Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «russkie&source=tabbar»
Продолжение романа между Викторией и Виктором.
Я часто видела его во сне. Только там мы снова были счастливы, пусть не долго, пусть совсем чуть-чуть, но даже тогда я понимала, что это все сон., мираж, который оборвется через секунду. В такие моменты я боялась проснуться. Я наслаждалась каждым мгновением, в котором Виктор дарил мне свою любовь и ласку. Он мне нужен, хотя я знаю, что он меня никогда не простит…
Но каждый раз такие сны заканчивались кошмарами. Руки, которые только что дарили ласку и обнимали с такой теплотой, со всей силы отталкивали меня от себя. Нежная и добрая улыбка превращалась в ужасный оскал, такие родные голубые глаза в которых я постоянно тонула, расплывались передо мной в ледяную маску, в которой я узнавала лицо Олега. Он смеялся надомной, не сдерживая своих эмоций. Он делал шаг на встречу мне и протягивал руки, которые были все в крови. И я просыпалась.
С криком…
Я часто видела его во сне. Только там мы снова были счастливы, пусть не долго, пусть совсем чуть-чуть, но даже тогда я понимала, что это все сон., мираж, который оборвется через секунду. В такие моменты я боялась проснуться. Я наслаждалась каждым мгновением, в котором Виктор дарил мне свою любовь и ласку. Он мне нужен, хотя я знаю, что он меня никогда не простит…
Но каждый раз такие сны заканчивались кошмарами. Руки, которые только что дарили ласку и обнимали с такой теплотой, со всей силы отталкивали меня от себя. Нежная и добрая улыбка превращалась в ужасный оскал, такие родные голубые глаза в которых я постоянно тонула, расплывались передо мной в ледяную маску, в которой я узнавала лицо Олега. Он смеялся надомной, не сдерживая своих эмоций. Он делал шаг на встречу мне и протягивал руки, которые были все в крови. И я просыпалась.
С криком…
В канун Нового года злая мачеха послала меня в лес за… Впрочем, нет. Это из другой сказки. Просто послала. Но добрый охотник, то есть, конечно, охранник впустил меня погреться и… И теперь у меня не один, а целых семь боссов. В общем, всё сложно.
— Мне нужно рассказать тебе кое-что важное, — начала Оля, глубоко вздохнув. — Я долго сомневалась, стоит ли говорить, но решила, что ты должна знать правду.
Мое сердце начало биться быстрее. Что-то подсказывало мне, что новость будет неприятной.
— Что случилось? — повторила я, стараясь сохранять спокойствие.
Ольга помолчала ещё мгновение, затем решилась:
— Я думаю, тебе пока не стоит идти в эту клинику и надо повременить с ребенком.
- Ты с ума сошла? – воскликнула я.
- У меня есть подозрения, что твой муж тебе изменяет.
Мое сердце начало биться быстрее. Что-то подсказывало мне, что новость будет неприятной.
— Что случилось? — повторила я, стараясь сохранять спокойствие.
Ольга помолчала ещё мгновение, затем решилась:
— Я думаю, тебе пока не стоит идти в эту клинику и надо повременить с ребенком.
- Ты с ума сошла? – воскликнула я.
- У меня есть подозрения, что твой муж тебе изменяет.
Изо дня в день я кручусь как белка в колесе, чтобы заработать денег на жизненно необходимую операцию для самого близкого и родного человека, пока не случается эта авария. Честно говоря, я в ней и не виновата даже. Только владелец очень крутого и очень дорогого (чтоб его!) внедорожника имеет по этому поводу свое мнение. Как и по поводу того, каким именно образом я должна возместить ему ущерб. Серьезно? Меня вот так вот запросто средь бела дня, невзирая на крики о помощи, заталкивают в чужую машину и куда-то везут?!
— Отлично выглядите! — Он обернулся и посмотрел так, словно мне между глаз приставили винтовку и задумались, стрелять или нет. — А что, всех эскортниц разобрали, что вы, вдруг, по старинке, с женой решили прийти?
Понимаю, что меня заносит, и он вполне может послать меня, но каком-то животном уровне осознаю: так мой Эверест не сделает. И все равно, когда он делает шаг в мою сторону я невольно отступаю, пока не упираюсь в стену.
