Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «predatelstvo»
- И представь себе, она решила стареть, как стареется! Безо всяких уколов и операций.
- Ну и дура. От такой бежать надо, теряя тапки.
- Что я и сделаю. Старая жена идёт вон, а молодая уже ждёт, когда поведу под венец.
Этот разговор стал откровением для меня, той самой старой жены.
Мне сорок пять, я действительно старею безо всяких уколов.
И мой организм, видимо, решил, что я ещё смогу выносить и родить ребёнка.
Так что старая жена идёт, но не вон, как считает мой муж. А в суд, чтобы испортить жизнь предателю.
И победа будет за мной.
- Ну и дура. От такой бежать надо, теряя тапки.
- Что я и сделаю. Старая жена идёт вон, а молодая уже ждёт, когда поведу под венец.
Этот разговор стал откровением для меня, той самой старой жены.
Мне сорок пять, я действительно старею безо всяких уколов.
И мой организм, видимо, решил, что я ещё смогу выносить и родить ребёнка.
Так что старая жена идёт, но не вон, как считает мой муж. А в суд, чтобы испортить жизнь предателю.
И победа будет за мной.
- Ксень, обойдемся без громких слов. Баба на стороне, пока я каждый день рискую своей жизнью, не делает меня плохим мужем.
- У вас семья.
- Это ничего не меняет. Сейчас ты собираешь вещи и возвращаешься обратно. Когда все закончится, то я вернусь и заживем, как прежде.
Дала понять, что, как прежде, уже не получится, но город уже начали бомбить.
- А знаешь? Подыхай здесь, - сказал он. – От тебя никакой пользы. У меня личная жизнь устроена. Оставайся!
- Кажется, я не спрашивала твоего позволения. Иди к той, что скинула тебя больного законной супруге, и была рядом только тогда, когда был здоров.
- Ангелина, в отличие от тебя, умеет любить и ценить то, что имеет.
- Тогда почему же я, а не она тебя выхаживала?
Ухмыльнулся.
-С каких пор, если жена рядом в тяжелой ситуации, стало подвигом? Ты выполняла свои обязательства. Должен же был быть от тебя какой толк.
Он побежал спасать любовницу, оставляя меня в городе, который начали бомбить, и так и не узнал тайну.
- У вас семья.
- Это ничего не меняет. Сейчас ты собираешь вещи и возвращаешься обратно. Когда все закончится, то я вернусь и заживем, как прежде.
Дала понять, что, как прежде, уже не получится, но город уже начали бомбить.
- А знаешь? Подыхай здесь, - сказал он. – От тебя никакой пользы. У меня личная жизнь устроена. Оставайся!
- Кажется, я не спрашивала твоего позволения. Иди к той, что скинула тебя больного законной супруге, и была рядом только тогда, когда был здоров.
- Ангелина, в отличие от тебя, умеет любить и ценить то, что имеет.
- Тогда почему же я, а не она тебя выхаживала?
Ухмыльнулся.
-С каких пор, если жена рядом в тяжелой ситуации, стало подвигом? Ты выполняла свои обязательства. Должен же был быть от тебя какой толк.
Он побежал спасать любовницу, оставляя меня в городе, который начали бомбить, и так и не узнал тайну.
В день двадцатой годовщины Олег публично объявляет о разводе — в стеклянном павильоне, построенном по эскизам жены. Перед гостями он называет Агнию обычной домохозяйкой, а автором её работы — молодую женщину, на которой собирается жениться.
Но отец оставил Агнии ключ от закрытой мастерской и предупреждение: «Когда у тебя попытаются отнять имя, открой мастерскую».
За старой дверью она находит архив, незавершённый витраж «Второй рассвет» и доказательства того, что муж двадцать лет строил карьеру на её таланте.
Теперь Агнии сорок два. У неё нет должности, известного имени и права на ошибку. Зато есть несколько дней до решающего городского конкурса, дочь, которая не знает, кому верить, и мужчина из прошлого, помнящий, как всё началось.
Олег уверен: стоит Агнии проиграть — и она вернётся.
Он не понял одного: она больше не собирается просить назад собственную жизнь.
Но отец оставил Агнии ключ от закрытой мастерской и предупреждение: «Когда у тебя попытаются отнять имя, открой мастерскую».
За старой дверью она находит архив, незавершённый витраж «Второй рассвет» и доказательства того, что муж двадцать лет строил карьеру на её таланте.
