.
Пять месяцев я думала, что просто «переживу».
Пока не открыла ведомость.
Седьмая строка. Её имя. Её премия. И внизу — его подпись. Моего мужа. Подполковника. Человека, который клялся, что «это просто работа».
Я бухгалтер гарнизонной школы. Я умею считать чужие деньги.
Оказалось — и чужую любовь тоже.
Андрей ушёл к Юле. Моложе. Мягче. С улыбкой, от которой у сына сбивается голос, когда он спрашивает: «Мам, а она тоже пойдёт с нами в кино?»
Я не бью посуду. Не пишу мстительные сообщения.
Я просто больше не верю словам, которые не сходятся с бумагами.
А потом в мою дверь стучат костяшками.
Кирилл. Учитель труда. Руки в стружке, запах дерева и бензина, акт на сломанную парту — и чай, который он ставит молча, будто это самое обычное дело на свете.
Он не обещает отомстить за меня.
Он не говорит «ты моя».
Он просто рядом — когда сыну нужна дорога домой, когда мне нужна минута тишины, когда хочется, чтобы хоть кто-то не врал в мелочах.
И я вдруг понимаю:
измена нашл
Пока не открыла ведомость.
Седьмая строка. Её имя. Её премия. И внизу — его подпись. Моего мужа. Подполковника. Человека, который клялся, что «это просто работа».
Я бухгалтер гарнизонной школы. Я умею считать чужие деньги.
Оказалось — и чужую любовь тоже.
Андрей ушёл к Юле. Моложе. Мягче. С улыбкой, от которой у сына сбивается голос, когда он спрашивает: «Мам, а она тоже пойдёт с нами в кино?»
Я не бью посуду. Не пишу мстительные сообщения.
Я просто больше не верю словам, которые не сходятся с бумагами.
А потом в мою дверь стучат костяшками.
Кирилл. Учитель труда. Руки в стружке, запах дерева и бензина, акт на сломанную парту — и чай, который он ставит молча, будто это самое обычное дело на свете.
Он не обещает отомстить за меня.
Он не говорит «ты моя».
Он просто рядом — когда сыну нужна дорога домой, когда мне нужна минута тишины, когда хочется, чтобы хоть кто-то не врал в мелочах.
И я вдруг понимаю:
измена нашл
— Можно войти?
— Нет.
На пороге стоит мой бывший муж. Полковник. С букетом хризантем, как на каждую годовщину, кроме последней. Шесть месяцев назад он ушёл к другой — с двумя сумками и любимой кружкой. Сегодня решил «вернуться».
Дверь ему открыл не я.
Артём. Мой жилец. Врач гарнизонной поликлиники, бывший майор. Тихий. Платит первого числа. Варит суп. Чинит замок.
Я заведующая клубом. Считаю краску, стулья и зарплату в уме. Считаю яйца в холодильнике. Считаю, сколько ещё можно терпеть чужие «я ошибся».
— Это кто? — спрашивает Виктор.
— Мой жилец.
— В моём кабинете.
— В бывшем твоём кабинете.
В моём доме уже другой порядок.
И другой человек.
Не спрашивай, какой именно. Он просто есть.
🔞 16+
🏠 бывший вернулся командовать — опоздал
🩺 рядом не месть-любовник, а тот, кто был бытом
👧 дочь 12 лет, которая говорит правду
💛 тепло, достоинство, счастливый финал
— Нет.
На пороге стоит мой бывший муж. Полковник. С букетом хризантем, как на каждую годовщину, кроме последней. Шесть месяцев назад он ушёл к другой — с двумя сумками и любимой кружкой. Сегодня решил «вернуться».
Дверь ему открыл не я.
Артём. Мой жилец. Врач гарнизонной поликлиники, бывший майор. Тихий. Платит первого числа. Варит суп. Чинит замок.
Я заведующая клубом. Считаю краску, стулья и зарплату в уме. Считаю яйца в холодильнике. Считаю, сколько ещё можно терпеть чужие «я ошибся».
— Это кто? — спрашивает Виктор.
— Мой жилец.
— В моём кабинете.
— В бывшем твоём кабинете.
В моём доме уже другой порядок.
И другой человек.
Не спрашивай, какой именно. Он просто есть.
🔞 16+
🏠 бывший вернулся командовать — опоздал
🩺 рядом не месть-любовник, а тот, кто был бытом
👧 дочь 12 лет, которая говорит правду
💛 тепло, достоинство, счастливый финал
Подборка любовных романов про настоящих мужчин
Выберите полку для книги