Огромная, крепкая ладонь ложится на мои щеки, пальцы сдавливают их так, что губы и правда складываются свистком.
Ему очень не понравилось сказанное.
Дурею, шалею от того, что мне удается дразнить этого мужика. Что я его... цепляю?
— Нравится напрашиваться на неприятности?
— Скоее дегать тигфа за уфы, — пытаюсь выдать смятыми губами. Он роняет на них взгляд и неожиданно ведет по нижней большим пальцем.
А я не придумываю ничего лучше, чем плотного обхватить его губами, облизывая подушечку языком, как чертов чупа-чупс.
Понимаю, что меня заносит, и он вполне может послать меня, но каком-то животном уровне осознаю: так мой Эверест не сделает. И все равно, когда он делает шаг в мою сторону я невольно отступаю, пока не упираюсь в стену.
Огромная, крепкая ладонь ложится на мои щеки, пальцы сдавливают их так, что губы и правда складываются свистком.
Ему очень не понравилось сказанное.
Дурею, шалею от того, что мне удается дразнить этого мужика. Что я его... цепляю?
— Нравится напрашиваться на неприятности?
— Скоее дегать тигфа за уфы, — пытаюсь выдать смятыми губами. Он роняет на них взгляд и неожиданно ведет по нижней большим пальцем.
А я не придумываю ничего лучше, чем плотного обхватить его губами, облизывая подушечку языком, как чертов чупа-чупс.
- Знаешь, Таня. Это и к лучшему, что ты сама всё узнала. Давно надо было сказать.
Меня придавливает бетонная плита его признаний. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Схлопываются альвеолы, сатурация почти на нуле.
Шестой месяц беременности. Долгожданный малыш. Безграничное счастье, приятные хлопоты. Всё это меркнет разом, стоит осознать, что мне не послышалось. У Егора действительно есть любовница. Более того, он не собирается дальше её скрывать. Он собирается…что? Бросить меня? Беременную?
- Я не готов к семейным отношения,- жмет плечами муж. – К ребенку. Я не нагулялся. Мне всего двадцать пять. Это тебе тридцать, время поджимает. А я еще молод и полон сил.
Тогда зачем всё это было? Признания в любви? Просьбы родить ему ребенка? Походы по больницам, когда мы поняли, что сразу забеременеть у меня не выходит?! Зачем?!
- Ты прости, Тань. Я хотел признаться после вечеринки, но раз уж так вышло. Давай дальше как-нибудь без меня...
Меня придавливает бетонная плита его признаний. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Схлопываются альвеолы, сатурация почти на нуле.
Шестой месяц беременности. Долгожданный малыш. Безграничное счастье, приятные хлопоты. Всё это меркнет разом, стоит осознать, что мне не послышалось. У Егора действительно есть любовница. Более того, он не собирается дальше её скрывать. Он собирается…что? Бросить меня? Беременную?
- Я не готов к семейным отношения,- жмет плечами муж. – К ребенку. Я не нагулялся. Мне всего двадцать пять. Это тебе тридцать, время поджимает. А я еще молод и полон сил.
Тогда зачем всё это было? Признания в любви? Просьбы родить ему ребенка? Походы по больницам, когда мы поняли, что сразу забеременеть у меня не выходит?! Зачем?!
- Ты прости, Тань. Я хотел признаться после вечеринки, но раз уж так вышло. Давай дальше как-нибудь без меня...
- Иветта! Следи за этим поганцем, он под ногами мешается… Он опять срыгнул… Он играет не со своими игрушками, а с моими шнурками на ботинках…- недовольно рычал Илья по утрам и вечерам.
- Илюш, но он же маленький пока, я ему объясняю, наказываю, когда он не прав… - примирительно отвечала я.
И вдруг Илья мне заявил, что хочет сам гулять с Марсиком! Кажется, обалдела от этих слов не только я, но и щенок. И ведь стал гулять! Каждый день…
Возможно, я ошибалась, но, по-моему, муж всё-таки нашёл общий язык с Марсиком.
Всё было бы хорошо, если б Илье не понадобилось уехать относительно надолго…
- Илюш, но он же маленький пока, я ему объясняю, наказываю, когда он не прав… - примирительно отвечала я.