Теперь Агнии сорок два. У неё нет должности, известного имени и права на ошибку. Зато есть несколько дней до решающего городского конкурса, дочь, которая не знает, кому верить, и мужчина из прошлого, помнящий, как всё началось.
Олег уверен: стоит Агнии проиграть — и она вернётся.
Он не понял одного: она больше не собирается просить назад собственную жизнь.
- Мама, папа, где мой муж, вы можете сказать? Что вообще происходит?
Я задаю этот вопрос в сотый раз с тех пор, как впервые пришла в себя в реанимации после аварии.
Мама отводит взгляд, они с папой приехали сегодня забирать меня из больницы, но явно что-то скрывают.
- Артем теперь с Лидой Сергеевой. И он… забрал одну из близняшек, потому что Лида не хочет рожать ему детей, - все же говорит мама.
Я застываю, а сердце бьется в висках.
Мой муж, пока я лежала в больнице, сошелся с моей подругой и разлучил наших детей? Одну забрал себе, а вторую, так и быть, оставил мне?
- Срочно едем домой! - выдыхаю хрипло. - Почему же вы молчали?!
Я задаю этот вопрос в сотый раз с тех пор, как впервые пришла в себя в реанимации после аварии.
Мама отводит взгляд, они с папой приехали сегодня забирать меня из больницы, но явно что-то скрывают.
- Артем теперь с Лидой Сергеевой. И он… забрал одну из близняшек, потому что Лида не хочет рожать ему детей, - все же говорит мама.
Я застываю, а сердце бьется в висках.
Мой муж, пока я лежала в больнице, сошелся с моей подругой и разлучил наших детей? Одну забрал себе, а вторую, так и быть, оставил мне?
- Срочно едем домой! - выдыхаю хрипло. - Почему же вы молчали?!
— Она ведь моя дочь, да? — голос сорвался на хрип, страшная догадка, как молния, прострелила черепную коробку.
— Она моя дочь! — бывшая жена смотрит мне в глаза и не отводит взгляда.
Семь лет назад я вышвырнул её, поверив в обвинения, не дав сказать ни слова. Семь лет я жил с дырой в груди и думал, что она предала меня. А теперь она стоит передо мной с ребёнком, который смотрит на меня моими глазами.
— Ты не имела права скрывать дочь от меня, — говорю я.
— Как я должна была сообщить о ребёнке, если ты не дал мне сказать ни слова? Ты просто исчез, — отвечает она.
Я смотрю на девочку, на её родинку на виске. На её глаза.
И я понимаю: я потерял не только жену. Я потерял дочь. И если бы не огромный пёс, который угрожал бывшей жене, я бы никогда и не узнал о ребёнке.
Друзья, если вам понравилась книга, подписывайтесь, пожалуйста, на автора, чтобы не пропустить новинки и скидки. Ваши сердечки и комментарии очень мне нужны, чтобы писать лучше.
— Она моя дочь! — бывшая жена смотрит мне в глаза и не отводит взгляда.
Семь лет назад я вышвырнул её, поверив в обвинения, не дав сказать ни слова. Семь лет я жил с дырой в груди и думал, что она предала меня. А теперь она стоит передо мной с ребёнком, который смотрит на меня моими глазами.
— Ты не имела права скрывать дочь от меня, — говорю я.
— Как я должна была сообщить о ребёнке, если ты не дал мне сказать ни слова? Ты просто исчез, — отвечает она.
Я смотрю на девочку, на её родинку на виске. На её глаза.
И я понимаю: я потерял не только жену. Я потерял дочь. И если бы не огромный пёс, который угрожал бывшей жене, я бы никогда и не узнал о ребёнке.
Друзья, если вам понравилась книга, подписывайтесь, пожалуйста, на автора, чтобы не пропустить новинки и скидки. Ваши сердечки и комментарии очень мне нужны, чтобы писать лучше.
В день моего пятидесятилетия муж подарил мне развод — и молодую женщину, которую уже посадил в моё кресло.
Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.
Он не учёл одного.
Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.
Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.
И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.
Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.
Он не учёл одного.
Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.
Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.
И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.
Все считают моего мужа идеальным семьянином, любящим отцом и перспективным политиком. Лишь я одна знаю, что за безупречной маской прячется кобель, лжец и мерзавец.
Чтобы удержать меня, он разрушает всё, что мне дорого. Но и я способна на многое, когда на кону – новая жизнь с мужчиной мечты.
Всю жизнь я тушу чужие пожары. Похоже, пришло время устроить свой.
И мы ещё посмотрим, кому из нас придётся хуже!