И вдруг Илья мне заявил, что хочет сам гулять с Марсиком! Кажется, обалдела от этих слов не только я, но и щенок. И ведь стал гулять! Каждый день…
Возможно, я ошибалась, но, по-моему, муж всё-таки нашёл общий язык с Марсиком.
Всё было бы хорошо, если б Илье не понадобилось уехать относительно надолго…
10 лет минуло после трагических событий. Бехлюль, намотавшийся по свету, но так и не нашедший лучший способ забвения, возвращается в Стамбул. Он поставил крест на будущем, но зов прошлого здесь оказывается силён, как никогда прежде. В то же время Бехлюля ожидает неожиданный сюрприз. Что это за подарок судьбы? И как им воспользуется герой? Неужели он всё тот же жалкий трус, или гибель любимой стала для него особым уроком и сделала из него другого человека?
- Для тебя не секрет, почему я женился на Лине. В пику бывшей, которую любил до чертиков.
Муж вытянул ноги перед камином, взял бокал и посмотрел на своего молчаливого лучшего друга, Льва.
- И вот теперь Нюрка вернулась и станет крестной моего сына, - продолжил он. - А что за кума, коль под кумом не была?
Услышав этот разговор, я вросла в пол. Бывшая Сергея, которая принесла ему столько боли, станет крестной матерью нашего взрослого Гордея? Почему сын мне об этом не говорил?
- Почему ты все еще с Линой? Разведись с ней и будь с Анной. Так ведь честнее, - ответил Лев.
- Потому что Лина без меня не выживет. Она вся в семье, про себя забыла совсем. Это называется ответственностью, Лева…
Я плакала и смотрела на любимого мужчину, ради которого готова была на все. Но когда узнала, как он вероломно меня предал, взялась за ум.
Теперь мы поменяемся местами. Смотреть на меня со стороны и плакать от того, что потерял, будет муж.
Которому нет прощения.
Муж вытянул ноги перед камином, взял бокал и посмотрел на своего молчаливого лучшего друга, Льва.
- И вот теперь Нюрка вернулась и станет крестной моего сына, - продолжил он. - А что за кума, коль под кумом не была?
Услышав этот разговор, я вросла в пол. Бывшая Сергея, которая принесла ему столько боли, станет крестной матерью нашего взрослого Гордея? Почему сын мне об этом не говорил?
- Почему ты все еще с Линой? Разведись с ней и будь с Анной. Так ведь честнее, - ответил Лев.
- Потому что Лина без меня не выживет. Она вся в семье, про себя забыла совсем. Это называется ответственностью, Лева…
Я плакала и смотрела на любимого мужчину, ради которого готова была на все. Но когда узнала, как он вероломно меня предал, взялась за ум.
Теперь мы поменяемся местами. Смотреть на меня со стороны и плакать от того, что потерял, будет муж.
Которому нет прощения.
Он обещал позвонить. Он купил меня у родителей.
Та ночь была волшебной. Он был нежен, говорил, что я особенная, просил не уходить. А потом исчез. Через два месяца я узнала, что беременна. А потом его люди приехали к моим родителям с предложением: контракт, тридцать миллионов, фиктивный брак. Я согласилась. У меня не было выбора. Теперь я живу в золотой клетке. Он смотрит на меня как на чужую, приводит любовниц и называет "функцией". А я ношу под сердцем его ребёнка. Он думает, что мы сделаем ЭКО. Он не знает, что ребенок уже есть. И он не знает, что я готова бороться. Даже если придется идти по трупам.
Та ночь была волшебной. Он был нежен, говорил, что я особенная, просил не уходить. А потом исчез. Через два месяца я узнала, что беременна. А потом его люди приехали к моим родителям с предложением: контракт, тридцать миллионов, фиктивный брак. Я согласилась. У меня не было выбора. Теперь я живу в золотой клетке. Он смотрит на меня как на чужую, приводит любовниц и называет "функцией". А я ношу под сердцем его ребёнка. Он думает, что мы сделаем ЭКО. Он не знает, что ребенок уже есть. И он не знает, что я готова бороться. Даже если придется идти по трупам.
Выберите полку для книги