Чтобы удержать меня, он разрушает всё, что мне дорого. Но и я способна на многое, когда на кону – новая жизнь с мужчиной мечты.
Всю жизнь я тушу чужие пожары. Похоже, пришло время устроить свой.
И мы ещё посмотрим, кому из нас придётся хуже!
В день нашей двадцатой годовщины мой муж, генерал Савелий Ордынцев, вывел на сцену другую женщину и назвал её создательницей проекта, которому я отдала семь лет.
А через девять минут сообщил, что наш брак окончен.
Развестись — можно. Но публично я должна остаться безупречной генеральской женой, передать архив его фонду и молчать.
Он был уверен, что без его фамилии у меня не останется ничего.
Я ушла с одним чемоданом и старым ключом, который привёл меня на заброшенную телеграфную станцию. Там хранились письма женщин, чьи идеи, труд и достижения присвоили другие. И документы, доказывающие: мой муж много лет поступал со мной точно так же.
Теперь мне предстоит вернуть своё имя, защитить архив и открыть «Дом голосов». А ещё понять, смогу ли я после двадцати лет рядом с человеком, привыкшим командовать, довериться мужчине, который не обещает меня спасти — только предлагает идти рядом.
Генерал Ордынцев ещё не понял: командовать мной поздно.
А через девять минут сообщил, что наш брак окончен.
Развестись — можно. Но публично я должна остаться безупречной генеральской женой, передать архив его фонду и молчать.
Он был уверен, что без его фамилии у меня не останется ничего.
Я ушла с одним чемоданом и старым ключом, который привёл меня на заброшенную телеграфную станцию. Там хранились письма женщин, чьи идеи, труд и достижения присвоили другие. И документы, доказывающие: мой муж много лет поступал со мной точно так же.
Теперь мне предстоит вернуть своё имя, защитить архив и открыть «Дом голосов». А ещё понять, смогу ли я после двадцати лет рядом с человеком, привыкшим командовать, довериться мужчине, который не обещает меня спасти — только предлагает идти рядом.
Генерал Ордынцев ещё не понял: командовать мной поздно.
Муж изменяет мне, пока я в декрете с маленьким сыном!
Он отдал своей любовнице все наши деньги!
Наш общий дом принадлежит теперь только ему одному!
Но хуже всего то, что он хочет отобрать у меня дело всей моей жизни, а я ничего не могу с этим сделать, ведь передо мной стоит выбор: либо оно, либо мужчина мечты.
Он отдал своей любовнице все наши деньги!
Наш общий дом принадлежит теперь только ему одному!
Но хуже всего то, что он хочет отобрать у меня дело всей моей жизни, а я ничего не могу с этим сделать, ведь передо мной стоит выбор: либо оно, либо мужчина мечты.
- Это мое проявление любви. Тебе не стоит рожать и ты это знаешь.
- Я хромая, а не бесплодная, Игорь!
- И все же… Наш ребенок появится от другой. Она уже согласна его выносить. Это будет всего лишь обычный протокол. Ты обязана согласиться.
Муж очень уговаривал меня завести ребенка методом ЭКО. И чтобы выносила его наша хорошая подруга. И я почти дала добро, когда услышала их разговор:
- Она хромая, некрасивая, какая-то дрянная… Не хочу, чтобы у меня в животе рос ребенок от Люськи. У меня новые условия - сделаем его естественным путем, а ты придумай, как подкупить клинику, чтобы все обстряпали как нужно.
- Хорошо, Мариш… Не злись ты так. Все устроим как скажешь. И какое слово ты хорошее подобрала… дрянная. Но папа у нее при деньгах, так что нести мне этот крест дальше.
- Я хромая, а не бесплодная, Игорь!
- И все же… Наш ребенок появится от другой. Она уже согласна его выносить. Это будет всего лишь обычный протокол. Ты обязана согласиться.
Муж очень уговаривал меня завести ребенка методом ЭКО. И чтобы выносила его наша хорошая подруга. И я почти дала добро, когда услышала их разговор:
- Она хромая, некрасивая, какая-то дрянная… Не хочу, чтобы у меня в животе рос ребенок от Люськи. У меня новые условия - сделаем его естественным путем, а ты придумай, как подкупить клинику, чтобы все обстряпали как нужно.
- Хорошо, Мариш… Не злись ты так. Все устроим как скажешь. И какое слово ты хорошее подобрала… дрянная. Но папа у нее при деньгах, так что нести мне этот крест дальше.
Подборка любовных романов о предательстве
Выберите полку для книги